Дотянуться до звезд - Луанн Райс

Диане хотелось разрыдаться. Она хотела извиниться перед матерью за крики и убедиться, что с Эми все в порядке. Она хотела поставить на место вещи, опрокинутые Джулией, — бутылку с фруктовым соком, стопку справочников. Но она знала — что-то очень плохое происходило с Джулией, и она была обязана помочь ей.

— Мама! — позвала она.

Люсинда и Эми вернулись, остановившись в дверях.

— Садись за руль, мам, — укачивая Джулию, сказала Диана. — Отвези нас в больницу.

Кивнув, Люсинда забралась на водительское сиденье. От сельских красот Новой Шотландии буквально перехватывало дыхание. Куда ни глянь, везде сияли поля цветов. Вдалеке большие холмы вытягивались прямиком к морю. Высокие сосны отбрасывали длинные тени на дорогу, однако городов нигде не было видно. Эми сверялась с картой и по мере сил направляла Люсинду.

— Дорогая, — сказала Люсинда, отмерив десять миль. — Говори, что делать.

— Найди таксофон, — сказала Диана. Джулия, дрожа, лежала у нее на коленях. Она тяжело дышала, и ее кожа совсем потеряла цвет. Ее веки трепетали, словно ей снился сон, но она никак не просыпалась. Из-за одной мысли о том, что они могли затеряться в глуши, Диану обуял панический ужас.

На следующей площадке для отдыха было четыре телефона-автомата. Люсинда взяла Джулию, Эми присела рядом, а Диана выбежала на улицу. Ее сердце безумно колотилось, и она была в такой панике, что чуть не лишилась способности здраво рассуждать. Существовала ли в Канаде служба вроде 911? И если да, то как ей объяснить им, куда нужно ехать? И вдруг, посреди этого кошмара, она вспомнила номер телефона Малаки.

— Опять ты? — только сняв трубку, взревел он. — Я уже сказал, что это между твоим братом…

— Малаки! — закричала Диана. — Это Диана Роббинс. Я в Новой Шотландии и…

— Успокойся, Диана, — сказал он уже совсем другим голосом. — Я знаю о том, что ты здесь. Мне уже все уши прожужжали. Итак, что стряслось? Похоже, ты серьезно напугана.

— Малаки, моей дочке плохо, — сказала она. — Надо отвезти ее в больницу, а я не знаю, куда ехать…

— Где вы сейчас?

Диана рассказала ему все, что смогла. О том, как они прибыли в Пикту, потом направились в Ярмут, и еще упомянула про последний виденный ими дорожный знак.

— Езжайте в Галифакс, — сказал он. — Это лучший выбор, к тому же вы не так далеко от него. Она справится, дорогая? В каком она состоянии?

— Она после припадка, без сознания. У нее учащенный пульс и…

Диана разразилась громким плачем. У Малаки был глубокий, приятный голос, и он натолкнул ее на воспоминания об отце.

— Я понимаю, ей пришлось нелегко… бедная девочка, — сказал он. — Просто привези ее в Галифакс, а мы встретим вас у больницы. Сумеешь?

— Да, — ответила Диана. — Ради Джулии я постараюсь. Спасибо, Малаки. Я рада, что позвонила тебе.

Только повесив трубку, она подумала, с кем Малаки собрался ее встретить и каким вообще образом он узнал, что она была в этой провинции.

— Луненбург отличное место, — сказал Тим, поднимаясь на борт буксира с охапками продуктов. — Хороший такой городок. Может быть, мне стоит… — Одного взгляда на лицо Малаки было достаточно, чтобы понять — что-то произошло.

— Это твоя дочка, Тим, — сказал он. — Дела у нее совсем плохи.

— Джулия… — потрясенно произнес Тим.

— Только что звонила Диана.

— Звонила сюда? — спросил Тим.

Значит, это было серьезно. Красноватое лицо Малаки помрачнело, в его глазах отражалась глубокая печаль. Ну конечно, ведь он был ирландцем, а они могли отыскать трагедию в чем угодно, хоть в густом тумане, хоть в тающем мороженом. И все же Тим нервно сглотнул и приготовился слушать. Долгое время он был в бегах, но это не означало, что он совсем никогда не думал о ней — о ребенке, которого бросил. Сердце его гулко стучало.

— Она страдает, — сказал Малаки.

— Я знаю.

— Ужасно страдает, — сказал Малаки. — Жизнь не должна быть настолько жестока к маленьким девочкам. И к их матерям и отцам. Поставь сумки, и идем.

— Что? — спросил Тим.

— Ты поедешь со мной в Галифакс. Они сейчас там.

— В Галифаксе, в Новой Шотландии? — ошеломленно переспросил Тим. — В нескольких милях отсюда?

— Точно, — ответил Малаки. — Твой братец Алан из кожи вон лез, пытаясь связаться с тобой. Диана отдыхала здесь неподалеку, и у ребенка случился припадок. Теперь бери свою куртку и…

— Я не могу, — тупо сказал Тим.

— Черта с два ты не можешь, — вскричал Малаки, схватив его за руку. — Тим, она твоя дочь. С чем бы ни предстояло столкнуться Диане, она справится с этим быстрее, если рядом с ней будет отец Джулии. Забудь о своей глупой гордыне и веди себя как мужчина. Ради девочки.

— Я хотел бы, — сказал Тим, — но не могу. — У него перед глазами появился образ Дианы в тот момент, когда он видел ее в последний раз: на девятом месяце беременности, с зареванным лицом, она тянула его за руку и умоляла остаться. Двенадцать лет он уплывал от этого воспоминания и мог лишь представлять, что делала она. Ради нее же самой он не хотел снова врываться в ее жизнь.

— Иисусе, Тим, — сказал Малаки. — Ты как призрак, который скитается всю свою жизнь. Что это за существование такое — ловля омаров для первой нанявшей тебя компании? Ты потерял семью, а теперь и брата. У тебя нет ни дома, ни любви. Тим, это твой шанс.

Тим стоял, не шелохнувшись и закрыв глаза, словно пытаясь защититься от свалившихся мучений.

— Сынок, ты что ли ослеп? Это чудо, иначе и не скажешь. Ты нужен своей дочери, и вот он ты. Думаешь, тут простое совпадение?

— Не знаю, — ответил Тим.

— А я знаю, — сверля его взглядом, сказал Малаки. — Никакое это не совпадение, а твой шанс, возможно, даже последний шанс. Если бы я мог провести хотя бы минуту, нет, секунду, с Габриелем и Бриджит, то отдал бы за это последние годы своей жизни. Ну же, Тим!

У Тима перехватило горло. Что, если Малаки был прав? Что, если он мог увидеться с Дианой, встретиться с дочерью? И зачем он приплыл в Канаду этим летом, на этой неделе? А зачем приехали они?

— Галифакс? — услышал он собственный голос. — Значит, они там?

— Они туда сейчас направляются, — сказал Малаки. — Пошли.

Тим покачал головой. Он понял, что не поедет.

— Идем, — сказал Малаки, потянув его за собой.

Тим выдернул руку.

— Отстань, Малаки, — сказал он. — Оставь меня в покое.

— Оставить тебя в покое? — прогремел Малаки. Он выпрямился в полный рост и заревел, не сдерживаясь в выражениях. — Где-то рядом твоя дочь нуждается в помощи, а ты боишься показаться и поддержать ее?

— Я не могу… — сказал Тим.