Леди-самозванка в Драконьей Академии Магии - Мария Павловна Лунёва

— Во-первых, она стесняет движения. Во-вторых, в комнате тепло. Ты этого не ощущаешь, потому как на тебе лишь моя туника. Ну и в-третьих, ты уже видела меня без нее, так чего уж. К тому же если нас застанут вместе, то разразится скандал, и ты быстрее побежишь со мной в храм.

Я снова покосилась на его рубашку. Надо же всего лишь ее снял, а доводов-то привел.

— Но вернемся к пальцу.

Дункан сел перед креслом на колени и ловко поймал мою стопу. При этом на его лице появилось такое интригующее выражение, будто он там чем-то непристойным заниматься собрался.

И тут я спохватилась.

— А как лечат некроманты? — Мой голос походил на вопль испуганной лани. — Дункан?

— Сейчас все узнаешь, моя ненаглядная. Не торопи события...

— Какие события? — я дернула стопу, но кто бы заметил мои жалкие потуги к сопротивлению.

Его Высочество не ответил. Покрутив ножку, вытянул ее перед собой и внезапно, склонившись, коснулся пальца губами.

Тело мгновенно опалило жаром. Я дернулась, закрыла лицо ладонями и замерла, ощущая, как он нежно вбирает палец в рот.

«Ну хоть после ванны» — пронеслась в голове совершенно дурацкая мысль.

Щеки горели огнем.

Язык принца Альманца совершал просто невообразимые движения. Дункан посасывал палец, а его ладони при этом нагло ласкали мою ногу, продвигаясь все выше. Не выдержав, я стиснула бедра.

Там где было всегда сухо, вдруг проступила влага, вгоняя в ступор.Меня охватил стыд вперемежку с любопытством. И еще появилось что-то такое в груди, плавно огненной лавой перетекающее вниз живота. Может это и была та самая запретная страсть, о которой порой шепотом рассказывали молоденькие учительницы?

— Дункан, — мой голос дрожал, — это... неприлично!

Он улыбнулся, не выпустив мой палец из плена. К слову, никакой боли там не осталось.

— Пожалуйста, ты... Ты смущаешь меня.

Как же растеряно и жалко я себя ощущала. Никто никогда не разговаривал со мной на тему того, что происходит между женщиной и мужчиной. Нет, я не была наивной, знала о физической стороне вопроса. Но чувства. Эмоции. Пугающие желания. Моей матери обсудить со мной такое даже в голову не пришло. И сейчас я смотрела на Дункана и понимала, что совершенно ничего не знаю.

— Ты боишься, Бель? — опустив мою стопу на свое колено, он попытался поймать мой взгляд.

— То, что ты делаешь... Это соблазнение? — выдохнула, борясь в душе со смятением и страхом казаться глупой.

— Да, — Дункан кивнул. — Разве ты не осведомлена?

— Я знаю, что мужчина оброняет свое семя в утробе женщины. После наступает период беременности. Он делится...

— Тихо-тихо, — Дункан подался вперед и обхватил мою голову ладонями. — Что тебя мучает, Бель? Что не так?

— Я... Я не понимаю, зачем ты... Что это за...

Боги, я готова была разрыдаться от стыда за собственную наивность.Притянув меня к себе, Дункан обнял и успокаивающе погладил по спине. Но даже эти прикосновения больше не казались мне милыми и нежными. О, нет, я чувствовала, как воспламеняется мое тело под его ласками. Как горит кожа.

— Иногда я жалею, что сослал твою мать в лечебницу, а не казнил, — шепнул он, касаясь губами моего виска.

— Что ты сделал? — промычала я ошарашенно.

— Убрал со своего пути, Бель. Жестоко и цинично. Хотя королевская лечебница для умалишённых — не самое плохое заведение. Кормят там преотлично.

— Дункан! Как ты мог?

— Да легко. — он пожал плечами. — Она закатила при мне истерику. Потребовала, чтобы я забрал тебя из Академии и признал победительницей отбора, потому как она имеет право на трон. Она! А не ты! Я смекнул, что как только эта особа пронюхает о моих чувствах — изведет мою девочку. Начнет тебя донимать. Так что мне было делать? Только убрать из нашей жизни. Теперь ее лечат, надеюсь, не очень успешно. Но, Бель, мы не о том говорим. Тебя пугают мои ласки?

— Нет, — я покачала головой, принимая тот факт, что маменька моя попала в весьма нехорошую опалу.

— Бель? — Дункан приподнял бровь.

— Я странно реагирую на твои прикосновения, — пробормотала, вспоминая, о чем он спрашивал.

— Неприятно?

Я покачала головой, вконец, заливаясь краской.

— Бедная девочка, — раздвинув мои ноги, он пристроился между ними, все также стоя на коленях. — Это вожделение, Бель. Именно то чувство, которое я бы хотел видеть в твоих прекрасных очах. Твоя невинность как магнит для меня. Ты даже не представляешь, какое удовольствие мне доставляет сама мысль, что я стану твоим первым и, надеюсь, единственным мужчиной. Я чувствую дрожь в твоем теле от прикосновений. А когда я окажусь здесь, — его руки поползли вверх по моим бедрам под подол туники, — ты порадуешь меня еще и стонами удовольствия.

Потянувшись вперед, он легонько коснулся моих губ.

В дверь громко постучали.

Глава 63

Дункан странно вздрогнул и, повернувшись на шум, неожиданно зло скривился. Кто бы ни стоял сейчас на пороге с той стороны двери, он был в шаге от гнева Его Высочества.

Стук повторился.

Руки Дункана стиснули мои бедра. Опустив голову, он подался вперед и прижался губами к моей шее. Незваных гостей принц Альманца решил проигнорировать. Но с той стороны двери были с этим не согласны.И снова стук.

— Дункан, — шепнула, хватаясь за его плечи.

— Я никого не жду, — выдохнул он, обжигая дыханием кожу.

Принц все настойчивее заваливал меня на спинку кресла, накрывая своим телом. Его ладони смелее ползли верх, смещаясь на внутреннюю сторону бедер.

— Дункан... — схватив за запястье, я попыталась хоть немного придержать его страсть. — Я не готова. Ни сейчас и ни когда к нам в дверь ломятся.

Словно услышав меня, опять забарабанили.

Это окончательно разрушило всю романтику, витающую вокруг нас.

— Плохо здесь в Академии изучают законодательство, — недовольно проворчал принц, — иначе бы знали, что я могу приказать казнить, не оглашая причин.

— Не вредничай, — я заправила прядку темных густых волос