Привязанность - Алеата Ромиг

— Ох.

Арания покачала головой.

— Черт с ним. — Ее глаза широко раскрылись. — Извини, то есть, я с ним.

Я покачала головой. Эта женщина была сумасшедшей и веселой и обладала врожденной способностью улавливать больше, чем ей предлагали.

— Я не претендую. Он немного… пугающий.

— Ух, давай не будем сравнивать. Стерлинг показал мне фотографию Мейсона — до.

Я кивнула.

— Я знаю. Пластические хирурги сделали его другим.

— За исключением его глаз.

— Да.

Мои щеки покраснели. Его глаза были такими же как у сестры.

— Лорел, мы собираемся назвать это крещением огнем, но я собираюсь поставить всё на кон. «Полотно греха» — не единственное мое занятие. Некоторое время назад у меня была возможность помочь людям. Стерлинг рассказал мне достаточно о том, что ты сделала, чтобы возбудить мой интерес.

Я выпрямилась.

— Из того, что он сказал, следует, что ваша формула и состав потенциально могут помочь людям с травматическими воспоминаниями. Я работаю с фондом. Это некоммерческая организация. Я не обещаю больших денег.

Она полностью завладела моим вниманием.

— Пожалуйста, расскажи мне больше.

— Этот фонд предназначен для детей и взрослых, ставших жертвами торговли людьми. Фонд запущен и работает. У нас есть консультации, медицинское лечение и образование. Мы работали над поиском субсидируемого жилья и доступного дневного ухода. — Она глубоко вздохнула. — Чертовски невероятно, что может сделать для кого-то приличная квартира и стипендия в местном колледже.

Ее карие глаза сияли, когда она говорила о своем проекте, даже больше, чем о своей компании. Страсть Арании была заразительна.

— О Боже. Это восхитительно. Торговля людьми. Откуда такие источники?

— Ты можешь помочь?

— Не знаю. Что от меня требуется?

Она улыбнулась.

— Не знаю. Я не совсем понимаю твои навыки, но бьюсь об заклад они фантастичны. Я тут подумала, как насчет лекарства, которое помогло бы избавиться от травмирующих воспоминаний? Как насчет квалифицированного доктора в области психологии? Как насчет миллиона других вещей, которые я, возможно, никогда не смогу себе представить.

Слезы наполнили мои глаза, когда я поняла, что это невозможно.

— Я…я… меня всё еще преследуют. Я не могу быть собой.

— Тогда кем ты хочешь быть? — спросила она.

— Я не понимаю.

— Шурин Мейсона — самый крутой человек, которого я когда-либо встречала. Рид может заставить тебя появиться или исчезнуть. — Во второй раз она накрыла мою руку своей.

— Есть и другие?

— Другие?

Мои мысли вернулись к Рассу, Эрику и Карлу.

— Люди, которые скучают по Лорел Карлсон.

Я кивнула.

— Моя семья. У меня есть родители, сестра и племянница, с которыми я не могу связаться.

Были ли у меня другие друзья?

Этот список теперь заполнен людьми, которых больше нет в живых.

Арания сделала глубокий вдох; выдохнув, она допила кофе.

— Черт, это было фантастически, — она встала с табурета и поправила юбку. — Я сожалею о твоей семье. Пожалуйста, рассмотри мое предложение. Я не каждый день хожу в фонд, но я была бы рада взять тебя с собой в следующий раз, когда поеду. У нас тысячи неиспользуемых квадратных футов. Они стоят пустыми. Кто-то… — она закатила глаза, — …думает, что он разбирается в недвижимости и приобрел огромное помещение. — Она пожала плечами. — Может, мы могли бы начать частное исследование?

— Мои исследования? Это будет стоить…

Арания покачала головой.

— Мы некоммерческая организация, но финансирование не является проблемой.

— Потребуется много денег, чтобы сделать всё правильно.

— Тогда давай сделаем всё правильно.

— Ты серьёзно? — спросила я.

— Да.

Это было крошечное зернышко надежды. Одно маленькое семечко, которое она только что посадила, и все же оно быстро росло во мне, прорастало и посылало питательные вещества. Как кислород из растения, план Арании дал мне необходимый элемент для жизни.

— Я не могу сказать тебе, сколько это для меня значит.

Арания покачала головой.

— Пойдем со мной завтра. Просто проведи немного времени с этими женщинами и детьми. Многие из них при минимальной помощи способны двигаться дальше. Другие не могут. Это душераздирающе. — Ее карие глаза остекленели. — Мы потеряли нескольких человек с тех пор, как это началось. — Она покачала головой. — У некоторых слишком много багажа из прошлого, слишком много воспоминаний, чтобы пройти мимо, — ее улыбка вернулась. — Я была бы рада, если бы мы больше никого не потеряли. Может, твой состав мог бы помочь.

Сойдя с табурета, я обняла Аранию.

— Спасибо.

Она отступила назад и подмигнула.

— Увидимся завтра за завтраком, наверху. А потом мы отправимся в фонд.

— Но…

Я посмотрела на свои штаны для йоги.

Арания улыбнулась.

— Никого там не волнует, во что ты одета, включая меня. Но у меня есть идея. На тебе хорошо сидит мое платье. К полудню тебе, черт возьми, лучше иметь доступ в пентхаус. Поднимись в мой гардероб. Возьми все, что захочешь надеть.

— Нет, я не могу. Вы с мистером Спарроу сделали…

Она подняла руку.

— Остановись. Мой муж чокнутый, когда дело доходит до многих вещей, но особенно до меня. Серьезно, он такой и есть. У меня больше одежды, чем я могла бы надеть. — Арания приподняла бровь. — Просто не трогай нижнее белье. Большую часть этого он выбрал сам и…

Я покачала головой.

— Не беспокойся. Я буду держаться подальше от нижнего белья.

— До завтра?

— Но ведь я официально пропала без вести, меня разыскивает ФБР, — сказала я. — Что, если меня узнают?

— Мы поговорим с Ридом. У него есть ответы на все вопросы. Значит, все улажено?

— Спасибо, Арания.

Глава 45

Мейсон

— Так где же ты впервые столкнулся с ними, с Орденом? — спросил Патрик, расхаживая взад-вперед по командному центру на уровне 2.

Прошло несколько дней, и все же я чувствовал, что мы не приблизились к решению.

Рид сидел за столом с несколькими клавиатурами, слушал наш разговор и делал все возможное, чтобы обнаружить любое присутствие Ордена.

Я покачал головой.

— Мы занимаемся этим уже почти неделю и ничего не нашли. Я знаю, насколько ты хорош в том, что делаешь. Их невозможно найти.

— Первая встреча? — снова спросил Патрик.

Настала моя очередь встать и расхаживать по комнате.

— Я, блять, не знаю. Я проснулся там.

— Где «там»? — спросил Рид.

— На больничной койке, в бинтах. Я не мог по-настоящему пошевелиться — они были повсюду. — Все мое