Судья королевского отбора - Олеля Баянъ

Опять тайны? Да сколько можно! Почему я?

– Вы отмечены богами, – говорит Мирель.

Видимо, мой вопрос отразился на лице.

– Ваше величество! – тут она достаёт маленькую косичку, заплетённую на затылке и спрятанную под платьем.

На конце волос в этой косичке висели крупные жемчужины. Раза в три больше тех, которые я видела позавчера в разрушенной пещере.

– Вы шаиримка? – не справляюсь я с удивлением.

– О, вы знаете, кто я, значит, я не ошиблась, выбрав вас в свидетельницы, – Мирель улыбается.

– Теперь понятно, откуда у вас магическая невосприимчивость, – замечает его величество.

Участница поворачивается к королю:

– Меня просили передать вам одну из них, – и она срывает одну из жемчужин.

Крик боли срывается с её губ, и у неё подкашиваются ноги. Мирель бы упала, но Штэван Второй успевает её подхватить. У девушки из носа течёт кровь. Немного отойдя от боли, она протягивает ему кулак и разжимает его. В её ладони лежит перемазанная в крови жемчужина.

– Ваш отец и дядя просили передать её вам. Я единственная выжившая в пожаре на Лодренском холме. Там я и лишилась практически всех своих жемчужин, но получила взамен огромный, опасный дар, – рассказывает о себе Мирель. – Повелевать огненной стихией.

– Так вот как остановили тот пожар, – протягивает король, усаживая её на скамью.

– Да, – кивает она. – Родители спрятали меня в погребе, когда в наше селение пришли чужаки. И после начался огненный хаос. Огонь был повсюду. И маленькая девочка, объятая пламенем, отдала ему в дар почти все жемчужины, чтобы выжить, – Мирель облизывает пересохшие губы.

По ней видно, что рассказ причиняет её страшную боль горькими воспоминаниями о минувших событиях.

– Так и раскрылся мой дар, – переведя дух, продолжает девушка. – Меня должны были научить, как правильно это сделать, но не успели. Я была заперта в погребе. Бежать было некуда, – её голос срывается, и она замолкает.

Даже представить жутко, что пережила эта претендентка в детстве.

– В жемчужине воспоминания ваших отца и дяди о том дне. Увидеть их вы сможете только раз, когда потрёте жемчужину между пальцев. Вы очутитесь там и всё увидите своими глазами. После – жемчужина рассыплется.

Король рассматривает на своей ладони хранилище, как нечто драгоценное. С учётом произошедших событий, возможно, так и есть.

– Почему вы ждали так долго, чтобы передать её? – не сдерживаюсь и спрашиваю. – Ведь это очень важная информация.

– Я не могу ничего рассказать об этом, потому что всё записано там, – она кивает на жемчужину в руке Штэвана Второго.

– Шаиримы – малочисленный народ, – задумчиво говорит его величество. – До тех пор, пока не раскрывается их сила, которому они приносят в дар все свои жемчужины, в них хранится очень много магии. Чем крупнее жемчужина, тем больше магии. За шаиримами открыли охоту. Их жемчужины использовали как кратковременный усилитель собственной магии.

– Они связаны с нами нервными окончаниями и кровеносными сосудами, – добавляет Мирель. – Это как вырвать ноготь.

– Поэтому было принято решение скрыть их поселение и запереть всю информацию о шаиримах в королевской библиотеке, в отделе, где есть вход только у членов семьи Варади, – заканчивает его величество.

Повисает тишина.

Из Варади остались только двое: король и его троюродный брат, великий князь.

На миг глаза правителя вспыхивают золотом, и через пару секунд под купол входит его высокопревосходительство. Фельтмаршалок даже не смотрит на меня. Его внимание сосредоточено на монархе. И на жемчужине в руке того.

– Левент, ты искал информацию про шаиримов? – вопрос Штэвана Второго звучит холодно.

Неужели подозревает родственника? Но разве Левент способен на это?

– Вчера искал в библиотеке, – быстро и не задумываясь отвечает великий князь. – Представляешь, их жемчужины способны сохранить воспоминание в мельчайших подробностях: цвет, интонации голоса и даже запах. Кстати, защиту на их поселение ставил ещё наш прадед. Как ты знаешь, он был лучшим в защитной магии.

Его взгляд цепляется за Мирель, её лицо, и опускается на кончик длинной тоненькой косички.

– Здесь воспоминания наших отцов, – король показывает на зажатую между большим и указательным пальцами. – В это время ты был уже в Обители Единосущего, а меня ещё не подпускали к управлению страны. Только учителя. Посмотрим сейчас?

– Не вижу причин откладывать, – соглашается князь.

– Полина Андреевна, присоединяйтесь, – приказывает его величество. – Держите крепко за руку Левента и не отпускайте, если хотите досмотреть всё до конца.

Я подхожу к его высокопревосходительству, который только сейчас удостаивает меня мимолётным взглядом. И тут же впивается взором в корсет платья, на который я сегодня утром прикрепила брошку.

Миг, и мы смотрим друг другу в глаза. Взяв меня за руку, фельтмаршалок первым отводит взгляд, потому что пространство вокруг нас меняется.

И вот мы стоим на горном уступе. Внизу, перед нами, раскинулось пепелище. Странное, потому что поселение выгорело в форме круга, по внутреннему краю которого идут зубцы. В самом центре восьмиконечная звезда.

Дует ветер, и мне приходится закрыть нос ладонью. Запах гари, серы и чего-то ещё настолько тошнотворны, что желудок бунтует, из-за чего я не сразу замечаю две стоящие впереди мужские фигуры в одинаковых синих мундирах. Один из мужчин держит девочку с красными волосами. Та, видимо, без сознания, потому что ручки и ножки висят плетьми.

Первым заговаривает тот, что стоит слева:

– Как ты думаешь, что это было? Призыв или …

– Воскрешение бога. Слишком много жертв. Слишком много страданий. Прожора любит такое.

– Думаешь, это он?

– Уверен.

– Мы же скрыли всё о шаиримах. Даже сообщили о смерти последнего из них. Кто мог узнать о них?

– В нашей семье только один бастард. Да и тот уже учится в Обители Единосущего.

Я поворачиваюсь к князю. Тот поджимает губы. Король не скрывает удивления.

– Тогда кто? Только кровный родственник Варади может туда проникнуть.

– Значит тот, у кого есть сила обойти подобные заклинания. Наша задача – понять, что это за сила, и как ей противостоять.

– Ты представляешь, сколько книг надо перерыть?

– Зато нашим мальчикам останется меньше читать. Мы дадим им самое ценное – время. Им нужно вырасти и войти в полную силу.

– Как поступим с девочкой? Может, отдадим ей на воспитание проверенным людям.

– Опасно, – качает головой его собеседник. – Лучше отдадим тем, кто никак не связан с нами. Только договоримся, чтобы хранила свою тайну.

– А взамен?

– Наши мальчики её не обидят.

– Нам прислали приглашение на третье испытание к королю Алибеску.

– У него начался отбор?

– Да.

На этом видение накладывается на реальность и исчезает.

Поморгав пару раз глазами, застаю картину напряжённого переглядывания короля и великого князя. Закончив безмолвный разговор, фельтмаршалок поворачивается ко мне.