Звёзды ещё горят - Лиса Эстерн

Он остановился. Ждал её решения. Молчал.

И почему он молчит?

Стелла вдруг сильно разозлилась и резко обернулась. Мгновение обратилось в мерцающую вечность. Она взглянула на юношу перед ней и не смогла ничего сказать: просто смотрела в немом облегчении.

– И снова ты оказалась быстрее, – мягко и нежно звучал его голос. – Неужели я обречён смотреть издалека на то, как ты прекрасна? Стелла, ты – звезда, которая ещё горит. Станет ли она моей путеводной звездой?

Стелла медленно улыбнулась и тихо рассмеялась.

– Я знала, что это ты, – уверенно произнесла она. – Марк, ты просто невыносим в своих играх!

В руках он держал небольшую коробочку с голубой лентой, и, даже не открывая её, Стелла прекрасно знала, что внутри. Те самые обещанные ей печенья. Марк оказался парнем, с которым она подружилась в интернете, тем Ловцом, веселящим её глупыми шутками. Он стал тем, кому она улыбнулась в первый раз. Был человеком, который неожиданно хитро пробрался в её сердце и теперь не желал его покидать. Тот, кого она хотела выбрать.

Стелла шагнула вниз и поскользнулась. Чуть не рухнув вместе с ней, Марк поймал её, крепко держа в своих руках. Ноги скользили – ещё немного, и они оба скатятся по ледяной лестнице вниз.

– Если ты хочешь, чтобы я обнял тебя, не обязательно падать!

– Так будет неинтересно, – парировала Стелла, вцепившись в его куртку. – Не хочешь загадать желание? Ты же поймал падающую звезду, – ей стало неловко от шутки, но она не показала вида.

Марк расплылся в такой довольно улыбке, родившей две ямочки на щеках, что Стелла враз растеряла всякую выдержку. Её сердце трепетно билось, обжигаясь при каждом шумном вдохе.

– Оно уже сбылось, – Марк наклонился и нежно, невесомо коснулся губами её улыбающихся губ.

Где-то внизу вдруг кто-то заверещал, и Стелла с Марком всполошились, обернулись и разразились смехом: внизу, победоносно вскинув кулак, кричала Маша, пока её молодой человек пытался её угомонить, потому что на них уже косились все гуляющие на площади. Но подруга бы уже не замолчала, а потому она прокричала:

– Так держать! Марк, я всегда болела за тебя! Так этих интернет-мужиков!

– Заткнись! – бросила ей сквозь возбуждённое веселье Стелла. – Вот же дурочка. Мы ей не расскажем?

Марк прищурился, наклонился к ней и прошептал:

– Вкус у неё и правда ничего, да?

– Ой, и ты заткнись, – Стелла обхватила ладонями его лицо и поцеловала, не желая больше слушать эти дурацкие шуточки.

Настоящие звëзды не те, что мерцают на далёком и холодном небе, а те, которые рядом с тобой и которые готовы разделить все твои горести и радости. Стелла смотрела на Марка и своих друзей, улыбалась и чувствовала, как в ней самой что-то ярко горит.

Эпилог

Прошла уже неделя с тех событий, с момента, когда его самое сокровенное желание вдруг сбылось. Он не надеялся, что этот день наступит и девушка, которая очаровала его и беззастенчиво украла его хитрое сердце, неожиданно взглянет на него и улыбнётся с колючим, как настоящий поцелуй снежинок, взглядом голубых глаз.

Если Паша мог направо и налево заверять всех, что влюбился с первого взгляда в бестию по имени Мария, и главное – все ему верили, то Марк не мог позволить себе таких громких и излишне сладких слов: никто бы из его знакомых не поверил ни одной букве в этом предложении. Как такой несерьёзный, взбалмошный и подвешенный за язык парень, как Марк, мог очаровываться одним простым «пошёл ты»? Нет, он никогда в этом не признается, ведь это совсем не романтично.

Прогремел Новый год, который они неожиданно отпраздновали в компании семьи Маши – она и слышать ничего не собиралась, самовольно затащила всех своих друзей в квартиру и заявила отцу, что он может собираться и уезжать, если тот против. Возражений не последовало, поэтому компания из четырёх человек удачно провела в гуляньях всю ночь, напилась до чёртиков и воскресла где-то на вторые сутки, едва ли способная что-то припомнить. Паша бормотал молитвы, пытаясь справиться с тошнотой, Маша несколько часов сверлила потолок взглядом, поэтому создавалось впечатление, что вместе с алкоголем её тело покидает и душа. Стелла молча сносила страдания, вызванные жутким похмельем, пока Марк проклинал любой источник света, который был ярче безлунной ночи. Кроме Стеллы, которая ему мученически улыбнулась: эту светящуюся улыбку он мог созерцать в любом изменённом и трезвом состоянии.

Его ставки на то, что никто в его жизни не улыбался красивее, оправдались с лихвой.

– Я. Больше. Никогда. Не. Буду. Пить, – с трудом выдала Маша, шурша постельным бельём, пока ворочалась на кровати. – Убейте меня, если я хоть раз притронусь к коньяку и виски.

– Уверен, ты не первая и не последняя, кто искренне в это верит, – пробормотал Марк.

– Меня сейчас стошнит, – простонала вдруг Стелла, неуверенно поднимаясь с разбросанных на ковре подушек, на которых они беззаботно вырубились. Она встала и почти сразу же легла. – Когда потолок и пол поменялись местами?

– Ты как?

– Жалею, что проснулась, – и она поползла в ванную.

– А я нет, – рассмеялся Марк и тут же пожалел об этом, потому что виски прострелила боль. – Когда я ещё раз увижу тебя такой?

Родители Маши ушли после курантов к друзьям, оставив свою дочь и её друзей на волю их неосознанности и сумасшествия. И огромного количества алкоголя. Марк плохо помнил, кто первый предложил смешать всё, что было, и поиграть в какую-то глупейшую игру, суть которой – напиться до состояния предсмертного ужаса. А главное, он едва ли помнил, почему они решили, что это будет классной идеей.

Отбросив размышления, из-за которых его голова только сильнее раскалывалась, юноша принял вертикальное положение и поднялся, на удивление неплохо справляясь с силой тяжести и притяжением к мягким подушкам. Паша с Машей, кажется, провалились в сон, не желая вылезать из забытья, где не было похмелья, и Марк не мог их осуждать.

Добравшись до ванной комнаты, где Стелла скорчилась в обнимку с унитазом, он сочувственно вздохнул: его организм стоически пережил ночные извращенства со спиртным в отличие от нежного желудка его девушки. Его девушки. Мурашки прошлись по коже от этой мысли.

– Что ты тут делаешь? – хрипло произнесла она, несчастно поднимая взгляд. – Не хочу, чтобы уже через неделю наших отношений ты в испуге бросил меня в туалете. Марк, уйди.

– Брось. Ты прекрасно выглядишь.

Стелла скривилась, закатывая глаза и