Шиворот-навыворот - Виктория Волкова

— Таксист, будь он неладен, — прошептал Гена и смачно выругался. Видать, решил обокрасть незапертый дом.

Гена шмыгнул в спальню, неслышно скатился с лестницы и замер в прихожей. Можно было бы просто провернуть ключ в скважине перед самым носом незадачливого вора. Но Кульбиту хотелось проучить мерзавца, задумавшего вломиться в дом к самому Пахомову.

Он переступил порог и замер на минуту, пока глаза привыкали к темноте. Сверху доносились неуклюжие шаги. Скорее всего, сладкая парочка тискалась по дороге к спальне.

"Теперь уж точно ничего не услышат", — решил водитель, силясь оглядеться по сторонам. Он сделал еще шаг, внимательно осматривая прихожую, украшенную статуэтками и картинами.

"Дальше можно не ходить, — сам себе велел таксист. — Пару картин сниму, никто и не заметит".

Он повернул в сторону самой дорогой блестящей рамки и протянул руку к багету, но не успел даже дотронуться, как от сильного удара потерял равновесие. В себя он пришел уже на полу. Цепкие пальцы ощупывали его карманы, вытряхивая на пол содержимое. Затем незнакомец, ударом ноги сбивший его на пол, достал паспорт и глумливо усмехнулся.

— Ну надо же, — фыркнул он.

— Что происходит? — раздался сварливый голос. — Гена.

В прихожей зажегся яркий свет, и злосчастный грабитель, щурясь, увидел своего бывшего клиента. Лицо, полчаса назад выражавшие радость и похоть, теперь, казалось, искажено дикой злобой.

"Не дала, что ли?" — успел позлорадствовать про себя водитель, как получил еще один удар под ребра.

— Посмотри, шеф, — его противник протянул паспорт недавнему пассажиру. Тот внимательно прочел имя и фамилию и проскрежетал: — Бывает. Веди перца в мой кабинет.

"Иштван. Ну надо же, — в сердцах подумал Витька, наблюдая из окна кабинета, как невезучий водила, прихрамывая, бредет к машине. — Впервые в жизни встречаю тезку Герта. Или день сегодня такой"

Пахом в отчаянии стукнул кулаком по стене и прошел к бару. Налив себе коньяка на полпальца, он попытался отмахнуться от неприятных думок. Всего пару часов назад ему удалось завалить в койку Золотую королеву. До сих пор ему слышались ее стоны и мольбы:

— Пожалуйста, давай скорее.

Витька, улыбнувшись своим мыслям, навис над ней, приготовившись через минуту-другую проявить себя в любовной схватке. Лилька под ним неловко расстегивала его рубашку и снова бормотала:

— Пожалуйста.

Он погладил ее по щеке и только взялся за пряжку ремня, как она снова застонала:

— Пожалуйста… Иштван.

Виктор стремительно откатился в сторону. А Лилька, моментально свернувшись в клубок, заревела. Он встал с кровати, медленно застегнул рубашку. Подождал, пока выровняется дыхание. Потом наклонился над кроватью и, клюнув в щеку бывшую одноклассницу, пробормотал:

— Прости, родная.

Пахомов, выскочив, как ошпаренный, из Лилькиной комнаты, услышал раздавшийся в прихожей грохот и, даже не пытаясь обуздать раздирающую душу ярость, стремительно бросился вниз.

Но, видать, водилу этого послала сама судьба. Парень оказался мадьяром, а у них это имя распространено, но Витьке будто привиделся знак. Словно, сам Герт отвел его от Золотой королевы и протянул руку помощи в другом деле. План, простой и тривиальный, мигом сложился в Пахомовской голове. Точно Иштван помогает. Только он мог так быстро и красиво решить неразрешимую задачу.

— Будешь должен, — рявкнул Пахомов таксисту. Тот вскинул взгляд, и Витька, всмотревшись в лицо мужика, увидел в глазах потаенный страх.

"Сколько может вломить этот русский за попытку ограбления? Хорошо хоть не убил".

Пахомов выдержал театральную паузу и добавил грозно:

— Выполнишь для меня одну услугу. Понял?

Таксист облегченно кивнул, порадовавшись в душе, что не придется продавать почку, чтобы рассчитаться и остановить счетчик. Время пошло. И сомневаться в этом не приходилось.