Поверь и полюби - Хизер Каллмен

– Сьюзен – исключение! Она – прелесть! Сьюзен отказалась назвать имя соблазнителя, чтобы не травмировать его жену. – Маркиза глубоко вздохнула. – Милая, благородная Сьюзен… Всегда думает о ком угодно, только не о себе!

Маркиз не мог сдержать язвительной усмешки:

– О, святая Сьюзен! Не захотела назвать имя отца Эллен! Как благородно звучит! А я думаю, что все гораздо проще: она сама его не знала!

– Сплетни! – фыркнула в ответ маркиза. – Грязные сплетни! Вздор! Выдумки, будто у Сьюзен после смерти мужа была чуть ли не дюжина любовников. Такое тоже о ней говорят. Хочешь сказать, что этому веришь?

– Еще как! Мне, например, доподлинно известно, сколько мужчин побывали в ее постели только в первую неделю после смерти мужа. Кстати, если бы я захотел, то мог бы спокойно оказаться в их числе.

– Что?! – Маркиза уставилась на него, не в силах поверить услышанному. – Уж не хочешь ли сказать, что Сьюзен пыталась соблазнить и тебя?!

– А что в этом удивительного? Не ты ли сама называла меня самым красивым мужчиной в Англии?

– Не спорю, такое было. Ты действительно считался первым красавцем, да и сейчас выглядишь неплохо! Уверена, что и в будущем останешься таким же. Но я не могу поверить в попытки Сьюзен украсть тебя у меня!

– О, она не пыталась меня украсть, а хотела взять напрокат на пару ночей. Поскольку Сьюзен и ты всегда отдавали друг другу всякие безделушки, то почему бы не поделиться и мной?

– Ну, уж нет! Такого она не могла себе позволить!

– Боюсь, дорогая, ты ошибаешься! Скажу больше: твоя святая Сьюзен снова пыталась соблазнить меня прошлой ночью. Она была очень озабочена моими мужскими потребностями и хотела их удовлетворить.

– Боже мой, Гарри! Почему ты так долго молчал? Неужели нельзя было мне все рассказать еще тогда, когда Сьюзен впервые положила на тебя глаз?

– Видишь ли, дорогая, я люблю тебя, а потому не хотел и не хочу разбивать твое сердце. – Маркиз улыбнулся, встал со стула и присел на край кровати супруги. Затем лег рядом, крепко обнял и, нежно проведя ладонью по ее голове, тихо сказал: – Единственное в жизни, чего я боюсь, – так это причинить тебе боль.

Маркиза склонила голову на плечо мужа, как делала каждую ночь в течение всей их тридцатидвухлетней супружеской жизни, и прошептала в ответ:

– Гарри, ты самый милый, самый внимательный мужчина на свете!

– Ты забыла добавить – самый красивый!

– Это само собой разумеется, – улыбнулась маркиза. – Но все же ты зря рассказал бедной Эллен все эти пикантные подробности из жизни ее матери.

– Как раз наоборот: теперь Эллен будет подготовлена к тем сплетням и слухам, которые на нее обрушатся в первый же день выезда в свет.

– Несчастная девочка! Надеюсь, вся эта грязь не помешает ей найти себе приличного жениха и удачно выйти замуж. Все же она такая очаровательная! Я лично с радостью приняла бы Эллен в свою семью, что бы там ни говорили о ее матери!

– А я – нет. И если мой сын вздумает на ней жениться, то я лишу его наследства.

– Гарри! Как можно обвинять дочь в грехах ее матери?!

– Ну ладно, ладно! – засмеялся маркиз, нежно целуя жену. – Ты же знаешь, что я благословлю Колина на брак с любой женщиной, которую он сам себе выберет. Только бы она принесла ему счастье!

– Почему ты уверен, что Эллен не станет такой женщиной? Она же, еще раз повторяю, очаровательна!

– Это не мешает ей быть вздорной и невыносимой. Честно говоря, я не припомню, чтобы когда-нибудь встречал столь злобную девицу! Нет, Колину она не годится!

Наступило молчание. Прошла минута… другая… третья… Маркиза обняла мужа и заглянула ему в глаза.

– У нас еще есть леди Джулиан. Через три дня они с матерью сюда приедут. Может быть, она больше подойдет нашему сыну?

Маркизу стоило немалого труда скрыть насмешливую улыбку.

– На твоем месте я бы не возлагал на этот визит больших надежд.

Маркиза насторожилась:

– Ты что-то знаешь об этой девушке? Если да, то скажи мне. От твоих вечных недомолвок и намеков у меня начинает болеть голова.

– Прикажешь мне снова резать правду-матку?

– Как хочешь. Но умоляю, скажи!

– Скажу. Леди Джулиан тоже не подойдет Колину.

– Почему?

– Потому что сердце нашего сына уже занято.

– Что-о?!

– То, что слышала. Колин влюблен. Понятно?

– В кого? И давно ли? – Она ущипнула маркиза за бок. – Не мучай меня, несносный провокатор! Как зовут девушку?

– Снова хочешь услышать честный ответ?

– Гарри! – Еще один щипок за тот же бок. Маркиз негромко засмеялся. – Говори же!

– Сказать?

– Говори! Не томи душу! Кто она?

– Твоя новая горничная… мисс Бартон.

Вместо ожидаемого взрыва маркиза задумалась.

– Так. Значит, Эллен не зря назвала Колина распутным? Видимо, она застала их в конюшне. Они что, занимались там амурными делами?

– Судя по тому, как они оба выглядели, когда оттуда вышли, то, вероятнее всего, дело обстоит именно так.

Маркиза вновь задумалась, потом вздохнула:

– Вот почему Колин так защищал Софи, когда Эллен на нее набросилась! Пожалуй, ты прав!

– Ну а как ты смотришь на их возможный альянс?

– Мне Софи всегда казалась очаровательной и очень неглупой девушкой. Откровенно говоря, я давно подумывала о том, чтобы как-то свести их. Останавливало лишь то, что мы ничего не знаем о ее семье – она никогда не говорила правды о своих родителях. Но все же, пытаясь кое-что выудить из нее, я поняла: Софи определенно не та, за кого себя выдает.

– Почему ты так решила?

– Ну, во-первых, для девушки, которая, согласно ее рассказам, никогда не участвовала в светских сезонах, она слишком хорошо осведомлена о жизни и нравах столичного общества. А во-вторых, те вещи и туалеты, которые она с собой привезла, очень дорогие. Ее платья изысканны и сшиты из прекрасной материи. В провинции не найдешь ни подобных тканей, ни столь искусных портных.

– Знаешь, я думаю точно так же, – улыбнулся маркиз.

– Поэтому, мне кажется, мы не должны давать согласие на их брак раньше, чем не узнаем всей правды: кто эта девушка, кем были ее родители, откуда она и как к нам попала? То, что пока известно, невольно наталкивает на тревожные предположения.

– Например?

– Ну, скажем, Софи явно не в ладах с законом и вынуждена скрываться от властей.

– Я лично не сомневаюсь, что она не преступница!

Маркиза нахмурилась:

– Ты уверен? А почему?