Стань моим завтра - Эмма Скотт

– Ладно, мне пора идти. Если я опоздаю на собрание, мой инспектор меня убьет.

– Еще поболтаем, Дар.

Я пошла на кухню и быстро соорудила себе обед: тост с сыром и томатный суп. Я как раз собиралась вернуться к работе, когда мне на телефон пришла эсэмэска.

Я улыбнулась. Это писал он. Проникнув в мои глаза, его слова быстро нашли путь к моему сердцу и наполнили его теплом.

Скучаю по тебе.

Я была слишком счастлива, чтобы придумывать остроумный ответ.

Я тоже по тебе скучаю, – напечатала я в ответ. – Как работа?

Дела идут медленно. Приходится ждать на холоде, пока не поступит заказ.

После небольшой паузы на экране появилось еще одно сообщение: А вообще, я соврал. Я не просто скучаю по тебе. Я хочу тебя. Очень сильно.

Пока я писала ответ, мое сердце замерло в грудной клетке. Правда?

Сегодня целых два раза чуть было не повернул не туда. Все время думаю о тебе. И о прошлой ночи.

Я в нерешительности закусила губу. Теперь Бекетт стал моим парнем, так ведь? У меня много лет – а может быть, и вовсе никогда – не было серьезных отношений. Я гуляла с парнями и иногда вступала с ними в сексуальную связь. Но у меня никогда не было повода использовать слова «встречаться» или «отношения». До недавних пор.

Я не очень разбиралась в отношениях и романтике. Но хотела попробовать разобраться. Ужасно сильно.

Приходи домой, – написала я и принялась наблюдать за движущимися точками, которые показывали, что Бекетт набирает сообщение.

Я никогда раньше не прогуливал работу.

Мои пальцы летали по экрану, а сердце билось все сильнее.

Я сделаю так, что ты не пожалеешь об этом решении.

Не играй с моими эмоциями, женщина.

Старой версии меня было бы слишком стыдно отправлять подобные СМС. А вот новоиспеченная девушка Бекетта приходила от них в восторг.

Хочешь узнать, что на мне сейчас надето?

Ответ пришел почти мгновенно. ДА.

Я рассмеялась. Какого еще ответа ждать от парня? Я опустила взгляд на свой мешковатый свитер, легинсы и носки. Мои волосы были забраны в неаккуратный пучок, из которого выпадали пряди, но выглядело это далеко не сексуально. Просто неаккуратно. Радиатор вел себя прилично, но все-таки дома было слишком холодно, чтобы разгуливать по нему полуголой.

Но ради Бекетта…

На мне только твоя футболка и больше ничего.

Отправляя это сообщение, я поморщилась, но, если честно, я была скорее возбуждена, чем смущена. Я ждала, пока он ответит, не сомневаясь, что он начнет дразнить меня за такую банальность.

От твоих слов у меня встает.

Господи боже. По моему телу пробежала обжигающая дрожь, а пальцы запорхали по телефону. Приходи домой. Я тебя жду.

Наденешь очки?

Я заметила, что его сообщения становились все короче. Может быть. А что?

Когда на тебе очки, ты такая секси, что мне трудно сдерживаться.

Мне тоже сейчас приходилось нелегко. Я пыталась набрать ответ, но пальцы отказывались меня слушаться.

Я не хочу, чтобы ты сдерживался.

Бекетт ничего не ответил; он уже мчался ко мне. У меня было как минимум сорок минут, пока он доберется домой с Манхэттена, но я все равно хотела переодеться побыстрее, подталкиваемая собственным желанием. То, что сначала казалось маленькой забавой, перетекло в тяжелый, отчаянный жар между моими бедрами.

Я пошла в ванную, чтобы освежиться и почистить зубы, а потом поспешила к комоду Бекетта и покопалась в нем, пока не нашла обычную черную футболку. Я разделась, оставшись в одних носках, и просунула голову в его футболку. Она была пропитана его ароматом – запахами ветра, одеколона, его мыла и его кожи. Я прижала ткань к носу и сделала глубокий вдох, предвкушая то, что произойдет, когда Бекетт вернется домой.

«Приходи домой», – написала я ему. Потому что знала, как он любит эти слова. Потому что его домом была я.

Мои волосы окончательно выбились из неаккуратного пучка, и я расчесала их, чтобы они мягкими волнами рассыпались по моим плечам и спине. Теперь мне оставалось только ждать. По моей коже побежали мурашки, но вовсе не из-за холода – его я практически не ощущала. В моей крови горел огонь, пока я ожидала своего парня, который вот-вот должен был вернуться домой. Ко мне.

Наконец я услышала на площадке шаги. Я надела очки, схватила журнал и стала около кухонного столика, спиной к двери. Пока в замке поворачивался ключ, я попыталась придать лицу спокойный вид. Быть крутой. Вести себя чертовски естественно. Я отставила ягодицы назад и принялась лениво листать журнал, пока футболка Бекетта задиралась все выше.

Когда Бекетт захлопнул за собой дверь, статьи и глянцевые фотографии слились для меня в один-единственный коллаж, состоявший из текста и многообразия цветов. Я оглянулась через плечо и бросила на Бекетта дерзкий взгляд поверх очков.

Черт побери…

Он выглядел как чертов бог. Или как знаменитый рок-музыкант, только что сошедший со сцены. Его волосы растрепались на ветру, а щеки были ярко-красными с мороза. А его глаза… Господи, когда его взгляд пробежал вверх-вниз по моему телу, моя кожа полыхнула огнем. Я никогда не видела в глазах мужчины такого голода. По крайней мере, на меня так никто никогда не смотрел. Я постаралась придать голосу все спокойствие, на которое только была способна.

– Ты вовремя, – проговорила я и снова уткнулась в журнал, с трудом веря, что правда все это делаю. А потом я согнулась еще чуть ниже к столу.

Футболка задралась еще выше.

Холодный воздух, который принес за собой Бекетт, коснулся моих обнаженных ягодиц и пробрался между моих ног.

Я услышала, как за моей спиной Бекетт скидывает с рук перчатки и расстегивает куртку. Потом раздались шаги – он шел ко мне. Я вскрикнула, когда меня коснулись его ладони. Он обнял меня за талию и нашел мою шею губами.

– Твои штаны такие холодные, – проговорила я, умудрившись сохранить безразличный тон. – Снимай их.

Бекетт послушался, а потом снова заскользил губами по моей шее. Пока он покрывал ее градом поцелуев, его руки исследовали под футболкой мое тело. Я застонала, чувствуя, как маска, которую я на себя примерила, рассыпается на осколки.

Одним резким движением он развернул меня к себе лицом и прижался губами к моему рту в неистовом поцелуе. Я ощущала запах и вкус ледяного отпечатка, который на нем оставил зимний воздух, но, стоило мне поцеловать его в ответ – не менее требовательно, чем он меня, – и его щеки мгновенно согрелись. Я умирала от голода. Я хотела поглотить его, каким угодно образом пустить внутрь своего тела. Всеми возможными способами.