Без паники! или Влюбиться любой ценой - Любовь Фомина

— Наступил новый день, — пытается ободрить он меня.

— Но мысли остались прежние. — С грустью признаюсь я.

— Это нужно просто пережить. Все пройдет.

— Даже не знаю, хочу ли этого. Кажется, если мне станет лучше, то я навсегда ее потеряю.

— Ань, постарайся не думать об этом. Давай просто …

— Сегодня интервью! — Резко вскакиваю я с кровати, перебивая Мишу.

— Да какое интервью. Успокойся. Отменим, перенесем, что угодно. Это сейчас не самое главное.

— Нет! Мы должны пойти! Так я хоть немного переключусь.

— Аня … Не стоит. Не хочу показаться грубым, но тебе лучше даже в зеркало не смотреть.

— Все настолько плохо?

— Если честно, то да. Ноо … ты красивая даже такая.

— Так, значит, я красивая? — Прищуриваю я глаза, пытаясь подловить Мишу, сама не зная на чем. Да и надо ли оно мне?

— Нормальный ответ воспитанного человека, — пожимает плечами он.

Но с кровати я все-таки встаю. И прям цель себе ставлю, что нужно обязательно идти на интервью. Вот все мысли забиваю этим, чтобы ни для каких других не осталось места. Я захожу в ванную и сразу же поворачиваюсь к зеркалу. Все оказывается действительно очень плохо. Краснющие заплаканные глаза, полностью опухшее лицо, растрепанные волосы. А Миша даже ни разу не пошутил о моем внешнем виде, хотя мог бы. Такую возможность упускает.

Я умываюсь ледяной водой, постукиваю пальцами по лицу, чтобы хоть немного исправить отражение в зеркале. Но это особо не меняет ситуацию. В таком виде лучше даже в магазин не выходить.

— Ань, тебе какой-то Макс уже пятый раз звонит. — Кричит мне Миша из комнаты. А меня всю передергивает. И я сразу же бросаю все свои дела и прыгаю на кровать.

— В смысле Макс? — Ошарашенно смотрю на свой телефон. Этому то что от меня понадобилось? Он вообще когда-нибудь оставит меня в покое?

— А кто это? — С некоторой претензией смотрит на меня Миша. Хоть он мне по сути и никто, ведь иллюзиями жить я не привыкла, а границ никто не установил, все равно становится неловко. Тут же приходит и сообщение и Марка, которое я быстро смахиваю в сторону, но Миша все равно успевает заметить. — А этому что надо?

— Я не знаю, — завороженная стеной и резко взлетевшей популярностью, медленно произношу я.

— Я слушаю, — слишком серьезно говорит Миша и смотрит на меня, будто не моргая.

— А почему я должна перед тобой оправдываться? Перед коллегами не оправдываются. — Смахиваю я вновь сообщение от Марка, бросая телефон на кровать подальше от себя, будто избавляюсь от улики.

— С коллегами не спят в одной кровати уже которую ночь. — Приводит здравый аргумент Миша, но не убеждает меня этим.

— Это было … случайно.

— Даааа? Ты случайно вчера легла на меня и позволила взять за руку? А что еще у тебя было так же случайно?

— Миш? — Мне становится настолько смешно, что это сдержать в себе оказывается невозможно. — Ты что, ревнуешь?

Глава 63

— Это я ревную? — Чересчур вопросительно и театрально говорит он, показывая на себя пальцем. — Тебе показалось.

— И как это тогда называется?

— Просто интересуюсь твоей жизнью. Думаю, я имею на это право. Так кто такой этот Макс?

— Если коротко, то он жил в моей квартире и за мой счет, потом выяснилось, что развлекался с престарелой любовницей, пока я была на работе. А когда правда вскрылась, то пытался обнести мою квартиру. — Все же отвечаю я, больше не уходя от ответа.

— А сейчас ему что надо? — Все еще слишком серьезно спрашивает Миша, будто чувствует конкурента даже после услышанной выдержки из биографии Максима.

— Откуда же я знаю?

— Так давай узнаем. Звони ему.

— Зачем? Не буду.

— Звони, говорю. И отдай мне телефон. Ты же не хочешь с ним общаться? А я с удовольствием поговорю. Ты как раз хотела привести себя в порядок перед интервью, так не теряй время.

— Свой телефон я заберу с собой. — Диалог становится куда более серьезным, а я немного начинаю выходить из себя. — У тебя нет никакого права хоть как-то касаться моей прошлой личной жизни. Да и к нынешней ты отношения особо не имеешь.

— Не имею? — Пока только ведет одной бровью Миша, явно сдерживаясь. — Интересно … Но знаешь, ненормально одновременно общаться сразу с несколькими мужчинами.

Знал бы Миша, насколько «активно» я общаюсь с Максом … Но, видимо, сейчас его заботит далеко не это. А то, что он соизволил снизойти до меня, составив компанию и оказав поддержку. Но в это время он почему-то не единственный мужчина, с которым я общаюсь.

Собственник.

Без собственности.

— Нормально, Миш, — встаю я и отхожу к двери, держа телефон крепко в руках. — Я свободная девушка и никому не принадлежу. Отношений мне никто не предлагал, а границы дозволенности я не переходила. Заметь, поддержать человека, обнять его и успокоить — одно дело, интим совсем не про это. Так что я общаюсь, с кем хочу, тебя это, как моего коллегу, волновать не должно.

— Просто коллегу?

— Ты сам так сказал. И больше не возвращался к этому разговору, и поправок никаких не вносил.

— А как жениха меня тоже не должно волновать, что тебе мужики пишут? — Никак не может Миша успокоиться, чем только подстегивает мое разгорающееся веселье.

— Да угомонись. Ничего не будет, я все для этого сделаю. Так что аргументы про жениха серьезными быть не могут. Ты же тоже хотел отмены свадьбы, разве нет?

— Иди собирайся уже. Только время тратишь.

Миша сразу же отмахивается, отстраняется и утыкается в телефон, как только разговор заходит туда, куда он сам не планировал заходить. Раздается характерный звук в моей руке. Опять пишет Марк. Я отписываюсь, что занята, и, наконец, все-таки начинаю собираться.

Долго времени это не занимает, так что вскоре я возвращаюсь к Мише.

— Мы можем ехать, — громко отрываю я его от дел, но телефон он сразу же откладывает. И как на зло, оживает мой. В очередной раз звонит Макс, будто после первых десяти неотвеченных звонков непонятно, что я не хочу с ним разговаривать. Миша пытается незаметно подглянуть и, судя по реакции, он успевает это сделать.

— Отвечай, — пытается Миша взглядом сжечь мой телефон.

— Да не буду я. Успокоится когда-нибудь и перестанет названивать. — Сбрасываю я звонок и переворачиваю телефон. Но он начинает вибрировать вновь.

— Ответь и поставь на громкую.

Миша так сурово смотрит на меня, что начинает казаться, что лучше согласится. И Миша угомонится, и Макс отстанет. Двух зайцев,