Становление - Дарья Владимировна Зубкова

— Могу предположить, что вы и есть Оливия.

— Вы… Вы… — я стала сильно мямлить, пытаясь собраться с силами — Вы Люцифер?

— Собственной персоной. Насколько я просвещен, вы хотели увидеться со мной. Могу я узнать о причинах этой встречи?

— Вы… Вы же всесильное существо и Божество. Разве вы не знаете обо мне?

— Оливия, я не влезаю в дела гостей из Асгарда. Я гостеприимный хозяин и не имею привычки вмешиваться в чужие дела.

— Я родилась на Земле и жила всю жизнь здесь. Я не являюсь асгардианкой.

— Разве? А ваша энергия и ваша душа говорят мне об обратном. Даже если вы и появились на свет в этом мире, но ваше происхождение все же далеко от земного.

— Как я могу к вам обращаться?

— Я не мог не заметить вашего страха в глазах. Вам нечего бояться. Оливия, я не причиню вам вреда и вы по своей сути схожи со мной, чтоб испытывать страх.

— Мы с вами далеки друг от друга. Я психотерапевт из Лос-Анджелеса. А вы… Вы же Люцифер! Дьявол и самое сильное существо, породившее тьму в этом мире и создавшее всех темных существ этого мира.

— Каюсь. По молодости мне было немного скучно и хотелось как-то разнообразить созданный отцом мир. Но согласитесь, мои дополнения сделали этот мир интереснее.

— Вы это делали для того, чтоб отомстить отцу за его любовь к людям?

— Оливия, не стоит включать психотерапевта со мной. Я не нуждаюсь в терапии. Но скажу вам о том, что мои планы были немного выше, чем банальное желание навредить родителю. Мне нужна была энергия, чтоб набраться сил и быть не менее сильным, чем отец.

— Энергия? Что за энергия?

— Та энергия, которая необходима всем Богам. Как вы думаете, откуда исходит вся наша сила?

— Не могу вам сказать. Я не сильна в таких вопросах. Я год назад узнала обо всем этом и о своём происхождении в том числе.

— В таком случае я вас немного просвищу в этом вопросе — фигура Люцифера прошла к креслу в гостиной и заняла его — Сила любого божества, а особенно нас с отцом, исходит от силы веры душ, что живут в этом мире.

— Так Бог получает эту силу от всех верующих? А если человек не верит в Бога?

— Таких людей подавляющее меньшинство. Но могу открыть вам небольшую тайну. Сила моего отца действительно зависит от верующих в него душ. Но вот моя сила немного иная.

— О чем вы?

— Скажите мне, как психотерапевт, какое чувство сильнее всех остальных и какое чувство испытывает все существа без исключений.

— Страх. Все живые существа испытывают страх — разговор пугал меня и его тема вызвала во мне довольно неприятные чувства.

— Верно. Моя сила зависит от страха. Люди могут не верить в Бога, но вот страх они всегда испытывают и будут испытывать. А что, как не страх, может питать самое тёмное существо в этом мире?

— Так ваша сила зависит от страха?

— Не так от страха, как от веры в людей в то, что Дьявол реален и все страшные вещи в этом мире происходят с его подачи — неожиданно для меня мужчина усмехнулся, и на его лице появилась довольная улыбка.

— Вы намеренно создали иллюзию того, что вы и есть источник всего зла в мире. Чтоб вас боялись, а значит, и верили в вас.

— Вы действительно умны для своих лет — улыбка Люцифера напомнила мне улыбку Нормана, как никогда прежде — Признаюсь вам, моя сила выше, чем сила отца. За все эти тысячелетия вера людей в божественность стала в разы меньше, а вот их страх перед Дьяволом и его карой с каждым годом все выше.

— Вы хотите сказать, что вы сейчас сильнее самого Бога?

— Если в общих чертах, то да.

— Люцифер, могу я задать вам один вопрос?

— Прошу вас, мисс Вильямс. Я открыт для диалога.

— За все эти тысячи лет вас не одолевало чувство однотипности жизни? Вы же уже тысячелетиями живете одинаково, ничего не меняя. Разве вам не хотелось почувствовать что-то новое в жизни и ощутить новые эмоции?

— Вы вновь пытаетесь включать психотерапевта?

— Нет. Но мне интересно узнать от вас подобную информацию. Назовите это профессиональным интересом.

— Я не привык откровенничать с кем-то. Не в моих правилах изливать свою тёмную душу.

— Я это понимаю. Но если на минуту представить, что вы обычный человек. Что бы вы мне ответили?

— Только из-за уважения к вам и к моему сыну я отвечу вам. Норильмавен просил меня быть к вам снисходительным.

— Норман попросил вас об этом?

— Его имя Норильмавен. Я назвал его именем, которое на ангельском языке олицетворяло силу и непокорность его носителя.

— Значит, вы предполагали, что ваш сын повторит вашу судьбу и пойдёт против вас. И вы были морально готовы к этому.

— Я никак не препятствовал в стремлении сына покинуть Ад и уйти на Землю. Как я мог заметить, он вполне хорошо устроился и ему нравится жить среди земных существ.

— Вы довольно хороший родитель и вас смело можно назвать поистине справедливым — я замялась — В чем я могла сейчас лично убедиться.

— Лично?

— Я слышала о вас от одной знакомой, которая мне первая сказала о том, что вы справедливы и вы сильнее вашего отца.

— Знакомой? Откуда у вас знакомые из моих кругов?

— Она не из ваших кругов — я смутилась своему откровению. Я поняла, что сказала немного лишнего, чем следовало бы — Но она имела честь встретиться с вами однажды.

— Могу я поинтересоваться, о ком идёт речь?

— Вы же помните Влада Дракулу и его невесту Стефани?

— Так вот в чем дело — вновь лицо Люцифера озарилось довольной ухмылкой — Вы знакомы с Владиславом и Стефанией. Как они поживают?

— Как я могла заметить, они наконец-то обрели долгожданное счастье друг с другом. За что они должны быть благодарны вам, насколько мне известно.

— Я лишь выполнил условия нашего с Дракулой контракта. Не более — я видела, как впервые Люцифер замялся, и было заметно, что разговор доставлял ему некоторые неудобства — Оливия, давайте вернёмся к изначальной причине нашей встречи. Что вам конкретно требовалось от меня?

— А вы не