Ирландская принцесса - М. Джеймс

Когда они прибывают, заходя в комнату один за другим на верхнем этаже, я вижу, каким усталым выглядит Лиам, даже больше, чем когда я видел его на кладбище. Его лицо выглядит осунувшимся, и он стоит передо мной, его плечи напряжены, когда мы встречаемся взглядом.

— Я здесь, чтобы услышать твои условия, брат, — просто говорит он. — Я не даю тебе никаких гарантий. Но скажи мне, чего ты хочешь.

Моя грудь сжимается при этих словах. Наконец-то мы здесь, в этот момент, когда я предъявляю своему брату ультиматум, который я подготовил, и часть меня хочет сказать ему, что я совершил ошибку, что мы можем разобраться во всем вместе. Что мы братья, связанные кровью и любовью, и что я никогда не смогу отослать его прочь, как и не допущу, чтобы ему причинили какой-либо вред. Но я чувствую присутствие людей за моей спиной, всю работу, которую мы проделали, чтобы попасть сюда, вижу каменные лица других королей. Мы зашли так далеко, и теперь я не знаю, как повернуть назад, так же как не знаю, как помириться со своей женой.

— Я хочу, чтобы ты уехал из Бостона, — решительно говорю я ему. — Ты и твоя жена. Вы не имеете права возвращаться или отправиться на Манхэттен или Чикаго, где мои союзники удерживают территорию, под страхом смерти. Ты можешь отправиться куда угодно еще, сохранить свои счета и активы и начать новую жизнь невредимым. Если ты принимаешь эти условия, у тебя есть семьдесят два часа, чтобы покинуть Бостон вместе со своей женой.

— А если я этого не сделаю? — Глаза Лиама сужаются. — Что тогда, брат?

— До этого не обязательно доводить. — Я не могу заставить себя произнести слова, которые могли бы предположить, что его могут убить, которые могли бы выразить истинную опасность ситуации для него. — Образумься, Лиам, этому никогда не суждено было стать твоим! Ты только взял то…

— Потому что ты ушел. — Голос Лиама жестче и злее, чем я когда-либо слышал, и в нем тоже слышна боль, предательство, которое ранит меня до глубины души. — Ты ушел. Ты не согласился с нашим отцом, и ты увидел выход, и ты, блядь, сбежал, Коннор. Ты оставил меня здесь управлять им, тем, как он выходил из-под контроля, а теперь хочешь обвинить меня в том, что он мертв. Я знаю, что это так. Но я остался! Я мог бы оставить стол другим Королям, пусть они царапают его, как боевые стервятники, но я занял место! Я выполнял свой долг, руководил ими и позаботился о том, чтобы после всего, что сделал наш отец, воцарился мир, мир с мафией, мир с Братвой. Никто никогда не учил меня, как это делать, ни отче наш, ни ты, но я все равно это сделал. — Его челюсть напрягается, мускулы прыгают, когда он смотрит на меня сверху вниз. — Я остался, а ты сбежал. И теперь ты думаешь, что можешь вернуться, жениться на Сирше и потребовать свое место обратно, потому что ты говоришь, что оно твое? Потому что это твое право? — Лиам качает головой. — Я заслужил это, брат. Ты этого не заслуживаешь, и ты ничего не сделал, чтобы показать, что заслуживаешь.

Его слова ранили глубже, чем я когда-либо мог себе представить. Я слышу в них все, о чем он умалчивает: годы боли, потерь, и мне мгновенно вспоминается, кем мы когда-то были друг для друга, как я когда-то пытался быть для него всем, и потерпел неудачу.

— Я пытаюсь защитить тебя, брат…

— Я давным-давно перестал нуждаться в твоей защите.

Мы оба открываем рты, чтобы заговорить одновременно, и тут Джейкоб делает шаг вперед, поднимая руку. Я поворачиваюсь, чтобы спросить его, какого хрена он себе позволяет, но он смотрит на меня, озабоченно нахмурив брови.

— Ты чувствуешь этот запах?

Я делаю глубокий вдох, глядя на него в замешательстве. Хотя он прав, в воздухе витает что-то едкое, и мой желудок инстинктивно сжимается от страха.

— Это дым, — говорит Левин у меня за спиной. — Какого хрена…

Где-то в здании, под нами, я слышу визг пожарной сигнализации. Звук доносится до того места, где мы находимся, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Джейкоба, который смотрит на окна с неуклонно растущим ужасом в глазах.

— Пожарные лестницы…

— Были дерьмовыми, когда мы переехали, — говорит Джейкоб напряженным голосом. — Они бесполезны. Они в нашем списке того, что нужно заменить или исправить, но…

Но они этого еще не сделали. Я смотрю на своего брата, который стоит как вкопанный, и меня наполняет холодный страх.

Здание в огне.

И мы все, блядь, здесь в ловушке.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Перевод осуществлён TG каналом themeofbooks — t.me/themeofbooks

Переводчик_Sinelnikova