Отшельница. Искра короля - Марина Эльденберт

— Ол-ля, — вопрос, как Стефан умудрялся рычать мое имя, в котором не было буквы «р», но для этого наверняка нужно было родиться драконом, — ты не станешь делать ничего, что может угрожать твоей жизни или здоровью!

Меня и так дико раздражало собственное бессилие в этой сложной ситуации с Лазаром, а король Рована еще и сыпал соль и перец на мою рану.

— Вы ничего не забыли, ваше величество? — поинтересовалась я, скрестив руки на груди. — Тебя забыла спросить, как мне поступать с моим сыном!

— Он не твой сын, а Кристофа Вальдена и Оливии Веттивер.

— Биологически да, но сердцем — мой. Ты разве не понял, Стефан? Для тебя это шутка? Зачем тогда ты мне помогаешь?

Король потемнел лицом, крылья его носа дрогнули, а драконьи зрачки вытянулись в вертикаль.

— Вальден для меня не шутка. Он мой племянник. Но если выбирать между ним и тобой, я выберу тебя.

— То есть вариант, где мы все счастливы вместе ты не рассматриваешь? — прорычала я, шагнув вплотную к Стефану. Он опешил, и я этим воспользовалась. — Я обещала дать тебе шанс. Дать нам с тобой шанс. Но теперь все больше склоняюсь к тому, что у нас ничего не получится! Потому что для меня важны мои дети. Те, которые есть у меня сейчас, а не гипотетические, в будущем, как сказал Риаран. Я сделаю все, чтобы они были счастливы.

— Даже погибнешь? — прорычал в ответ король.

— Одним разом больше, одним меньше, — с вызовом бросила я ему в лицо.

— Невозможная женщина!

— Бесчувственный дракон!

— Все будет, как решу я, — отрезал он, направляясь к двери, а у меня сердце ухнуло вниз, словно в то самое жерло.

— Тогда ты меня больше никогда не увидишь! — крикнула я ему в спину. Бросилась следом, но по двери побежали всполохи голубой водной магии: Стефан меня запер.

Я со всей силы пнула ни в чем не повинную дверь, но только зашипела от боли. Чувство дежавю меня буквально убивало, а симпатия и благодарность к дракону, накопленные за все путешествие, медленно таяли.

В прошлый раз, в королевском дворце, я знала, что спасаю Лазара, теперь же не представляла, как ему помочь.

5.7

Стефан

Мужчина, который подвергает опасности женщину, а особенно свою женщину, тем более осознанно — не мужчина. Но какое еще решение у этой задачи? Попытка заставить Лазара обернуться сразу закончилась бы для сына Вальдена смертью. А промедление обернулось тем, чем обернулось. Князю Эйрузии было шесть, Лазар был на три года старше. Стефан считал, что ему хватит сил удержать сознание, и ему должно было хватить, но не хватило.

Или же Лазар просто не хотел возвращаться. Ему было хорошо оставаться драконенком, не так больно. Как целитель Стефан все это понимал и знал, что ребенок ни при чем, что он должен приложить все усилия, чтобы его вернуть, как король и как брат Вальдена должен был оставить все как есть. Часть его сходила с ума из-за ссоры с Ольгой, считая мысли, которые временами приходили ему в голову, недостойными целителя.

Лазар Вальден всегда будет угрозой — так говорил разум. В точности так же, как его отец. Ошибка доверия уже однажды чудом не обернулась международным конфликтом, расколом Рована на две части и гражданской войной. Не говоря уже об Оливии, но…

Оля сходила с ума из-за этого ребенка. Она действительно называла его своим, не просто называла, она отдала ему свое сердце, свою душу, она готова была ради него на все, даже прыгнуть в жерло вулкана. Хотя, справедливости ради, ей надо было прыгать в морские глубины, потому что для дракона важен источник силы поблизости и Лазару нужно было море.

А ближайшее море здесь в полудне лета.

Стефан даже не пошел к себе, сразу направился к Тимоти, потому что Лазара и здесь определили — нет, не на конюшню, у земных не было лошадей, к горным кошкам. В каком-то смысле Риаран был коллекционером, он приручал горных котов, и для них у него было выделено целое крыло дворца. Наземное. Там коты могли ходить свободно, у них были комнаты с настоящими человеческими кроватями, где они могли спать. За ними ухаживал целый штат слуг, кормил, поил, выгуливал в горах, следил за их здоровьем, и так далее. Словом, любимцы Риарана жили лучше, чем многие его подданные, а внимания получали гораздо больше чем та же самая Антония.

На нового знакомого коты обращали не больше внимания, чем на мебель — драконенок их не интересовал, хотя Лазар радостно тянул нос ко всем, кто воротил носы от него. А вот от Стефана они шарахались и шипели, явно чувствуя мощь и чужеродную силу.

— Мне нужно будет отвести его к морю, — сказал Стефан, когда наблюдающий за братом Тимоти поднялся ему навстречу.

— Сейчас? — Сын вскинул брови.

— Да, я не хочу ждать. Ольга сходит из-за него с ума.

— А ты сходишь с ума из-за нее.

— Что ты сказал?

— Ничего, — Тимоти пожал плечами. — Это твое решение. Могу я чем-то помочь?

— Нет, ты останешься здесь. Я запер ее магией, потому что она немного разволновалась. Через пару часов загляни к ней, расскажи, что я сделаю все, чтобы вернуть Лазара.

— Сделаю, — Тимоти кивнул.

Стефан же поманил за собой драконенка, и тот доверчиво потопал следом. В нем не ощущалось враждебности или недоверия, как в человеке, скорее — интерес, любопытство, а еще драконенок-Лазар однозначно признавал в нем главного и слушался.

Вот бы Оля сделала то же самое! Хотя бы раз. Неужели так сложно ему довериться?

Стефан обернулся на той же самой площадке, на которой его встречали, расшаркиваться и объяснять что-либо Риарану не было ни времени, ни, честно говоря, ни желания. После того, как тот посмел угрожать Ольге, Стефан едва сдержался.

Оборот, прыжок, зов — и вот они уже снова парят, набирая высоту. Лазар летел рядом, и Стефан чувствовал, что внутри его зверя рождается совершенно иное чувство, не похожее ни на что из того, что испытывал он. Дракон хотел его оберегать в точности так же, как того хотела Оля.

Только