Даже когда я уйду - Николь Фиорина

Мы добрались до подножия холма. Прежде, чем отправиться на незнакомую территорию, я повернулась к Олли. Его немного трясло под черным худи и черными джинсами: он натянул не только свою знаковую шапочку, но и капюшон поверх нее. Кончик его бронзового носа и щеки краснели под порывами ветра.

– Ну что, мне удалось тебя переубедить, милая моя? – спросил он, посмотрев на меня с надеждой.

Я покачала головой.

– Это ты научил меня видеть хорошее во всех. Каждый человек заслуживает второго шанса.

– Да, что ж, я тот еще лицемер порой. Помимо всего прочего.

– Чего – всего прочего?

– Еще я влюбленный человек. Тот, кто готов пойти против того, во что верит, ради того, чтобы обезопасить тебя.

– Они меня не тронут.

– Кто-то уже тебя тронул, Мия. Откуда мы знаем, что тот, кто напал на тебя в душевой, не скрывается среди тех, кто ждет нас в лесу прямо сейчас? Набирает побольше оружия, чтобы на этот раз с тобой покончить?

– Тогда давай назовем это детективной работой.

Олли улыбнулся и закинул руку мне на плечо.

– На работе не пьем.

– Договорились.

Все собрались вокруг сваленного дерева: группка отбросов передавала по кругу бутылку с непонятным наполнением и смеялась. А потом подошли и мы. Брия и Джуд подпирали спинами стену, которая скрывала нас от внешнего мира, и о чем-то увлеченно беседовали. Тайлер перекинула ноги через лежащее дерево и приложила бутылку к губам, затем сделала гигантский глоток и передала ее Мэдди. Джейк и Гвен лежали в ворохе листьев и кидались друг в друга веточками.

Ленивый, голодный взгляд Мэдди тут же оказался на Олли, и она махнула бутылкой вперед, усмехнувшись.

– Чертов Оливер Мастерс… или мне стоит назвать тебя Оливер «Не-Встает» Мастерс? – она откинула голову назад и рассмеялась.

Смех ее эхом разнесся по поляне.

– Кажется, кому-то уже хватит, да? – Олли выхватил у нее бутылку и окинул взглядом усеянные мусором листья.

Под ногами нашими покоилось целое кладбище пустых бутылок, оставленных здесь после тех пятниц, которые я пропустила.

– Мне жаль, Мия, – протянула Мэдди, посмотрев на меня и еле-еле поднявшись на ноги.

Меня окатило тревожным чувством, и я спрятала дрожащие руки в карманах худи.

– Чего?

– Мне жаль, потому что ты влюбилась в парня, у которого не встает.

Олли резко вскинул голову, чтобы проследить за моей реакцией, но меня ее слова словно бы и вовсе не задели. С чего она это вообще взяла? Во рту пересохло, и я провела ногтем по запястью в кармане: я смотрела на ситуацию снаружи. Могла ли я все увидеть? Я знала, что между ними что-то произошло, но подробностей мне знать не хотелось. Олли предложил однажды мне все рассказать, но тогда я не хотела ничего слышать.

А сейчас и подавно.

– Так, мы уходим, – Олли прервал поток моих мыслей, положив руку мне на плечо.

Всегда думает о том, как бы меня защитить.

Тайлер ударила Мэдди ботинками.

– Мэдди просто ревнует, потому что на Мию у тебя стоит, – она запнулась, Джейк захихикал. – Оставайтесь, пожалуйста. Ее отпустит.

– Да, Олли, оставайся. Мы так давно не тусили, – заныла Брия, за ней виднелся Джуд, в руке ее оказалась новая бутылка.

Интересно, откуда у них вообще алкоголь?

– Расслабься. Как в старые добрые. – Свободной рукой Брия схватила Олли и оттащила его в сторону, усадив, словно непослушного ребенка.

Олли отказался от бутылки и не сводил взгляда с меня.

– Чтобы все прояснить на всякий, – начала я, набираясь смелости, чтобы закончить это предложение. – Все в порядке ведь, так?

Повисла тишина. Я затаила дыхание.

Мне не стоило сюда приходить. Я постоянно менялась, и это было тяжело. На протяжении десяти лет я была одна: мне не нужно было волноваться о чужих чувствах. Я зависела только от себя и присматривала только за собой. Так было легче.

Потом меня нашел Олли.

А после оставил меня, но перед этим вылепил из меня нового человека. Из-за Олли у меня появились друзья. У меня появилась рутина.

Но теперь? Я обвела взглядом уставившиеся на меня безликие тела. Я больше не узнавала тех, кого раньше называла друзьями. Меня закачало, ноги подкашивались. Да и руки дрожали. Так не должно быть. Жизнь слишком коротка для того, чтобы стоять здесь, рядом с ними, и чувствовать себя так, словно на меня направили дуло пистолета.

– Мия! – тихонько прошептал Олли, и я, наконец, узнала его голос.

Светлые глаза его смотрели на меня снизу вверх. Звали меня. Одним лишь взглядом он смог зацепиться на мою душу и избавить от всех тревог.

– Готова?

Я кивнула, Олли поднялся, и мы ушли из леса.

Я почти сразу поняла, что оно того не стоит. С каждым шагом мне становилось все легче и легче. Я должна была почувствовать себя слабой… но вместо этого становилась лишь сильнее.

Я уходила от них и становилась сильнее.

Олли сжал мою руку. Ему не нужно было ничего говорить. Может, мне просто не суждено общаться с толпой людей. Люди становятся похожи на тех, кем они себя окружают, и я решила, что потеря части моей личности того не стоит.

Двадцать три

Подари мне любовь такую пьянящую, чтобы у меня никогда не было похмелья.

Оливер Мастерс

Олли

С тех пор, как мы с Мией начали спать вместе, ей перестали сниться кошмары. Если бы я только знал, с чем ей приходило бороться каждую ночь, то не стал бы терять времени и нашел бы способ вернуться к ней раньше.

Тела наши так идеально подходили друг другу… это вызвало у меня улыбку. Мне не нужно было даже открывать глаза, чтобы знать: Мия тоже проснулась. Я все еще никак не мог поверить в то, насколько рано она просыпалась. Но моя девочка любила дремать днем.

Я упрямо держал глаза закрытыми: может, так этот крошечный момент времени, когда я ее держу ее в своих руках, продлится чуть подольше? Легкое дыхание Мии опалило мне грудь. Я провел пальцами по ее губам. По ее бедрам.

А то, что последовало за этим… ах, потому я и вставал вообще по утрам.

Изящный палец Мии провел по ресницам, умоляя меня открыть глаза, и я почувствовал ее улыбку. Знал, что сейчас она украшает ее губы.

– С Рождеством, – прошептала девушка, и тот же палец провел по моему носу, по губам и по груди.

Безумие какое-то. Через год мы будем встречать Рождество в доме, который я купил