Зеленоглазая леди - Карен Робардс

В глазах Грэма блеснуло восхищение, когда они встретились с глазами Анны.

– Я полагал, что ты предпочла бы обсудить наши дела наедине со мной, но...

– Нет ничего такого, что ты не мог бы сказать в присутствии Руби.

– Очень хорошо. Ты вернешься в Англию со мной и будешь моей любовницей. И столько, сколько я пожелаю. В обмен я готов проявить благородство. Я буду содержать отродье моего братца и оплачу ее пребывание в самом заурядном пансионе для молодых леди. Я обеспечу тебя и забуду, что когда-то владел камнями, получившими название изумрудов Королевы.

Эти слова вызвали у Анны приступ тошноты, но у нее не было времени предаваться эмоциям. Ей надо было увести Грэма до появления Джулиана.

– Что ж, у меня нет выбора, поэтому я согласна на твои условия. Но если ты хочешь меня забрать, то уедем сейчас же. Руби соберет наши вещи и последует за нами вместе с Челси. Может быть, мы подождем их в Коломбо.

– Ты что, не в своем уме? – уставилась на нее Руби.

– Нет, ничего подобного, – возразила Анна. – Если уж это должно случиться, то пусть все произойдет как можно скорее. Ну, Грэм?

Даже он, казалось, удивился.

– Я не ожидал, что ты проявишь такое благоразумие. Мы можем уехать сейчас же, если ты хочешь.

– Анна... – В голосе Руби звучал неподдельный ужас. – Ты хорошо подумала?

– Да. Мне надо захватить шляпу, и мы отправимся. Предоставляю тебе сказать Челси то, что ты сочтешь необходимым. Остальное я объясню ей потом, когда вы присоединитесь к нам в Коломбо. Больше тебя ничего не должно беспокоить, – решительно добавила Анна и практически вытолкала Руби за дверь.

Грэм выглядел удивленным, но довольным.

– Сейчас вернусь. Подожди меня здесь, – бросила Анна.

– Конечно. Можешь не спешить. Я могу пока выпить чаю...

– Если мне придется ждать, то я могу отказаться ехать, – возразила Анна. – Мы отправимся, как только я надену шляпу.

– Но...

Анна услышала шаги на веранде, и сердце ее подскочило. Она в ужасе посмотрела на парадную дверь, которая начала открываться. В холл вошел Джулиан. Грэм не был ему виден, и он смотрел на Анну. Губы его приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но, переведя взгляд на Руби, промолчал. Без особой причины он не стал бы ссориться с Анной на людях, и она была этому рада. Она знала, что Грэм узнает его голос.

Анна все же сделала попытку предотвратить его встречу с Грэмом. Она поспешила ему навстречу, схватила за руку и потащила обратно на веранду. Озадаченная Руби наблюдала за ними с ужасом.

– Какая муха тебя укусила? – проворчал Джулиан.

– Джулиан, пожалуйста, – прошептала она в отчаянии, но тотчас же поняла, что все это напрасно.

Поздно что-либо предпринимать. В дверях рядом с Руби стоял Грэм, побледневший при виде своего единокровного брата. Грэм без труда узнал его, хотя отсюда Джулиан казался всего лишь большой темной фигурой.

– Боже милостивый! Я думал, тебя повесили! – воскликнул Грэм.

Взгляд Джулиана метнулся к Грэму. На мгновение они встретились глазами. На губах Джулиана появилась холодная улыбка.

– Теперь я начинаю понимать, – заметил он загадочно, глядя на Анну. Потом посмотрел на Грэма: – Прекрасная встреча, братец.

– Прекрасная встреча? Прекрасная встреча! Теперь взгляд Грэма перебегал с Джулиана на Анну.

– Ад и дьяволы! Так вы заодно! Вы сделали это вместе! Вы объединились, чтобы ограбить меня! Я не верю этому! Но теперь-то вы за все расплатитесь. Не знаю, как тебе удалось избежать виселицы в первый раз, но во второй раз тебе это не удастся! Я сделаю все...

– Ты не сделаешь этого, черт бы тебя побрал. Спокойная уверенность в голосе Джулиана заставила Грэма подавиться злобой. Анна смотрела на Джулиана, не веря своим глазам. Не следовало так говорить с человеком, который держал в руках их жизни. Но Джулиан, казалось, не думал об опасности. Он вел себя'так, будто не сознавал, что Грэм опасен. Анна со страхом переводила взгляд с одного мужчины на другого, пока они смотрели друг на друга.

Она заметила в глазах Джулиана торжество, а лицо Грэма было искажено ненавистью.

– Черт возьми! Я не...

– Изумруды у меня, – спокойно сказал Джулиан. Анна бросила на него удивленный взгляд. Должно быть, это блеф...

– Думаешь, ты можешь их вернуть и все будет забыто? Черта с два! Я увижу тебя на виселице, даже если это будет последнее, что мне доведется увидеть в жизни! Ты...

– И кое-что еще. Брачное свидетельство моей матери и... нашего отца.

Казалось, прошла вечность, прежде чем присутствующие осознали то, что сказал Джулиан.

– Ты лжешь, подонок! Мой отец никогда не женился бы на такой шлюхе, как твоя мать! Она была шлюхой и...

Джулиан свалил Грэма одним ударом.

– Я вытерпел все твои оскорбления, но больше не желаю ничего слышать.

Эта угроза была произнесена спокойно и тихо. Анна с трепетом смотрела на поверженного и победителя. И решила, что Грэму следовало бы прислушаться. В глазах Джулиана было нечто такое, что заставляло поверить ему.

– Ты лжешь! Думаешь, я так туп, что поверю тебе на слово? Если это правда, то покажи мне документ! Я имею право видеть его, если он существует.

Вид у Джулиана был такой же грозный, но он отошел от Грэма и посмотрел куда-то в конец холла. Там стоял Раджа Сингха. Анна была так занята развернувшейся у нее на глазах драмой, что не замечала его до этой минуты.

– Принеси мне кожаный футляр, что лежит на дне гардероба в моей спальне, – приказал он Радже Сингхе, который в ответ склонил голову, выражая покорность.

Взгляд Джулиана переместился на Грэма.

– Встань, – сказал он.

Грэм ничего не ответил, но попытался встать на ноги. Его лицо выражало гнев.

– Я никогда не признаю тебя братом! Никогда! Джулиан пожал плечами.

– Только глупец не захочет считаться с истиной. Прежде чем Грэм успел ответить, Раджа Сингха вернулся с кожаным футляром.

Анна не была полностью уверена в том, что Джулиан говорит правду, пока не увидела Раджу Сингху. Когда он снова завладел изумрудами? Он ничего не говорил ей об этом...

Раджа Сингха передал футляр Джулиану, и он извлек оттуда квадратный лист желтоватой бумаги. Подняв документ так, чтобы Грэм мог прочесть, он сказал:

– Смотри на свидетельство брака между Ниной Рахми-новой и Томасом Харлингтоном Траверном из Гордон-Холла, заключенного второго января 1797 года.

Грэм попытался схватить бумагу, но Джулиан быстро отвел руку и покачал головой:

– Нет, братец, смотри, но не трогай. Грэм подчинился.

– Это подлог! Иначе и быть не может!