Маг - Маргарет Астер

– Тебе лучше пойти к целителю в одиночку, – бросил Вальдар магу.

– Предпочту прихватить своего личного лекаря с собой, – усмехнулся тот, беря меня за руку.

– За дверью тебя может ждать кое-что такое, чем ты предпочёл бы не делиться.

– Есть ли что-то, что я даже при желании могу утаить от женщины, видящей во сне мои воспоминания?

– Я преду…

– Ни тебя, ни других фейри я больше не оставлю наедине с Мариэль! – отрезал Илдис и потянул меня внутрь.

Мы не успели сделать и пары шагов, когда Алестат вдруг споткнулся и задрожал. Испугавшись такой реакции, я выглянула из-за его спины и удивлённо воззрилась на стоящую перед нами хрупкую светловолосую женщину. Неужели она какая-то известная врачевательница? Лицо незнакомки показалось смутно знакомым. О, Богиня! Это же…

– Мама?! – голос мага дрогнул, а ноги едва не подкосились.

Да! Эти глаза цвета неба, эта нежная улыбка. Она являлась мне в нескольких полуночных видениях, но тогда я не смогла разглядеть в пышных светлых волосах пару аккуратных рожек, таких же, как у волшебника. Сейчас на её голове красовался тонкий серебряный обруч, подчёркивающий их мягкий изгиб. Дивная заторопилась к нам, но Алес неожиданно нахмурился и вытянул вперёд руку.

– Не подходи! Не следовало мне сюда являться.

Он развернулся на каблуках и собрался уходить. Я едва успела ухватить его за рукав.

– Что стряслось? Разве ты не мечтал увидеть её снова? Не глупи, Алес, – придвинувшись, зашептала я ему в ухо.

– Я не…

– Даже если тебе уготована долгая жизнь, она только кажется бесконечной. Однажды ты уже не успел сказать самое важное той, кого любил. Не повторяй эту оплошность снова. Помнится, кто-то обещал учиться на своих ошибках.

Это был запрещённый приём. Я призналась, что знаю о чародее слишком много, что его воспоминания почти слились с моими. Но как иначе можно было остановить его бегство от реальности?

Волшебник замер, позволяя матери приблизиться. Она осторожно взяла его за свободную руку и с благодарностью посмотрела на меня.

– Алес, мне так много нужно сказать тебе! Прости… Ребёнку не было здесь места. Мир фейри слишком жесток.

– Вернее сказать, твоя родня не была рада полукровке. Так, Дейдре? Именно поэтому ты бросила меня с этим безумцем? Ты хоть представляешь, как и на ком Элиас вымещал злость? После твоего ухода он окончательно потерял рассудок.

В словах мага было столько горечи, что я на секунду пожалела, что не позволила ему уйти. Но даже если Дивные почти бессмертны, он не может вечно тащить на себе груз обид.

– Ты ведь знаешь, я очень люблю тебя, родной! Если бы я только могла поступить иначе…

– Я ждал! Каждый день, год за годом. Сначала думал, ты не приходишь из-за отца, но потом я сбежал из Мергрима, а от тебя по-прежнему не было вестей. Даже в эти проклятые земли во время войны отступниц я явился в надежде увидеть тебя, защитить. Не нашёл… Почему?

Голос Алестата надломился, плечи поникли. В кристалле волшебного перстня бушевала такая вьюга, что он стал молочно-белым. Повеяло холодом. Десяток снежных хлопьев вырвались на свободу и плавно опустились на пол. Камень под ними заиндевел. Я поспешно взяла чародея за руку, переплела наши пальцы. Чувствуешь? Я здесь, я рядом. Ты больше не должен переносить все тяготы один.

– Ты прав, я должна была найти способ. Но я боялась твоего отца. После расторжения нашей сделки Элиас не пощадил бы меня при встрече. Фейри непросто пробраться в земли людей. Я долго собиралась с духом, слишком долго. А во время войны всех женщин королевского рода Ольдерон приказал вывезти за море. Чтоб вернуться, потребовалось немало времени. Но всё это не оправдывает того, что меня не было рядом, когда я была нужна своему сыну. Хорошо, что теперь появилась та, что заняла место подле тебя.

Мать Алеса с нежностью взглянула на наши соединённые руки. Заметив парные кольца, она удивлённо вскинула брови и заулыбалась. Нет! Она всё не так поняла, но… не могу же я сказать об этом сейчас. Волшебник слишком уязвим. В свете недавних речей о привороте и влюблённости, это может совсем добить его.

– Не знала, что у меня появилась дочь. Я и правда пропустила все самые важные события в твоей жизни, Алестат. Надеюсь, когда-нибудь ты найдёшь в себе силы снова открыть мне своё сердце.

Дейдре потянулась и погладила его по щеке. К моему удивлению и радости, чародей не отпрянул, лишь прикрыл глаза. Он всё ещё колебался, но снежная буря в перстне уже утихла, сменившись незамутнённой чистотой.

– Ты всегда занимала особое место в моей душе. Сердце промёрзло насквозь. То, что сковано льдом, легко разбить, но в мыслях я всегда был с тобой. Мне не так уж просто принять всё, что произошло между нами. А всё, что не произошло, ещё сложнее… Понадобится время!

– У нас оно будет, обещаю!

Женщина неуверенно коснулась макушки сына. Маг наконец открыл глаза, взглянул на неё с тоской, а потом чуть подался навстречу.

– Мне нужно осмотреть тебя. Позволишь?

– Не стоит, я в порядке, – нехотя отстранился он.

– Сделай это для меня. Так мне будет гораздо спокойнее.

Алес удручённо покачал головой, но всё же позволил Дейдре увлечь себя в глубь комнаты. Сняв верхнее платье и рубашку, он сел на кушетку. Целительница примостилась рядом, жалостливо рассматривая шрамы на бледной коже сына.

– Так много. И некоторые совсем свежие. Что с тобой случилось? – встревожилась она.

– Сначала Элиас и война, потом пренеприятная встреча с зеленозубой Дженни и крушение летучего корабля. Но раны уже затянулись и почти не доставляют неудобств.

Судя по изменившемуся выражению лица женщины, нас обеих чиркнуло это «почти». Она положила ладони на плечи чародея и слегка сжала их. Её руки засветились. Зеленоватое сияние, как свежий весенний росток, обвило тело мага, скользя по синякам, пуская корни в каждый шрам. Постепенно алые следы от зубов болотной твари начали бледнеть и рассасываться. Я с удивлением наблюдала, как исчезают даже застарелые рубцы на его спине, оставленные отцом в момент буйства. Поразительно, какая Сила. Мне о таком мастерстве владения магией остаётся только мечтать.

Алес недовольно повёл плечами, пытаясь сбросить пальцы матери, но она не