Заглуши Мою Боль - Ален Сноу

***

Аэрус бросил короткий взгляд на ожидавшего его недалеко от дверей в спальню Даны приёмного сына и, не задерживаясь, направился далее по коридору. Но, вопреки догадкам двинувшегося за ним Стража, свернул не к кабинету, а на открытую террасу. Подлетев к резным перилам, гравикресло замерло. Фигура Стража монолитом застыла недалеко от дверного проёма, не покидая тени.

Уставшие серые глаза скользили взглядом по пёстрой листве раскинувшегося сразу за ступенями террасы парка, золотившейся в робких, сдерживаемых защитным контуром Столицы, лучах закатного солнца.

Солнца, постепенно выжигавшего всё живое с Соледара. Кроме соли.

— Думаешь, я слишком жестко с ней? — спросил он воспитанника, буквально спиной ощущая его напряжение.

— Она не смирится. Раб для неё… очень много значит, — бесстрастно бросил Страж.

— Вот именно, — ещё секунду назад расслабленная рука на подлокотнике гравикресла сжалась в кулак. — Как только она его получит — мы их не найдём.

"И я ещё не до конца убедил себя, так ли уж это плохо".

Как минимум — для Тэлласа. Пока Дана недалеко, остаётся огромная вероятность, что его мальчик ослабит контроль над чувствами, которые никогда и не скрывал от своего приёмного отца. Вряд ли сам Аэрус смог бы так же держать себя в руках, имея полный контроль над своим более удачливым соперником. Родной сын вот когда-то не сумел, пусть речь тогда шла и не о женщине. Не сумел, за что поплатился жизнью, и вину за это Аэрус Кэррай никогда с себя не снимал. Возможно, в изначальной идее убрать Дану с глаз единственного оставшегося близкого человека, практически второго сына, подальше — было рациональное зерно. Но, как политик, Третий Советник не мог выпустить такой козырь. Слишком сильно засветилась эта женщина, слишком во многое втянута. Нельзя рисковать.

Выбирать между чувствами воспитанника и собственными интересами было неприятно. Но его интересы — на благо Соледара, как всё, что он делал.

А сыну он доверяет.

— У Либры Хоэри нет доступа к контуру.

— Тэллас, ты не настолько наивен. Она мешает большей половине Совета, но устранить её — настроить против себя Альянс, который, хоть и бросил её, спокойно возведёт в ранг мученицы и использует как повод. Им проще выкинуть её с планеты. А без своего образца она никуда не денется.

— Возможно, стоит действительно использовать её за контуром? Её принципы практически совпадают с направлением наших действий, вряд ли она сможет навредить…

— Прекрати. Дана скорее убьётся, пытаясь доказать свою самостоятельность. А нам нечем её заинтересовать. Бескорыстные люди практически не контролируемы. Её раб — всё, что у нас есть. Ты это понимаешь?

Ответа не последовало. Пальцы разжались и начали выстукивать знакомый ритм.

— Мне стоит беспокоиться? Перевести заложника в более надёжное место?

— Нет, наставник. Всё в порядке, стражи надёжны.

— Она придёт к тебе. Как только получит свободу передвижения.

— Вначале попробует увидеться с ним.

— Да. Не допусти этого. Не стоит её обнадёживать.

— Я понимаю.

— Мне жаль, что так сложилось, — голос Третьего Советника снизился и немного потеплел. — Действительно жаль. Ты бы получил моё благословение. Но сейчас я на тебя расчитываю — не подведи.

— Спасибо, наставник. Мне тоже жаль.

Когда старший Кэррай повернулся к двери, проём был пуст.

***

Когда-то я честно пыталась избавиться от использования ненормативной лексики.

Честно. Но безуспешно.

Сейчас только она помогла мне выразить всю глубину отношения к сложившейся ситуации. Мысленно. Я, в конце концов, Либра. Ещё и Советник, пусть и номинальный.

Предательство Дика было болезненным, но на фоне невозможности увидеть Сита я приняла его легко. Радмила, травница, спонсорство которой было прикрытием в моих поисках сбежавшего раба мужа и блокатора, неожиданно ставшая женой Трэнтона, прислала письмо, объяснившее мне некоторые вещи. Не все, далеко не все — но это сейчас меня мало волновало. Возможно, выбравшись отсюда, я встречусь с ними и потребую объяснений лично. А может и не встречусь. Так далеко у меня нет оснований загадывать.

Конечно же, я попыталась увидеть Сита. Конечно же, мне этого не позволили.

Возвращаться в фордштат Хоэри я не видела смысла. Заниматься кристаллами сейчас было даже болезненно, а, оставаясь гостьей Кэррая, я была ближе к Ситу.

Чтоб хоть как-то отвлечься и собрать себя в кучку, вплотную занялась делами Совета. Пусть я и марионетка, но хоть буду чувствовать нити, за которые меня дёргают.

Неожиданно это увлекло. Политика — грязная штука, но, внезапно, довольно четко структурированная. И достаточно сложная, чтоб попытаться в ней разобраться.

Стражи, приставленные ко мне Тэлласом и Аэрусом, оценили моё рвение. Мне даже личного секретаря выделили и дали прямой пропуск ко мне Кару Куэйли, принявшему полномочия моего поверенного. Надеюсь, Аэрус, которому наверняка докладывали о каждом моём шаге, тоже оценил моё рвение.

И то, что он узнает, кто именно спровоцировал очередной накал его конфликта со Вторым Советником, в результате которого старшему Кэрраю пришлось мчаться на другой конец Столицы, чтоб лично уладить инцидент, меня не пугало.

Ну узнает. И что он мне сделает? Под арест посадит? Своего же карманного Советника, да ещё и за пару дней до голосования в Коалиции? Ну-ну. Над ним и так прикалываются по поводу моего постоянного эскорта.

Сбежать от которого оказалось легче всего именно из Зала Советов. А кто сказал, что я не могу попросить сопроводить меня коллегу в его кабинет для приватной беседы? Где совершенно случайно есть запасной выход, о котором моя охрана только подозревает? И то, что я вернусь в фордштат Кэрраев, вместо того, чтоб покинуть Столицу, что я уже пыталась демонстративно и безуспешно проделать, они тоже сразу не подумали.

Они не подумали. Но наверняка этого ждало их начальство. Да, я шла ва-банк, но при этом — что было терять? Мне и так не доверяют.

Ну что ж.

Пора проверить прочность старых связей.

***

Кэррай сидел за столом и что-то писал. Я вошла, тихо прикрыв двери. Увидела, как он напряг и немного расправил плечи, но писать не перестал. Я же, не настроенная