Злючка - Бертрис Смолл

— Вы очень дерзки, мадам, — сухо заметил принц.

— Если вынудите меня подчиниться вашей воле, Джейми Стюарт, это будет насилием, и мне придется немедленно отправиться к мужу и во всем ему признаться. Как думаете, что сделает Тэвис Стюарт, когда узнает, что вы затащили его жену в постель и взяли силой?

Принц встал и, обойдя вокруг стола, остановился за спиной Арабеллы и положил руки на ее едва прикрытые бархатом плечи, — Никогда не встречал женщин, подобных вам, Арабелла, тихо сказал он и, нагнувшись, припал долгим поцелуем к ее шее; пальцы скользнули за вырез платья и сжали упругую грудь, лаская мгновенно затвердевший сосок. — Ты так нежна и сладостна, любовь моя, — прошептал он, Арабелла замерла и не шевелилась, терпеливо пережидая.

— Скольких мужчин ты знала, любимая? Только мужа и никого больше, готов поклясться. Я молод, но, поверь, считаюсь лучшим любовником во всей Шотландии. Позволь мне любить тебя, Арабелла Стюарт! Позволь любить тебя!

— Никогда я не предам Тэвиса по доброй воле, Джейми Стюарт, — холодно ответила Арабелла. — Немедленно убери руку! Я ухожу, и попробуй только остановить меня! Закричу так, что стены этого замка обрушатся!

Наглое поведение принца словно придало ей сил сопротивляться.

Джеймс нерешительно подчинился, графиня вскочила, сердито оправляя юбки.

— Когда-нибудь тебе что-нибудь потребуется от меня, дорогая, — мягко сказал он, снова целуя ее в шею. — У любого человека найдется, о чем попросить короля. И прежде чем придешь ко мне, Арабелла Стюарт, помни, какова будет плата, ибо милости короля не даются даром.

— Вы еще не король, и молю Бога, чтобы не стали им, пока не поймете: нельзя иметь все только потому, что ты наследник трона, — отрезала графиня Данмор.

— Не могу дождаться, когда увижу тебя в своей постели, Арабелла Стюарт, — хмыкнул принц. — Люблю острые блюда и не могу ими насытиться. Должно быть, дядя очень счастлив с тобой.

По пути домой Арабелла все время мучилась мыслью, стоит ли рассказать обо всем Тэвису или нет, но решила для сохранения мира в семье сказать только, что ужинала вместе с графом Энгусом в покоях принца.

Выйдя тогда от Джейми, она столкнулась с Арчибалдом, который сообщил, что присланный за ним паж исчез, как только Энгус направился в зал, где и обнаружил, что король вовсе не звал его. Все это оказалось проделками принца, желавшего остаться наедине с Арабеллой. Поняв это, Арчибалд Энгус поспешно вернулся, чтобы спасти графиню Данмор.

— Я должен был понять, что вы не нуждаетесь в помощи, — усмехнулся он, объясняя хитрую уловку принца.

— О, милорд, вы действительно были мне очень нужны, — ответила Арабелла. — Я была в ужасе и не знала, как выйти из этого положения, пока принц не распустил руки. Я так обозлилась, что он был вынужден отпустить меня.

— Не думаю, что женщины обычно сердятся на Джейми Стюарта. Только когда он им отказывает, — хмыкнул Энгус, а графиня засмеялась.

— Он так безобразно настойчив, — проворчала Арабелла.

— Когда-нибудь из него выйдет настоящий король, — ответил граф.

Арабелла облегченно вздохнула, завидев башни замка Данмор. Она отсутствовала уже несколько дней и очень скучала по дочери. Но сначала нужно было объясниться с мужем, который, несомненно, очень на нее сердит.

Графиня Данмор смело вошла в парадный зал замка и оказалась лицом к лицу с Тэвисом Стюартом.

— Ну, мадам, добились вы от брата того, что хотели? — строго спросил он.

— Да, — кивнула графиня, протягивая ему свиток.

Граф Данмор быстро пробежал глазами копию письма.

— Клянусь Богом, моя маленькая строптивица, ты и в самом деле побудила Джемми действовать. Но это не означает, однако, что ты добудешь свой бесценный Грейфер для Мэгги.

— Ты понимаешь это, правда?

— Добуду, Тэвис, клянусь! Это было моим приданым, а теперь приданое Мэгги. Не позволю Джасперу Кину и его своре заполучить Грейфер! Уж лучше камня на камне не оставлю от крепости!

И, неожиданно бросившись в объятия мужу, воскликнула:

— Ох, как хорошо вновь оказаться дома, милорд!

— Что за упрямая девчонка, — пробормотал Тэвис, подхватив ее на руки.

— Милорд! — взвизгнула она. — Я еще не видела Мэгги.

— Увидишь утром, — ответил он и понес жену наверх.

— Вы скучали по мне, милорд? — тихо спросила Арабелла, чуть прикусив ему мочку уха.

— Колдунья, — вырвалось у Тэвиса.

— Поймал волка?

Острые зубки врезались в нежную плоть, — Да, любовь моя! Да!

— И признаешь, что был не прав, а я права насчет поездки к королю?

— Только если согласишься, что ты непокорная, строптивая негодница! — пошутил Тэвис, пинком распахивая дверь в ее покои и направляясь в спальню.

— Вон! — велел он Флоре, ожидавшей хозяйку, и, бросив Арабеллу на постель, лег на нее.

— Теперь, мадам, я хочу получить приветственный поцелуй! — прошептал он, накрыв ртом ее губы.

Арабелла, удовлетворенно промурлыкав что-то, чувственно потянулась и обвила руками шею мужа.

Прерывистый вздох вырвался из ее груди, когда муж осыпал нежную шею страстными поцелуями. Гибкие пальцы мгновенно расправились с лентами и завязками, и корсаж полетел на пол. Нетерпеливые руки разорвали тонкую сорочку. Тэвис зарылся лицом в ложбинку между грудями. Арабелла выгнулась навстречу теплым губам так, чтобы они смогли дотянуться до нежных душистых холмиков.

— Милая, милая, — простонал он, приподнимая ее юбки, неторопливо лаская шелковистую кожу бедер, и нашел наконец пульсирующую сердцевину ее страстного желания.

Губы их вновь встретились, и Тэвис, нетерпеливо задрав ее юбки до талии, чуть приподнялся.

— Взгляни на меня, моя горячая строптивица, — почти прорычал он. — Взгляни на меня!

Светло-зеленые глаза Арабеллы широко открылись, встретившись с темно-зелеными глазами мужа. Взгляды их скрестились, и Арабелла не закрыла глаз, когда Тэвис одним толчком вошел в нее глубоко-глубоко, пронзив, казалось, насквозь.

Она вздохнула и улыбнулась, услышав ответный стон мужа.

— Скажи, что любишь меня, Тэвис Стюарт, — тихо попросила она.

— Люблю тебя, Арабелла Стюарт, — ответил Тэвис, нежно улыбаясь. — Люблю, родная, и ты знаешь это.

— Знаю, — прошептала она, и глаза медленно закрылись: наслаждение окутало ее пушистым облаком.

— Ах, упрямица моя, — простонал он, лихорадочно доводя себя и ее до вершины блаженства.

Когда все было кончено, боясь, что раздавит ее своей тяжестью, он откатился в сторону и, заключив жену в объятия, осыпал ее лицо поцелуями.

Арабелла счастливо вздохнула.