Конец лета - Даниэла Стил

– Отчасти поэтому. Я не хочу быть привязанной к немуеще крепче, чем привязана сейчас. Если у меня будет ребенок, я не смогу простотак взять и уйти.

– Ну, может быть, не так просто, но уйти вы все равномогли бы. И что бы вы тогда стали делать?

– Ну... теперь я вряд ли могу уйти к другому мужчине сребенком от Марка.

– Можете.

– Нет, доктор, этого я не могу сделать.

– Ну хорошо. И все-таки вы не обязаны оставаться сМарком только потому, что у вас есть от него ребенок. Вы могли бы житьсамостоятельно.

– Как?

– Вы бы нашли способ, если бы хотели именно этого.

– Нет, это не то, чего бы мне хотелось. Я хочу... мненужно совсем другое.

Врач все понял.

– Прежде чем вы мне расскажете, позвольте спросить: какв эту ситуацию вписывается ваша дочь? Как она отнесется к любому поворотусобытий, если у вас появится еще один ребенок?

Динна опустила голову и долго молчала. Наконец онапосмотрела на врача.

– Такой проблемы больше не существует. Две недели назадПилар умерла. Это случилось во Франции.

Доктор замер на несколько мгновений, потом подался вперед ивзял Динну за руку.

– Бог мой, Динна, мне очень жаль...

– Нам тоже.

– И даже несмотря на это, вы не хотите другого ребенка?

– Во всяком случае, не так. И не сейчас. Я просто немогу. Я хочу сделать аборт. Вот почему я пришла к вам.

– И вы думаете, что сможете спокойно жить дальше,сделав аборт? Вы же знаете, когда дело будет сделано, ничего уже нельзя будетизменить. Аборт почти всегда оставляет у женщины чувство вины, раскаяния,сожаления. Вы будете ощущать последствия очень долго.

– В теле?

– Нет, в сердце, в душе. Чтобы спокойно отнестись каборту, надо очень сильно желать избавиться от ребенка. А вдруг срок,определенный во Франции, был ошибочным и существует вероятность, что ребенок отдругого мужчины? В этом случае вы бы тоже хотели сделать аборт?

– Я не могу рисковать. Если это ребенок Марка, я должнаот него избавиться. И у меня нет оснований думать, что врачи ошиблись в сроке.

– Людям свойственно ошибаться, я сам порой допускаюошибки. – Врач доброжелательно улыбнулся, но тут же какая-то мысль заставилаего нахмуриться. – И вы считаете, что в состоянии справиться с ситуацией –учитывая то, что случилось с Пилар?

– Я должна справиться. Вы можете это сделать?

– Да – если вы действительно этого хотите. Но сначала ядолжен сам вас осмотреть. А вдруг окажется, что вы вообще не беременны?

Но Динна оказалась беременна. И доктор Джонс согласился,что, по всей вероятности, срок ее беременности – два месяца, хотя на стольранней стадии всегда трудно сказать точно. Поскольку Динна была явно настроенарешительно, то имело смысл сделать операцию не откладывая.

– Завтрашний день вам подходит? – спросил врач. –Приезжайте к семи утра, и тогда к пяти часам вечера вы уже будете дома. Высобираетесь рассказать Марку?

Динна отрицательно покачала головой:

– Нет. Я скажу ему, что у меня был выкидыш.

– Ну а если вы все-таки решите остаться с Марком изахотите завести еще одного ребенка, но окажется, что после операции вы неможете забеременеть? Что тогда? Вас не замучает чувство вины?

– Нет. Я не могу себе представить, чтобы такоепроизошло, но если все-таки произойдет – что ж, мне придется с этим жить. И ябуду.

– Вы уверены?

– Совершенно.

Динна встала. Врач кивнул и записал на листке адресбольницы, в которую ей нужно будет приехать утром.

– Это опасно?

Почему-то раньше этот вопрос у Динны даже не возникал. Побольшому счету ей было все равно. Для нее быть беременной ребенком Марка былопрактически равносильно смерти. Доктор Джонс похлопал Динну по руке:

– Нет, не опасно.

– Куда ты собралась так рано?

Марк поднял голову и посмотрел на Динну. Она досадовала насебя за то, что не смогла встать с постели, не разбудив Марка.

– В студию. Мне не спится.

– Тебе бы лучше полежать, – вяло возразил Марк, сновазакрывая глаза.

– Сегодня я собираюсь достаточно много времени провестив кровати. – Это по крайней мере было чистой правдой.

– Ну хорошо.

К тому времени, когда Динна оделась, Марк уже опять спал, онне видел, как она уходит. Динна оставила ему записку, в которой сообщила, чтовернется под вечер. Марк наверняка будет недоволен, но он не знает, где она,когда же она вернется, все будет кончено. Садясь в машину и заводя мотор, Диннапосмотрела на свои джинсы и босоножки. В последний раз она надевала их вКармеле, когда была там с Беном. Дожидаясь, пока машина прогреется, онапосмотрела на бледное утреннее небо. В последний раз она видела такое небо,когда была с Беном. Вдруг без всякой на то причины ей вспомнились слова врача:«А что, если это ребенок не от Марка?» Но это было невозможно... или возможно?Два месяца назад она занималась любовью с Марком, но в конце июня онапознакомилась с Беном, так что ребенок мог быть и от него. Ну почему она неможет знать точно? Вот если бы срок беременности был не два месяца, а один...

– Проклятие, – пробормотала Динна.

Она нажала на педаль газа и выехала на улицу. Всю дорогуДинна спрашивала себя, стала ли бы она делать аборт, если бы ребенок был отБена. Ей вдруг нестерпимо захотелось поговорить с Беном, рассказать ему все,спросить его мнение. Но это было бы безумием. Так что же ей делать?

Когда Динна приехала в больницу, она была бледна и выгляделаизможденной. Доктор Джонс уже ждал ее. Как всегда спокойный и заботливый, онтронул Динну за руку.

– Вы не передумали? – Она мотнула головой, однако врачзаметил в ее взгляде нечто такое, что ему не понравилось. – Думаю, нам нужнопоговорить.

– Нет. Давайте просто сделаем это.

– Ну хорошо.

Врач отдал распоряжения медсестре, Динну проводили внебольшой кабинет и велели переодеться в больничную рубашку.

– Куда меня поведут?

– В другой конец коридора. Вы проведете в больнице весьдень.

Впервые за все время Динне вдруг стало страшно. Вдруг будетбольно? Вдруг она умрет? А если по дороге домой у нее начнется кровотечение? Аесли...

Медсестра принялась объяснять Динне процедуру аспирации, иДинна почувствовала, что бледнеет.

– Вы меня понимаете?

– Да, – только и смогла пролепетать Динна.