#мечта - Елена Михайловна Аксенова

– Наконец-то мы дома, – он перевез ее вещи еще до неудачной свадьбы. Теперь у них будет общая комната с большой кроватью. Он сделал ремонт, чтобы все было по-новому, не так как раньше. Все это время Захар не решался завести самый главный разговор, о причине такого бедствия. Как и обещал, он снял с Антонины Семеновной все обвинения, как только Тая пришла в себя, но запретил ей приближаться к больнице. Он не хотел ее тревожить, поэтому молчал. Им нужно было столько всего обсудить. – Я пошел от обратного и сам выбрал тебе свадебное платье на этот раз. Ты же не думала, что сможешь избавиться от меня? Оно в кабинете.

Тая скользнула в дверь и увидела самое пышное и блестящее платье в своей жизни. Оно было намного больше прошлого, намного сказочнее. Захар обнял ее сзади, он проконсультировался у доктора и тот нехотя дал добро на их сближение.

– Я так соскучился по тебе… – она повернулась заплаканным лицом на его тихий голос. Это было самое красивое подвенечное платье, которое она когда-либо видела. Он наощупь пробрался к ее губам и невольно сжал ее сильнее в своих руках и тут же отпрянул. – Извини, тебе не больно? Мы можем подождать, прошел всего месяц…

– Я так тебя люблю… – Тая мечтала об этом мгновении не меньше него, ее голодное тело нуждалось в его ласке, она хотела спрятаться от всего разочарования большого мира за толстыми дверями их роскошной квартиры.

Глава 18.

Тая проснулась от криков Златы. Сегодня был день ее свадьбы, и она уехала ночевать к ребятам. Захар очень долго не соглашался на это, не желая оставаться один, но ему отдали Макса.

Самое лучшее платье в мире, красивый макияж и высокая прическа. Туфли на шпильке с пряжкой, букет из кремовых и белых роз. Шрам от пули на спине закрыла фата. Всего на секунду Тая задумалась о том, что ее мать могла бы быть здесь, если бы не ее любовь. Она так и не решилась спросить у Захара, что он с ней сделал, но любая мера была справедливой.

– Госпожа невеста, ваш жених уже караулит под окнами, – Злата радостно помахала в окно мужу. Ее животика еще не было видно, но по их сияющим глазам все понятно. – Он еще не знает, что я подговорила бабушек в подъезде. Так легко ему не пройти.

Раз десять брюнетка смотрелась в зеркало, чтобы проверить, что все идеально. Снизу доносились настойчивые крики и негодования Захара. Невеста смеялась, кто бы подумал, что это так весело.

– Да хватит уже! Мы же дали вам столько денег, пустите меня к ней, – он ввалился неуклюже, за рукав его все еще цеплялась ветхая рука. Тая была накрыта фатой, по всем канонам. В этом очаровательном белом платье она была похожа на ангела, который спустился вниз, чтобы спасти его грязную душу. – Ты такая красивая…

– Мама? – Тая увидела мать перед тем, как сесть в машину. Захар рассказал ей про свадьбу, потому что хотел, чтобы брюнетка вошла в новую жизнь с чистым сердцем. – Ты…?

– Я хочу, чтобы ты ее простила, так же, как я простил свою, – жених взял ее за руку и подвел к мнущейся женщине. – Она пошла на убийство, чтобы защитить тебя. Будь ей благодарна. Быстро целуйтесь и поехали в ЗАГС. Если пропустим свое время, придется ждать еще месяц. Даже мои деньги не властны над этими бюрократами.

В этот раз все прошло без сучка, без задоринки. Влюбленные сказали друг другу «да», обменялись кольцами и поехали в ресторан, где их ждала сотня гостей. Вечеринка удалась на славу, особенно их танец под песню «Moon river». После торта все бросились на танцпол, а молодые ушли по-английски.

Они гуляли за руки вдоль набережной. Ветер трепал фату, Захар снял с себя черный пиджак и набросил на плечи жены. Они пошли до дома пешком, когда еще представится повод пройтись в таких нарядах?

– Нам нужно будет выбрать фото для портрета. Хочу повесить в спальне, – Захар открыл бутылку заготовленного шампанского. Они были босыми и счастливыми в квартире, которая стала их домом. На заднем фоне играла песня Morten Harket «Darkspace». – Что скажешь, жена?

– Скажу, что не хочу говорить об этом сегодня. Поговори со мной о любви, муж, – девушка села на стол, подол ее платья все еще был на полу. Он подошел к ней вплотную и поцеловал, испортив макияж.

– Мне до ужаса надоела твоя помада. Весь день не мог нормально касаться тебя, – еще один поцелуй. Брюнетка хихикала, обвивая руками его шею.

– Я видела рояль у тебя в кабинете. Спой мне песню, – она знала, что он играет только для себя и очень скверно, но если не сегодня ей положена ода, то когда? – Ну, пожалуйста! Это же день нашей свадьбы, все должно быть по-особому.

Ее зеленые глаза были наполнены таким желанием, он сам хотел сделать для нее какое-то безумство. Пусть это будет прекрасная песня в его отвратительном исполнении. Он взял ее на руки в сотый раз за вечер и отнес к себе в кабинет. Его длинные пальцы сбивались дважды, прежде чем он нашел нужный мотив и запел самое трогательное признание в любви: песню «Lady» Kenny Rogers. Тая, которая до этого никогда не слышала, как он поет, роняла крупные слезы, прижав худенькие руки.

– Было так ужасно? – он не смотрел на нее, пока не закончил. Захар знал, что его голос звучит хуже некуда, поэтому никогда не делал этого на людях.

– Это самое лучшее, что я слышала в жизни, – это была ее правда. Те слова, которые звучали прямиком из его души, то, как он говорил их, как старался. Она была поражена.

– Значит, красавица все же полюбила чудовище? – блондин посадил ее на свои колени и погладил по щеке.

– По-другому быть не могло.

Глава 19.

Тая бегала босиком по кухне. Огромный живот мешал двигаться спокойно, она была на последнем месяце беременности. Они с Захаром ждали третьего ребенка, и этот сумасшедший не собирался останавливаться. До появления сына и дочери, она считала, что у них слишком просторная квартира. Теперь же, куда не пойдешь, наткнешься на маленькое создание, которое хочет играть.

– Я дома, – Захар показался в пролете и два крошечных человечка с криками бросились ему на шею. – Как вы вели себя, монстрики? Следили