Мир Аматорио. Искушение - Мари Мур

Я не знаю, сколько проспал. Наверное, не больше пары часов.

Все остальное время я наблюдаю за умиротворенным сном Крис. Ее грудь под одеялом равномерно поднимается и опускается, темные волнистые волосы рассыпаны по подушке, ресницы изгибаются над щеками. Она прекрасна.

Когда небо освещает солнце, я неохотно выбираюсь из постели. Я не готов отпускать эту ночь.

Но вскоре Крис проснется, и мне хочется снова продолжить с ней то, чем мы занимались ночью. Я бы опустил ее в ванную и позволил ей объездить себя. А затем нагнул над кухонной столешницей на первом этаже.

Но мы оба измотаны после вчерашнего, и нам надо набраться сил. Поэтому я подбираю с пола одежду, натягиваю ее на себя и спускаюсь на первый этаж. Надеюсь, Крис не проснется, пока я иду домой за нашим завтраком. Каждое утро субботы Доротея печет круассаны, и Крис должна их попробовать.

Прохладный свежий воздух скользит по рукам, когда я выбираюсь наружу и направляюсь в сторону дома. Я быстро пересекаю задний двор, взбираюсь на террасу и вскоре оказываюсь на кухне. Но не успеваю зайти внутрь, как сталкиваюсь с отцом.

– Зайди ко мне в кабинет, – говорит папа, и по его тону я понимаю, что это не терпит заминок.

Я поднимаюсь на второй этаж и через несколько минут опускаюсь в стул рядом с отцом. Честно говоря, его взволнованный вид настораживает меня.

– Что ты хотел мне сказать? – спрашиваю я.

– Давай для начала ты взглянешь на это, – натянуто говорит отец и открывает передо мной папку.

Ничего не понимая, я перевожу взгляд с нахмуренного лица папы на документы. Открываю первую страницу и вижу договор о начале строительства трехлетней давности.

– Что это?

– Прочитай до конца, – требует отец.

Я вновь смотрю на бумаги перед собой и по-прежнему ничего не понимаю. Но поскольку папа настаивает, я беру документы и пробегаюсь глазами по строчкам. Когда я натыкаюсь на фамилию «Лазарро», мое сердце бьется в два раза быстрее. Глава 23.

Десмонд

Я перечитываю проклятый договор три раза. И с каждым мне становится не по себе. Это, мать его, невозможно!

– Здесь какая-то ошибка? – я с надеждой смотрю на папу.

– Ошибка может быть в том случае, если ты знаешь еще одного Даниэля и Кристиану Лазарро.

Я откидываюсь на спинку стула и на мгновение прикрываю глаза. Внутренности скручиваются в тугой узел. Какого хрена? Я не готов к таким откровениям.

Не сейчас, когда Крис доверяет мне. Не сейчас, когда мы стали друг для друга неотъемлемой частью жизни. Не сейчас, когда мы снова вместе после всего, что с нами случилось.

Злость пульсирует в висках дробью, и я срываюсь.

– О чем ты думал, когда согласился на это? – я впиваюсь взглядом в отца. – Разве это законно?

В отличии от меня папа сохраняет невозмутимо нахмуренный вид. Сцепив перед собой руки, он угрюмо на меня смотрит.

– Все абсолютно законно, – бесстрастно отвечает он. – Министерство строительства штата Виргиния присвоило статус частной территории участку, на который раньше имели права родители Даниэля и Кристианы. Моя компания выкупила эту землю, и мы построили…

– Мы не на совещании, а я не твой тупой сотрудник! – огрызаюсь я. – Говори, как есть: у твоей компании до хрена денег, чтобы подкупить министра, судью и без проблем отобрать землю у обычных людей.

– Следи за словами, – строгим тоном произносит папа. – Министерство одобрило проект нашей компании. Это была законная сделка.

Законная сделка?

Я уверен, что порядочности в ней было столько же, сколько заключенных служителей церкви в тюрьмах строгого режима.

Я бросаю договор на стол, хотя мне хочется разорвать к черту эти бумажки и швырнуть их в камин. Сжечь все дотла вместе с недостойным поступком отца.

– Ты знаешь, что родители Даниэля и Кристианы хотели построить на том месте, которое ты отобрал у них после «законной сделки»? Детский комплекс! – горячо заявляю я. – Ради этого отец Кристианы взял кредит в банке под залог своего дома, но он с супругой погиб в аварии. После их смерти банк изъял дом. Кристиана и Даниэль остались на улице и без денег. С ними все было бы в порядке, если бы ты не влез…

– Их семью никто не заставлял брать кредит. Они сделали это по собственной инициативе на свой страх и риск, – резко возражает отец. – Не обвиняй меня в том, что я не совершал.

Мои ладони непроизвольно сжимаются в кулаки. Отец реально не понимает, что натворил?

Я вскакиваю с места, едва себя сдерживая.

– На этих документах стоит твоя подпись. Ты дал согласие, что земля в Портсмуте переходит тебе. Хотя она принадлежала семье Лазарро. Если бы не ты, то Кристиане и Даниэлю не пришлось бы пережить все это дерьмо. Их родители достроили бы детский комплекс, выплатили кредит и не мотали нервы в суде. И возможно… остались в живых.

Я и отец пристально смотрим друг на друга. Раньше я считал его супергероем, который днем управлял могущественной компанией, а вечером катал детей на плечах. Но сейчас на моих глазах рушится весь его показательный образ.

– В том, что произошло, нет моей вины, Десмонд, – устало возражает отец. – Это обычный бизнес-процесс. Место под строительство перешло от одного владельца к другому. И то, что случилось с Кристианой и Даниэлем – последствия этого перехода.

Последствия перехода.

Вот так сухо и без эмоций. Как будто вины отца в самом деле нет. А Кристиана и Даниэль остались на улице не из-за его махинаций.

Я тяжело выдыхаю и тру переносицу. Я не знаю, что ответить отцу на его идиотское оправдание.

– Почему ты сказал мне об этом только сейчас?

– Я был под впечатлением, когда ты впервые привел домой Кристиану и представил ее, как свою девушку. Не знаю, насколько твои намерения серьезные по отношению к ней. Но сегодняшним утром глава охраны сообщил мне, что вчера она снова была здесь. С тобой. Во второй раз. А это