Полный спектр - Тери Нова

Но это хотя бы срабатывает, и Уэйд, получивший передышку, врезается локтем в солнечное сплетение Дрейка, обхватывая его голову, и перекидывает все тело противника через себя, с силой швыряя об пол. Агент удивляет, без заминки переворачиваясь на живот и поднимаясь в сидячее положение. Я встаю перед Ройстоном, не давая ему сделать новый выпад. Оба они тяжело дышат, с ненавистью во взглядах.

– Уходите, агент! – сухо произношу я, останавливая очередной рывок Уэйда. По его лицу течет кровь, губа агента разбита, а скулы покраснели от нанесенных ударов. – Думаю, с вас обоих достаточно.

– Я еще не закончил. – Уэйд сплевывает немного крови прямо на пол. Блестяще!

Если бы взглядом можно было убивать, сейчас во лбу Дрейка красовалась бы дырка. Федерал молча поднимается и спиной отступает к двери, где осталась его уличная обувь.

– Я вернусь с ордером. – Все, что он говорит, прежде чем сунуть ноги в ботинки и выйти в открытую дверь.

Глава 31

Уэйд

– Ты рехнулась? – Я так зол, что в полушаге от того, чтобы проломить стену или голову ебаного Хайдена Дрейка.

Ремеди игнорирует мой вопрос, закрывая входную дверь, а затем поднимает стулья и начинает убирать со стола все то, что уцелело после драки. Она, блять, устроила чаепитие с этим уродом. Мне нужно взять себя в руки, пока я снова все не испортил, иду в ванную, привожу себя в порядок и плещу холодной водой в лицо. Сукин сын разбил мне нос, а еще привел убийц в дом моих родителей и как ни в чем не бывало явился в Бостон, чтобы вынюхивать, чем я тут занимаюсь.

Тихие шаги заставляют меня поднять голову, через зеркало смотрю, как Ремеди подходит к раковине, отодвигая меня плечом в сторону, приседает перед ней, чтобы вынуть аптечку. Все так же молча она разворачивает меня лицом к себе, оценивая причиненный ущерб. А потом без предупреждения сжимает переносицу.

– Ай, блять! – Я отшатываюсь, чувствуя, как еще больше крови стекает по лицу.

– Стой спокойно. – Она не встречается со мной взглядом, когда хватается за это место, снова проверяя, нет ли перелома. Одна и та же ситуация повторяется, но ее реакция на кровь разная, как и поведение в целом. Убедившись, она берет ватные тампоны и слегка смачивает их прохладной водой, отжимая и вставляя в обе ноздри. – В морозилке есть лед, можешь приложить.

– Спасибо. – Но ей не нужна моя благодарность, она продолжает делать свое дело, откручивая крышку антисептика и смачивая им свернутый бинт.

– Жить, отрезанной от общения, очень скучно временами, – говорит Ремеди, обрабатывая мои ссадины. Рядом со мной она такая крошечная, что я просто не верю, когда в памяти всплывает вид ее, дерущейся с амбалами вдвое больше себя. У меня возникает желание прижать ее к себе, но я подавляю порыв, слушая рассказ. – Я много времени проводила за обучением боевым искусствам и в даркнете, Роддс не одобрял мой интерес к синдикатам и картелям, но пока это удерживало меня на расстоянии, – она поднимает взгляд, чтобы убедиться, что я понимаю, о чем она говорит, – он просто закрывал глаза. Так я нашла совпадения и недостающие звенья, а когда сопоставила имена агентов, обнаружила кое-что важное. Я хотела тебе рассказать, но не успела.

– Я изучил твои записи все до единой, что мы упустили?

– То, что было вот здесь. – Она постукивает пальцем по виску. – Это не конкретная преступная организация, Уэйд, – Ремеди отступает к раковине, прижимаясь к ней спиной, и на этот раз я не могу просто стоять в стороне. Подходя ближе, поднимаю ее, усаживая на край тумбы, Ремеди не сопротивляется, ее глаза печальны. – У них целая сеть, которую покрывают чиновники и политики, но это еще не все. Мне стало интересно, что агенты искали в твоем доме, тогда я проверила Хайдена и его бывшего напарника Картера Бейли. Они были там, чтобы припугнуть тебя, так поступали и с другими. Вот почему Роддс в свое время ушел в подполье на целых четыре года.

– Но Роддс ушел позже, что-то не сходится.

– Это была не первая их попытка. Пока ты думал, что ваши враги – случайные члены банд, жаждущие мести, все это время они наблюдали. Им было плевать, что «Стикс» существует, пока вы не лезли в их дела, но ты искал тех, кто похитил Шай и меня, это запустило механизм уничтожения.

– Я должен был догадаться, – моя рука непроизвольно поглаживает поясницу Ремеди, чувствую крошечные мурашки на ее коже и глубоко дышу. Одного ее запаха уже достаточно, чтобы успокоить мои расшатанные нервы и вернуть ясный рассудок. – Почему ты не дала мне убить этого мудака?

– Ты не можешь просто напасть на агента, это ничего не решит. Нам нужны доказательства, чтобы представить их публично, открыть всему миру правду. Когда Дрейк впервые стал вынюхивать здесь, я была бесполезна, поскольку не помнила, но позже, когда память вернулась, я чувствовала, что он придет снова. Поэтому впустила его в дом и прикинулась, что все еще ничего не помню. Он спрашивал о тебе и твоей работе, а я незаметно выуживала из него необходимую мне информацию и удаленно взламывала его телефон. Мне нужно было всего лишь удерживать его на расстоянии доступа дешифровочной установки. Я уже знала, что Бейли был двойным агентом, он работал на синдикат, а Хайден на первый взгляд был слишком молод и верен закону, чтобы сразу вселить сомнения в свои поступки. Как ты успел заметить, он повернут на своей работе, но вовсе не потому что потомственный федерал, исповедующий лишь правосудие. Вот где мы ошибались, думая, что монстры существуют лишь в шкафу, но никогда в зеркале. Я видела записи с камер на балу, он общался с Розмари прямо перед тем, как ее похитили.

– Ты у нас теперь эксперт по Дрейку? – Мои пальцы чуть сильнее впиваются в кожу на ее тонкой талии.

– Ревность тебе не идет.

– Вернись ко мне. – Мой взгляд должен сказать все, что не могут выразить слова.

Ремеди тяжело вздыхает, проводя рукой по моим волосам, ее