Брачные игры драконов. Часть 3 - Анна Алексеева

– Какие? – снова встревожился мой огненный супруг.

А где, интересно, ледяной? Я потянулась к нему мысленно и тут же ощутила поблизости. Он сидел с другой стороны и просто молчал, предоставив Саймону вести расспросы. Но, будто почувствовав мое беспокойство, Ноа осторожно погладил мой пылающий лоб, убирая с него рассыпавшиеся пряди.

– Пока рано судить, – отозвался целитель. – Точно я смогу сказать, когда она окончательно придет в себя.

– Ты слышишь это, Селина? – послышался рядом взволнованный голос Саймона. – Магия Праматери исцелила тебя, ты больше не умираешь.

Слава Богине!

В груди стало тесно, но это больше не было то смертельное давление, которое я чувствовала на берегу. Меня затопило облегчение и счастье, что мне не придется покидать своих драконов. Мои пальцы снова дрогнули, и дракон осторожно погладил их.

– Как скоро она откроет глаза? – Ноа показался мне уставшим и охрипшим. Сколько времени я провела без сознания? Как сильно заставила их волноваться?

– Уже совсем скоро, я поставил ей капельницу с питательным раствором и добавил в него укрепляющее средство. Видите, на щеках уже появился румянец.

Я действительно чувствовала себя немного лучше, несмотря на то, что все еще будто была заперта в своем теле. Алый туман перед глазами сменился спокойной розоватой дымкой, за которой маячили черные пятна. Неужели Праматерь действительно исцелила меня? Но я ведь даже не успела ее ни о чем попросить.

Очередное усилие привело к тому, что я смогла приоткрыть глаза. Слепящий свет причинил острую боль, и я тут же зажмурилась, смаргивая выступившие слезы. Моих губ коснулась трубка, и я тут же втянула ее в рот, чтобы через миг мое горло смочила живительная влага. Это было очень кстати, потому что я чувствовала сильную жажду.

– Не торопитесь, мисс Хайд, – целитель обхватил мое запястье, видимо, чтобы измерить пульс. – Пейте, сколько требуется, никто у вас воду не отнимет.

Я тихонько фыркнула и поморщилась, когда он вытащил капельницу и прижал ранку салфеткой, а потом, наконец, открыла глаза.

Мои супруги склонились надо мной, оба бледные и невыспавшиеся, с одинаковым выражением тревоги и радости на лицах. Я невольно улыбнулась, мое сердце затопила такая нежность, которую невозможно было выразить словами.

– Пожалуй, я оставлю вас наедине, – мистер Эшли тихонько откашлялся и удалился, осторожно прикрыв за собой дверь. И мы остались втроем.

– Привет, – с трудом разомкнув губы, хрипло сказала я.

Драконы переглянулись и, будто достигнув какого-то негласного соглашения, потянули меня за руки, помогая сесть. Даже головокружение ничем не омрачило моего счастья, когда Ноа прижал меня к своей груди, а сильные руки Саймона обхватили меня сзади.

– Как же ты нас напугала, – горячее дыхание опалило мне висок.

Я неохотно отстранилась, чтобы посмотреть в глаза своих супругов. Не пожалели ли они о своем решении? Что, если ритуал был проведен с расчетом на то, что я все равно умру? И теперь, когда я выжила, не были ли они разочарованы? Но мужья смотрели на меня с искренним обожанием, несмотря на то, что выглядела я, судя по ощущениям, не лучшим образом. Однако, я не могла не спросить.

– Вы все еще хотите этого?

Они поняли меня мгновенно, без дополнительных пояснений.

– А ты уже успела передумать? – мрачно спросил меня Саймон.

Я так сильно замотала головой, что растрепавшиеся волосы хлестнули меня по лицу.

– Нет. Конечно же, нет, – пробормотала я. – Вы теперь от меня не отделаетесь.

– Мы и не собирались, – Ноа нежными движениями убрал волосы мне за уши. – Ты теперь наша. Навсегда.

Я счастливо зажмурилась в их объятиях, в глубине души все еще обеспокоенная. Если Праматерь сняла проклятие, участь моих драконов стала не самой завидной. Они связали себя с человечкой, в то время, как могли жениться на драконицах и иметь потомство. Рот наполнился горечью, и я поспешно прогнала от себя мрачные мысли. Это их выбор. Но если они передумают… Смогу ли я отпустить их?

– Где мы сейчас? – спросила я, оглядываясь. Это явно была палата в целительском корпусе, но совершенно незнакомая. – Как долго я пробыла без сознания?

– Мы вернулись в Далекие Стужи практически сразу после того, как ты упала, – пояснил Ноа. – Лиза настояла, что тебя необходимо спасти. Мы попрощались с богами и погрузились на дирижабль. С учетом времени, потраченного на дорогу, прошло чуть больше суток.

И все это время они не отходили от меня ни на шаг? Сердце снова неприятно сжалось.

– Что произошло на побережье?

Ноа предоставил право рассказывать Саймону, и огненный дракон в красках поведал мне, как сила Великой Золотой Драконицы перешла к Лизе, и Избранная снова обрела крылья. Праотец сделал то же самое для Сумрака, и таким образом в Виригии появились новые боги, в то время как старые отправились на покой. Я не переставала удивляться превратностям судьбы. Казалось бы, сложилась действительно безвыходная ситуация, но все в итоге разрешилось настолько благополучно, насколько это вообще можно было вообразить.

– А проклятие? – спросила я, затаив дыхание.

– Пока рано судить. Прошло еще слишком мало времени, чтобы кто-то из дракониц успел зачать потомство и сообщить об этом.

Я через силу улыбнулась.

– Уверена, первой станет Лиза, – и у меня не было в этом ни капли сомнений.

Саймон хмыкнул.

– Они с Сумраком закрылись в своей спальне почти сутки назад. Поэтому я допускаю мысль, что ты абсолютно права.

На меня снова накатила тоска.

Что, если они тоже захотят иметь потомство? Не станет ли наш брак для них слишком обременительным и невыносимым в таком случае? Настолько, что они будут с нетерпением ждать моей смерти, чтобы обрести полноценную семью?

Предплечья настойчиво покалывало, и я неосознанно потирала беспокоившие меня места, пока Саймон не перехватил мою руку.

– Тебе холодно? – спросил он.

– Нет, – я качнула головой. – Жжется.

Ноа бесцеремонно спустил с моих плеч больничную рубаху, частично обнажив грудь, и несколько мгновений разглядывал увиденное. Молча и с таким видом, будто не верил своим глазам.

– Это то, что я думаю? – хрипло выдохнул Саймон, поспешно расстегивая свою рубаху.

На моих предплечьях четко выделялись узоры: на правом – огненно красный, весь состоявший будто из язычков пламени, на левом – серебристый с искрами, сверкающими, будто первый снег. И с каждым мгновением рисунки проявлялись все ярче, не оставляя никаких сомнений в своем происхождении.

Справившись с рубашкой, Саймон уставился на собственную брачную метку, которая алела на его руке.

– Не может быть, – пробормотал он и растерянно посмотрел на меня. – Это знак истинной пары. Но ты же человек.

Я пожала плечами, не в силах пока осмыслить