Любовь в огне - Хизер Грэм

Но все это были мечты. «Я пленный, вокруг меня янки, и ничего с этим не поделаешь».

Когда операция закончилась, Джесс спал. Хорошая доза эфира сделала свое дело.

— Что ж, поздравляю с удачей. Насколько я понял, главная тонкость заключалась в том, как не повредить сосуды, — сказал Макманус. — Рианнон здорово вам с этим помогла.

— Не стану отрицать.

— Хотите выпить? — предложил Флауэрз.

Джулиан отрицательно качнул головой, не сводя напряженного взгляда с Рианнон.

— Нет, спасибо. Я бы предпочел немедленно вернуться в госпиталь доктора Макмануса. Мне очень понравилось там работать. На холмах еще лежат живые люди. В том числе и южане. Они нуждаются в моей помощи.

Флауэрз кивнул:

— Ну как знаете. Удачи вам, док!

Джулиан криво улыбнулся и направился к двери.

— Джулиан!

Рианнон почти догнала его, но остановилась в двух шагах под его тяжелым взглядом. В эти мгновения ему особенно трудно было сдержаться. Он, правда, и сам не знал толком, чего больше ему хотелось — оттолкнуть ее от себя… и как можно сильнее. Или повалить на пол и прямо тут, на глазах у всех, овладеть ею…

— Джулиан, не будь же таким упрямым и несносным!

— Военнопленным это запрещается, мэм?

— Черт возьми, перестань! Я прошу тебя… очень прошу тебя поверить, что это было необходимо!

Макманус и Флауэрз скромно стояли у окна и смотрели в другую сторону. Но они по-прежнему находились в комнате, и Джулиану поневоле приходилось сдерживаться. Глаза Рианнон горели изумрудным огнем, переживания последнего времени заострили красивые черты ее лица, черные волосы волнами спадали по плечам, в каждом движении ощущалась чувственность, хотя, возможно, она сама и не догадывалась об этом. Джулиан знал, что если она подойдет к нему еще на шаг, он вновь уловит исходящий от нее аромат и тогда уже точно потеряет над собой контроль…

— Необходимо?..

— Пойми, у меня не было другого выхода.

— Вот как? А тебе не пришло в голову поинтересоваться моим мнением на сей счет? Ладно… ты идешь со мной сейчас или нет?

— У меня здесь работа.

— Постой, постой, а как же супружеская клятва? И в радости, и в горе… А если, скажем, я не разрешу тебе остаться?

— На каком основании?

— Например, на том, что я твой законный муж.

— Джулиан, у меня здесь много работы. Но и ты ведь можешь остаться у доктора Флауэрза…

— И тогда исполнится твоя мечта о нашей совместной работе? А по вечерам мы будем уединяться в каком-нибудь уютном фермерском гнездышке, которое нам выделит командование янки как молодоженам, так? Доктор и его любящая супруга. Веселое потрескивание дров в камине. Скатерть на столе. Ужин при свечах…

— Джулиан, прекрати. Это кощунство так говорить, когда кругом война…

— Спасибо за напоминание… — Он нахмурился и вдруг спросил:

— Кстати, как насчет ребенка? Он будет или?..

Она покраснела и тут же опустила глаза.

— Тогда я просто очень хотела, чтобы ты пришел в церковь…

— Какая жалость, что ты случайно принесла себя в жертву.

— Я не приносила себя в жертву…

— Ты вышла за меня замуж.

— Джулиан, не будем спорить. Ты врач, и очень хороший. Мы отлично понимаем друг друга в работе и… — Нет.

— Джулиан!

— Всего доброго.

Он повернулся и вышел из комнаты. На этот раз она не бросилась его догонять.

Следующие два дня он и выделенные ему в помощники солдаты-янки бродили по холмам в поисках тех, кто остался в живых после сражения. Буквально с каждым часом их становилось меньше. Процедура была всегда одна — при обнаружении раненого Джулиан оказывал ему первую помощь, после чего его относили на носилках в госпиталь, где тот либо умирал, либо ложился на операционный стол. К концу вторых суток живых почти не осталось. Вечером Джулиан вдруг обратил внимание на каких-то посторонних людей, копошившихся чуть вдали. В первую минуту он подумал, что это мародеры…

— Что там происходит? — спросил он у Роберта Розера, к которому за эти дни уже успел проникнуться искренней симпатией.

— Это ребята из «Харперс». Есть у нас такая газета, — каким-то кислым голосом отозвался тот.

Джулиан присмотрелся. Эти люди фотографировали Мертвых. В основном южан. Розер перехватил его взгляд и пробормотал:

— Что поделать, док. У нас победа, какие нечасто до сих пор выпадали. Гражданские хотят знать, что тут было. И вообще…

Это увидят женщины и дети…

Джулиан сплюнул и уже хотел махнуть на репортеров рукой, как вдруг увидел, что фотограф попросил своего ассистента передвинуть один из трупов.

Подбирают ракурс получше…

— Черт возьми, их надо остановить! — воскликнул возмущенный Джулиан.

— Хорошо бы, — ответил Джим Брандт, солдат-янки, помогавший им в поисках раненых. — Но они из «Харперс». У нас нет права выгнать их отсюда.

— Они же глумятся над павшими!

И вдруг до его слуха донесся приглушенный стон.

— Проклятие! Там есть живой человек!

Джулиан решительно зашагал в сторону репортеров. Фотограф с черными аккуратными бачками и неприятной ухмылкой не обратил на стон никакого внимания. Накрыв голову черным покрывалом, он приник к своему аппарату, стоявшему на высокой треноге.

— Нет, нет, нет! — почти тут же вскричал он, вновь показываясь из-под своей накидки. — Я же не вижу его глаза, какого черта вы закрыли ему глаза?!

Мертвые не могли защитить себя. Как не мог себя защитить и тот раненый, голос которого слышал Джулиан. Он встал прямо перед аппаратом. Фотограф сначала удивился, а потом увидел на незнакомце потрепанный мундир офицера южан и презрительно усмехнулся.

— Прочь с дороги! — буркнул он.

— Тут есть живые люди, так что убраться придется вам. Тот расхохотался и обратился к янки, подоспевшим к Джулиану.

— Эй, ребята, у вас что, за командира теперь этот доходяга-мятежник?

— Тут есть живые люди, — сурово повторил Джулиан. За его спиной вновь раздался стон. Он живо обернулся и понял, что раненый находится в той куче тел, которую как раз пытались заснять газетчики.

— Заберите его, — приказал Джулиан Розеру.

— Да плюньте вы, — сказал фотограф. — Тут одни мятежники. Все равно через час-другой он сдохнет.

Джулиана охватило бешенство. Глаза налились кровью. Он решительно направился в сторону фотографа, который, внезапно побледнев, начал отступать, но, увидев, что не успевает, решил нанести упреждающий удар. Джулиан увернулся от волосатого кулака и провел ответную атаку. Удар пришелся фотографу снизу в челюсть, и он, охнув, покатился по земле. К Джулиану бросились двое его помощников. Они сумели схватить его за руки, а тем временем фотограф поднялся и с диким воплем набросился на наглеца. Джулиан получил увесистый удар в скулу, но от второго увернулся, и фотограф заехал по лицу своему же помощнику. Тот осел на землю. Воспользовавшись тем, что одна рука его освободилась, Джулиан стряхнул с себя второго помощника и вновь молча набросился на фотографа.