Никогда_не... - Таня Танич

Продеваю ладонь под полотенце на его бёдрах, распускаю с помощью второй руки легкий узел и сбрасываю его. Его руки, повторяя за мной, приподнимают мою футболку и скользят под неё, его дыхание становится чаще, сбивается. Понимая, что на мне нет белья, одной рукой он задирает футболку до самой груди и на мгновение останавливается. Медленно приподнимаю руки, дав ему возможность полностью раздеть меня — и мы смотрим друг на друга, узнаем глазами — и это самый волнующий, самый острый и прекрасный момент. Такого больше не будет. Впервые вот так, откровенно, мы никогда больше друг друга не увидим.

— Только смотри на меня, — я не хочу терять его взгляд ни на секунду. — Смотри и не отводи глаза, до последнего.

Дважды его не надо просить. Он берет меня за плечи, разворачивает, прислоняя спиной к стене, и сам опирается на вытянутую руку рядом, склоняясь практически к моему лицу.

— И не разрешай мне отворачиваться. Делай что хочешь, но сделай так, чтобы я тоже смотрела на тебя.

Слегка развожу колени, чтобы ему было удобнее чувствовать меня, опускаю руки вниз и дотрагиваясь к нему там, где его желание сильнее всего — и он делает то же самое, но со мной. Сразу хочется закрыть глаза, отпустить реальность, но я держусь. Его первое касание такое же, как и мое — осторожное и мягкое. У нас полная синхрония — что делаю я, то делает и он. Мы узнаем друг друга там, где невозможно притворяться, где чувствительность обострена до передела. Мои движения становятся быстрее, увереннее — его тоже. В голове начинает шуметь — границы размываются и я действительно ощущаю нас как одно. Я не могу понять, кто кому доставляет больше удовольствия. Где его рука, где моя, где его наслаждение, а где мое, такое острое и нарастающее, что колени помимо воли подгибаются и стоять становится невозможно. Главное только не разрывать нить взглядов, не останавливаться, продолжать — увереннее, резче, до конца.

Мои ноги начинают дрожать, голова помимо воли запрокидывается назад и вбок — и тут же чувствую, как мягко и в то же время настойчиво он берет меня за подбородок и разворачивает к себе.

— Не надо, не отворачивайся. Я здесь.

Я и так держусь из последних сил, но одного звука его изменившегося голоса хватает, чтобы внутри меня что-то сладко оборвалось и рухнуло. Теряя под собой землю, я будто проваливаюсь сквозь ступени лестницы, на которой мы стоим, под пол, который под нами, ощущаю, как, пульсируя, сводит все тело, снизу вверх, до самого затылка, и повисаю на его руке, едва не падая. Становится страшно и восхитительно, дико и прекрасно. Хватаюсь за голову, чтобы убедиться, что она на месте, что она не отвалилась.

Кажется, теперь я понимаю, что такое потерять голову на самом деле.

— Тише, тише — слышу совсем рядом его шёпот и хриплое дыхание. — Я держу тебя. Все хорошо. Я тебя держу.

Ещё какое-то время мне надо, чтобы я начала понимать, что он говорит — но это не снижает остроты восприятия. Его голос как будто продлевает эйфорию, которая все ещё накатывает, волна за волной.

— Можешь отпустить меня. Уже… можешь, — прижимаясь к нему, я беру его руки в свои и целую их по очереди — ладонь и обратную сторону. — Теперь ты. Не думай ни о чем. Забудь обо всем и просто не думай.

Я опускаюсь перед ним на колени и вижу, как резко и судорожно сглатывая слюну, теперь уже он запрокидывает голову и не может сдержать глухой стон. Продолжая смотреть на него снизу вверх, понимаю, что абсолютно и беззастенчиво счастлива — его счастьем, которое ощущаю как своё, тем, что сейчас он полностью мой, тем, что всё остальное, каким бы срочным оно ни было, для него неважно.

Я выиграла его у всех, пусть ненадолго.

Полина, Полина, когда же ты успела так вляпаться? И что будешь делать с этим, когда выйдут все сроки и придёт время возвращаться в свою жизнь?

Никогда не теряйте голову, что бы ни случилось. Не позволяйте земле уходить из-под ног. Хмельная беспечность имеет слишком высокую цену — и никогда не знаешь, когда придётся ее заплатить.

Не теряйте голову, даже если кажется, что потом можно будет одуматься и снова жить по-прежнему. По-прежнему уже не получится. Да вы и сами этого не захотите.