Королевство руин - Кей Си Кин

— Я предполагаю, что именно от него ты этого и набрался.

Его глаза прищуриваются, когда я одариваю его невинной улыбкой в ответ. Он видит меня насквозь, как обычно.

— В субботу он устраивает вечеринку при луне, — объясняет он, и на его челюсти снова появляется нервный тик.

— Рада за него.

— Он хочет, чтобы я был там.

— Рада за тебя.

— С тобой.

— Черт возьми, нет, — выпаливаю я, откидывая голову назад и хмуро глядя на него, не в силах высвободить свою руку, несмотря на все мои усилия.

Он вздыхает, на долю секунды опуская глаза в пол, прежде чем снова встречается со мной взглядом.

— Я понимаю, что ты хочешь сказать, но…

— Нет никаких «но», — перебиваю я, пытаясь снова вырвать свою руку, но костяшки его пальцев белеют от того, как он цепляется за меня.

— Есть, — возражает он, его голос близок к рычанию.

— Кассиан, — начинаю я, делая глубокий вдох, но он меня не слышит.

— Адди, — отвечает он, его глаза расширяются от мольбы, которую я на самом деле не понимаю.

Здесь происходит еще что-то, чего я, очевидно, не знаю. Что я упускаю? — Зачем?

— Потому что он мудак, помнишь?

Я качаю головой. Может, он и мудак, но для меня этого объяснения недостаточно. — Нет, говори, как есть, Кассиан. У меня нет желания встречаться с твоим отцом. Почему это не работает в обе стороны? Может быть, сказать этому мудаку, что я фейри. Это отпугнет его.

— Я думаю, что он хочет встретиться с тобой, именно потому что ты фейри, — признается он, его голос едва громче шепота, и моя грудь сжимается. — Я сам сказал ему «нет» и неоднократно бросал ему вызов, пока разговор не стал… менее чем дружеским. И, честно говоря, я не хочу выяснять, блефовал он или нет, потому что я никогда не видел, чтобы он делал это раньше, поэтому не могу представить, чтобы он начал сейчас. Возможно, это было завуалировано, Адди, но даже к завуалированным его угрозам нельзя относиться легкомысленно.

Мой пульс учащается с каждым произносимым им словом. Он относится к этому серьезно. Я чувствую это нутром.

— Угроза касается тебя или меня? — Выдыхаю я, мое подсознание уже знает ответ, но я хочу услышать его лично.

— Обоих, — признается он, а его большой палец поглаживает тыльную сторону моей ладони, как будто он не держит ее мертвой хваткой.

— Что ему могло понадобиться от меня? — Спрашиваю я, нахмурившись. Я не могу взять в толк.

— Я не знаю, — отвечает он, но я могу сказать, что он постоянно обдумывал это с тех пор, как они расстались. — Но я бы предпочел выяснить это в более контролируемой обстановке, чем ожидать от него чего-то непредсказуемого, из-за того, что он с самого начала не добился своего. — Его глаза темнеют, как будто он вспоминает, что уже происходило нечто подобное, и от этого у меня по спине пробегает дрожь неуверенности.

— Он причинил бы мне боль. — Слова срываются с моих губ прежде, чем я успеваю их остановить, потому что мой разум требует разъяснений по поводу еще одной опасности, с которой я внезапно столкнулась.

— Определенно. — Он ни капли не сбивается с ритма и не приукрашивает этого. Думаю, я должна быть благодарна за это.

Облизывая пересохшие губы, я делаю глубокий вдох и вспоминаю все, что он сказал до этого момента. Один факт тяжелым грузом ложится у меня в животе, когда я снова поднимаю на него взгляд: — Вечеринка при луне; означает ли это…

— Да, в новолуние.

Черт.

Это та возможность, которой я хочу, или вызов, которого я внезапно боюсь больше всего?

Черт.

Я не могу даже думать об этом. Эмоции и переживания только причинят мне еще больше вреда. Я знаю это.

— Он припас для меня еще одну дуэль, — бормочу я, и уголок его рта приподнимается.

— Ты умнее, чем кажешься.

— Пошел ты, — ворчу я, ударяя его в грудь свободной рукой, но он даже не вздрагивает. Вместо этого он прижимает мою ладонь к своей груди своей собственной. Его взгляд смягчается, когда он подходит ближе и смотрит на меня сверху вниз.

— Я тоже так думаю, но я не позволю этому случиться. — Это похоже на обещание, которое я не уверена, что он сдержит.

— Почему бы и нет? Это облегчило бы жизни нам обоим, — выдыхаю я, напоминая себе так же сильно, как и ему, что я, фейри, и не должна претендовать на него.

— Кто сказал? — хрипло спрашивает он, и я чувствую легкий толчок в биении его сердца под своей ладонью.

— Я так сказала.

— И ты серьезно в это веришь? — настаивает он, сокращая то ничтожное расстояние, которое оставалось между нами. Его рука отпускает мою у себя на груди, чтобы обхватить мою щеку, заполняя мое личное пространство, пока мой рот открывается и закрывается, но ничего не выходит. — Потому что я думаю, что тебе это нравится так же сильно, как и мне.

— Я не знаю, — запинаюсь я, качая головой, но слова застревают между нами.

— Если бы это было правдой, я бы не стоял здесь. Я бы стоял за пределами защиты. — Ублюдок. Он прав, и это бесит. Даже когда я мысленно кричу ему убираться, магия не реагирует, потому что это не мои настоящие мысли. — Пойти со мной — это больше для тебя, чем для меня, — добавляет он, проводя большим пальцем по моей нижней губе, отчего у меня перехватывает дыхание.

— Я в этом сильно сомневаюсь. — Мой пульс колотится так сильно, что мне кажется, будто вибрирует весь мой чертов череп, когда я смотрю на него.

Впервые с тех пор, как он вошел сюда, он отпускает мою руку, и я сгибаю пальцы, чтобы облегчить нарастающую боль, но быстро забываю об этом, когда его рука обхватывает мою киску поверх боевых штанов.

Я сдерживаю стон, ненавидя то, как чертовски приятно, когда он это делает.

— Пойдем со мной на вечеринку, Адди. Я защищу тебя и сделаю так, что ты не пожалеешь. — Вот это уже точно обещание. Я не верю, что он защитит меня. Я никогда никому в этом не доверюсь. Где-то на этом пути кто-то всегда меня подводит. Это не всегда намеренно, но все равно случается. Вот почему определенно безопаснее держать всех на расстоянии вытянутой руки. Прошло много времени с тех пор, как я впускала кого-либо, кроме моей сестры и отца, и я предпочитаю изоляцию.

Я знаю, что мое присутствие будет необходимо, потому что он прав,