Ведьзмарский лес - Иванна Осипова

— Лес, мёртвая земля… — Её плечи опустились, точно под тяжестью. — Из-за проклятия?

— Живой дух лесного народа хранил землю. — Эилис не стал уходить в привычные дебри иносказаний. — Долгие годы среди нас нет сосредоточия силы. Мы все мертвы и прокляты, как и Ведьзмарский лес.

— Ритуал не завершён.

— Проклятие и ритуал — часть зла. В лесу происходит нечто неправильное. И я боюсь, что… — Эилис замер, прислушиваясь.

Возле двери послышались голоса и топот ног. Негромко гавкал пёс. Лекарь открыл сам. Вскрикнув, Урсула кинулась к тем, кто появился на пороге, но остановилась на полпути, сдержав первый порыв.

Карвелл, подставив плечо, тянул за собой Дагдара. Верхнего камзола на лорде не было, а рубаха была в грязи и бурых пятнах. Бледное лицо Скоггарда оставалось отрешённым и сосредоточенным. Одной рукой он держался за Карвелла, а другую прижимал к животу. Следом проскользнул Фолганд, долго кружил по комнате, обнюхивая мебель. В коридоре толклись стражники из внутренних покоев.

— Отправляйтесь на свои места, — низким и хриплым голосом приказал им Дагдар. — Эилис!

Он увидел жену и выразительно посмотрел на лекаря. Кодвиг мягко обнял Улу за плечи и повёл к выходу.

— Вам придётся выйти, госпожа. Пока я не обработаю раны и не сделаю перевязку. — Эилис уговаривал её, как маленького ребёнка, ласково, но настойчиво выставлял в коридор.

Ула постоянно оборачивалась, хотела увидеть Дагдара, понять, что с ним, насколько тяжелы ранения. Бескровное лицо и медленные движения мужа пугали её. На него всё-таки напали. Об этой неожиданности для лорда говорил Личвард? И Карвелл… Каким чудом он оказался рядом и теперь помогает Скоггарду?

«Живой. Они не довершили начатое. Это главное». Она сцепила зубы и послушалась лекаря. Сейчас она была посторонней в кабинете Эилиса. От неё, как и от всех прочих, лорд стремился скрыть свои тайны.

Бывший начальник стражи помог Дагдару опуститься в кресло, а тот, поморщившись, что-то чуть слышно сказал. Фолганд лёг у ног хозяина. Карвелл кивнул и вышел. Дверь в кабинет Кодвига закрылась перед Улой и Карвеллом.

— Что он сказал? — Она вцепилась в наставника.

Неясное чувство не позволило обнять его, как прежде. Может быть, память вынесла волной язвительные и гневные слова Дагдара о «любовнике». Конечно же, лорд не верил Личвардам, но уколол её предположением. Ула теперь сама выстроила стену, раньше это делал Карвелл. Её непреодолимо тянуло в комнату лекаря, где находился муж.

— Поблагодарил, — сквозь зубы бросил Карвелл.

— Ты понимаешь в этом… Он тяжело ранен⁈

Ула заметалась возле двери, с усилием остановилась, положила ладонь на резную поверхность, словно желала прикоснуться к тому, кто находился внутри, прижалась лбом к прохладному дереву.

Карвелл сразу всё понял, мрачно помолчал, проверил ножны с кинжалами. Меч с собой он носить перестал. Уле показалось, что наставник злится.

— Ерунда. — Смягчаясь, он быстрым движением коснулся плеча Улы. — Жить будет.

Она развернулась к Карвеллу, блуждая взглядом по его лицу, пытаясь поверить в благополучный исход. Всё не так уж плохо, Ула и сама видела.

— Почему вы не остались в деревне⁈ Или не спрятались в лесу? Ему нельзя в замок! — Она всхлипнула только один раз, закрыла рот ладонью, вспомнив о Личвардах.

Было бы верным решением уйти от двери лекаря, скрыться и спокойно поговорить, но Ула боялась пропустить момент, когда Эилис пустит её к Дагдару.

— Спросите у мужа, леди Урсула. — Непривычно официальный Карвелл склонил голову.

— Как это случилось? Ты не ранен?

Она покраснела, сообразив, что совсем не вспомнила о самом Карвелле.

— Нет. Я помогаю старосте в поселении. Сопровождал лорда к краю леса. Мёртвая земля продвинулась далеко.

— И его пустили в лес?

— Стража встала стеной. Трое здоровенных парней оттеснили хозяина. Впервые видел, чтобы не лорд указывал, а воины чуть ли не на коленях умоляли сделать, как они просят. Мужа вашего всего перекосило, но пререкаться он не стал. Пустили ровно на два шага. Дальше оказалось и не нужно.

— А нападение?

— Стражники спиной к лесу стояли. Я показывал лорду, что осталось от рощи и оврага. Со стороны деревни не видно. — Рубленые фразы Карвелл шептал, просматривая коридор, косясь то в одну, то в другую сторону. — И я не заметил, откуда они повыскакивали. Лица замотаны, все точно в сером песке вымазаны. Мёртвая земля да камни.

— Стражники?

— Упали первыми. Непоправимая ошибка — стоять спиной к врагу.

— Как же вам удалось…?

— Лорд отменно дерётся. Хладнокровно и не жалея противника. Они не рассчитывали на яростный отпор.

— Спасибо. — Ула порывисто прижалась к груди наставника, но быстро отстранилась. — Спасибо, что помог ему.

— Любите его? — Тёмные глаза Карвелла задумчиво изучали лицо хозяйки. — Простите. — Он отвернулся, сделав вид, что снова проверяет коридор.

А Ула прислонилась к двери, откинула голову, кусая губы. Она растерялась и не знала, что ответить ему. Дагдар чужой, незнакомый человек. Ярость против лорда иногда продолжает подниматься в ней. Или уже нет?

— Он Скоггард, — медленно сказала Ула. — А я Бидгар. То, что разделено Ведьзмарским лесом, невозможно соединить.

49

Дверь приоткрылась, толкнув Урсулу в спину. Дагдар так и сидел в кресле, трепал Фолганда за ухом и выглядел спокойным, но уставшим. Разорванный рукав на левой руке болтался перебитым крылом, а предплечье выглядывало из ткани туго перетянутой повязкой. Ула впилась взглядом в руку мужа — не слишком мощную, но крепкую и мускулистую, совершенно обычную для человека. Аласта упоминала изъян, который затронул лорда, изуродовал тело. Значит, пострадала правая рука. Пострадала от… Ула не представляла, что могло произойти от простого прикосновения знахаря к мальчику.

Дагдар пошевелился, сжал губы: вторая перевязка, на торсе, стесняла движения, а рана причиняла боль. Эилис поспешил заверить, что ранения лёгкие и быстро заживут.

— Есть хорошие средства, — добавил он. — Милорд справится.

— Эилис.

Скоггард покачал растрёпанной русой головой, сдвинул широкие брови.

Лекарь улавливал смысл сказанного без лишних слов. Дагдару неприятна была слабость перед женой и чужим человеком — так поняла Урсула интонацию и суровый вид мужа. Видимо, он не позволил и Карвеллу осмотреть себя сразу после нападения, пытаясь сохранить тайну и гордость.

Изучающий взгляд мужа смущал Улу. Она сложила руки перед собой в поисках подходящих слов, старалась не