Чокнутые бывшие - Лина Филимонова

— Как бы я его запер на крышу, по-твоему? — в голосе Пашке звучало вселенское разочарование и необъятная обида.

— Ты молодец, — попыталась успокоить его Оксана. — Это не твоя вина.

— Значит, придется все отменять!

— Придется. Это не прокатит, говорю тебе. Очень жаль, но именно так обстоят дела.

— Надо написать Горынычу, — удрученно произнес Пашка и начал набирать сообщение.

Они с Оксаной сидели на скамейке в «Ривьере». Пашка встретил ее по пути на пляж, сообщил, что готовит нечто грандиозное, надеялся на восхищенные возгласы и восторг и похвалу, а получилось вот как…

— Смотри, Нина! — воскликнула Оксана.

— Где? — встрепенулся Пашка, оторвавшись от телефона.

— Вон, за кустами. Возле беседки.

— Что она там делает, интересно?

— Видимо, вышла проветриться. Так. Не отвлекаемся. Она зашла в беседку и нас не видит.

— От чего не отвлекаемся? — Пашка уставился на Оксану.

— Думаем, как их помирить!

— Может, инсценируем ограбление? Типа на Нину напали бандиты, а Игорь ее спас.

— Думай дальше.

— Может, найдем белого коня?

— И что?

— Горныч на нем прискачет. Как принц. Все же ба… девушки о принцах мечтают.

— Ты уверен, что точно знаешь, о чем мечтают девушки?

Оксана посмотрела на него насмешливо и высокомерно. Пашка сначала смутился, а потом разозлился.

— Ты вообще ничего не предлагаешь!

— Я сначала думаю, а потом говорю.

— А я, по-твоему, не думаю?

— Думай лучше!

— Может, забросим этих двоих на необитаемый остров? По-любому через пару дней начнут общаться.

— Мне нравится ход твоих мыслей, — произнесла Оксана, глядя на Пашку.

Он горделиво выпятил грудь.

— Котелок варит!

— Не остров, конечно. Но запереть их где-нибудь было бы неплохо. Желательно в тесном помещении, чтобы был физический контакт.

— В кладовке! Я видел одну в подвале. Там редко кто бывает. И звукоизоляция хорошая…

— Отличная идея!

Пашка стал похожа на павлина, распушившего хвост. Он снова посмотрел на экран телефона и нажал на кнопку.

— Ой, смотри, Игорь! — воскликнула Оксана.

— Где?! — Пашка чуть не спрятался под скамейку.

— Там же, за кустами. Нас не видит. Идет к беседке. Остановился. Достал телефон.

— Получил мою эсэмеску! — догадался Пашка. — Разозлился, наверное. Или расстроился.

— Убрал телефон. Приближается к беседке. Они сейчас там встретятся!

Оксана оглянулась на Пашку. Она по-настоящему разволновалась!

Нина села на скамейку боком, скинула босоножки, вытянула ноги. Хорошо здесь, спокойно. Прекрасное место, чтобы посидеть, почитать детектив. Вот бы еще всплывающие в голове образы не отвлекали! Она потянулась, раскрыла захлопнувшуюся книгу и погрузилась в чтение. Сыщик, кажется, догадался, где прячется коварный злодей. Он идет по следу, обходя ловушки и преодолевая препятствия. И, кажется, его лицо больше не собирается приобретать знакомые черты. Детектив по-настоящему ее увлек. Наконец-то!

Через несколько минут Нина начала ерзать: скамейка все же довольно жесткая. Спина затекла, надо поменять позу. Она подняла глаза от книги. Лицо, недавно преследовавшее ее в выдуманном мире детектива, оказалось перед ней наяву.

— Игорь!

— Что ты так пугаешься? Я, вроде, не кусаюсь.

Нина молча испепеляла его взглядом. И чего его принесло? Она только-только зачиталась, отвлеклась от навязчивых мыслей, выбросила его из головы… А он тут как тут!

— Не знал, что ты здесь. Я часто сижу в этой беседке.

— И что? Я должна уйти?

— Я сам сейчас уйду.

Игорь развернулся, сделал шаг, остановился. Нина, незаметно для себя затаившая дыхание, выдохнула. Он снова повернулся к ней.

— Как нога? — спросил Игорь.

— Все хорошо, спасибо.

— А как тебе вообще… отдыхается?

— Прекрасно, — поддержала она светскую беседу. — Просто замечательно. А тебе?

— Мне… тоже. Здесь красиво. Море, солнце, эти… — Он сделала неопределенный жест рукой. — Фрукты.

— Ага. Персики — это что-то.

— Да! Я почти ведро слопал.

— Прям ведро? — засмеялась Нина.

— Ну почти. Даже апельсинов не хочется.

— Не может быть! Ты — и не хочешь апельсинов!

— Жаль, что дома таких нет. Придется снова переходить на цитрусовые.

— Дома… да.

Они замолчали. Нина теребила книжку, Игорь трепал побег плюща, обвивающего беседку.

— Значит, у тебя все хорошо? — тихо спросил Игорь.

— Нет! — взорвалась Нина. — У меня все плохо! Ужасно! Отвратительно! Потому что ты… ты все разрушил.

— Ч-что? — На Игоря впервые в жизни напал приступ острого заикания, он давился словами, но не мог ничего сказать, только издавал невнятные звуки и открывал рот, как рыба на прилавке. — Я-я? Я все разрушил? К-как?

— К-как? — передразнила Нина. — Может, скажешь, что у тебя с той девицей ничего не было? Что это твоя секретарша, которая принесла кофе и случайно присела к тебе на колени, а блузку и юбку сняла, потому что жарко?

— Ч-что? Какая секретарша? Ты о чем?

— Сам знаешь! И не надо прикидываться шлангом! Представляешь, какая незадача: я там была и все видела! Своими! Собственными! Глазами!

Нина вскочила со скамейки и наступала на Игоря, размахивая книжкой, как томагавком. У любого, кто мог бы наблюдать за ней со стороны, не возникло бы ни малейшего сомнения в том, что мягкая обложка не помешает ей порубить врага на капусту.

Но ее не видел никто, кроме Игоря. А на него, как ни странно, эта разъяренная фурия не произвела ожидаемого впечатления. Он не испугался, не задрожал и не упал на колени, раскаявшись и вымаливая прощения. Более того, он сам начал наступать на Нину, угрожающе поблескивая глазами и двигая напряженными челюстями. Нина, не ожидавшая от своего деликатного и корректного почти бывшего мужа подобного поведения, сначала опешила, потом сделала шаг назад, еще один… и оказалась прижатой к ограде беседки.

Игорь остановился только тогда, когда между ним и Ниной оставалось критическое для безопасного общения расстояние — не больше пяти сантиметров. Одной рукой он уперся в ограду возле ее плеча, другой, кажется, собрался жестикулировать перед ее лицом. Он открыл рот и вытянул вверх указательный палец, явно собираясь сообщить что-то чрезвычайное. Увидев этот жест, Нина почему-то вспомнила таксиста со смешной фамилией Попандопуло и нервно хихикнула. Игорь обжег ее пылающим взглядом.