Калабрийский Король - Иса Белль

Моя рука тянулась к телефону каждые пол часа, но я запрещала себе набирать его номер. И дело было не в моей гордости, а в том, что ему нужно было время наедине с собой и я была просто обязана дать его ему. Сантьяго был терпелив по отношению ко мне, поэтому я должна была отплатить ему тем же, как бы сложно мне ни было.

Вчера, ближе к ночи, Джулия написала мне, что он в порядке, потому что если бы я не узнала этого, я бы не дала ему никакого времени и пустилась бы в поисках его по городу. Бегала бы по улицам, пока не нашла бы своего мужа и не удостоверилась в том, что он не лишился ног и собирался продолжать носить меня по пляжу на своих руках.

Как бы я ни устала после всего того, что произошло, сон долго не приходил ко мне. Засыпать в нашей общей спальне без него мне не хотелось, поэтому я устроилась в комнате, в которой Сантьяго жил восемь месяцев до того, как предложил мне идею тринадцати свиданий. Постель всё ещё пахла им и я обнимала одеяло, представляя его.

Сантьяго Риверо превратил меня в одержимую.

Всё без него резко становилось не таким.

Раньше я чувствовала себя так, когда находилась в обществе. Теперь, когда пространство вокруг не включало его.

Кусок в горло не лез с того момента, как он ушёл, но проснувшись утром я поняла, что мне нужно было поесть, если я хотела ещё хотя бы раз взглянуть на Сантьяго. Доставка опаздывала уже на несколько часов и первые из них я сочла технической задержкой, после задремала и забыла о голоде, но сейчас я была зла, потому что была до жути голодна и хотела видеть мужа.

Стащив телефон с края стола, продолжила лежать на диване в гостиной и набрала номер единственного испанского ресторана в городе, который готовил мне завтрак.

– Здравствуйте, – устало поприветствовала я. – Это Амелия Риверо. Я бы хотела узнать, почему доставка на это утро была отменена?

Живот крутило от боли и мне казалось он уже начал поедать сам себя.

Оператор на другом конце замялась:

– Секунду… Ожидайте.

Мои глаза уткнулись в потолок, пока я молча слушала, как девушка быстро перебирала пальцами по клавиатуре, наверняка отслеживая данные по транспортировке.

– Доставка в ваш и ближайшие районы не осуществляется уже как несколько месяцев, Сеньора Риверо. Мы сообщали вам об этом по номеру, что вы оставили.

– Никто не звонил мне.

К тому же… Я получала свой завтрак каждое утро, если не считать сегодняшний день.

– +34… – она продиктовала номер, – принадлежит вам?

– Да, всё верно.

Это был номер домашнего телефона, висящего в коридоре. Сотовым я редко пользовалась, поэтому давать его данные было бесполезно. Я бы всё равно не ответила.

– Но я не получала никаких уведомлений, – попыталась объяснить я. – И ела свой…

– Конечно, – перебила она. – Ваш муж изъявил желание самостоятельно забирать их из ресторана.

Я резко выпрямилась, усаживаясь на диване.

Что она сказала?

– Вы хотите отменить все последующие заказы?

Но я больше не слышала оператора.

– Сеньора?

И, не глядя, сбросила вызов.

Боль из живота медленно перетекла к сердцу и я сглотнула, обернувшись и посмотрев на трубку, висящую на стене коридора в нескольких метрах от меня.

Вот почему каждый раз, когда я только просыпалась Сантьяго либо встречал меня внизу, либо уже был на работе, но бокадильо в обоих случаях ждали меня на кухне. Всё это время я думала, что охранник встречал мои завтраки и заносил их в дом, как делал это с тех пор, как я переехала сюда и попросила его об этом.

Но это делал мой муж.

Изо дня в день Сантьяго просыпался раньше положенного и отправлялся на другой конец города, чтобы забрать самые вкусные бутерброды с соевой ветчиной, без которых я уже давно не представляла своё утро.

Когда всё вокруг рушилось, именно он был тем, кто продолжал сохранять мой комфорт.

Поэтому тогда в ресторане Сантьяго был осведомлён о моих предпочтениях и выбрал место, где была вегетарианская кухня. Попросил ребят перестать ужинать в позднее время, зная, что меня тошнило от одного запаха пищи. Стал появляться на ипподроме чаще, пристально следя за работой. Собрал книжный шкаф прямо в спальне и освободил комнату от себя, чтобы я не убегала читать на пляж, а могла делать это дома.

Он хотел, чтобы я знала, что у меня было своё место.

Что мне было куда прийти и где остаться.

Он сотворил вокруг меня дом, которого у меня никогда не было.

И не остановился на этом. Сантьяго окутывал меня всеми языками любви, когда я не была уверена, что заслуживала и одного.

Слова – его вера в то, что я достаточно сильна, чтобы управлять ипподромом самостоятельно.

Время – все наши свидания, ни одно из которых я не смогла предугадать.

Подарки – последние месяцы я не оставалась голодной по утрам только благодаря ему, мои книги стояли в шикарном шкафу из белого дерева с позолотой, а любимой обувью стали ридинги.

Помощь – его упорство, заставляющее дать шанс вере в то, что уже давно было убито другими внутри меня.

Прикосновения – все наши объятия, поцелуи и…

Телефон завибрировал у меня в руках, вытаскивая из мыслей.

Глаза упали на экран.

Джулия: Мы в Сакраменто.

Они должны были приземлиться в Штатах ещё несколько часов назад, но так как этого не случилось, значит они задержались здесь, будучи с Сантьяго.

Почему? Всё было не так «в порядке», как она мне сказала?

Не успев ответить ей, девушка отправила мне ещё одно сообщение.

Джулия: Аврора нашла это. Мы не смотрели.

Десять вложений шли следом за ним.

Я нажала на папку с фотографиями и резко вздохнула.

Как я могла забыть вытащить вторую карту памяти!

Член Сантьяго, а затем его язык вытянули из меня все силы и я уснула, не позаботившись о том, чтобы скрыть следы нашего маленького преступления.

Аврора скорее всего всё-таки знала, что там было, и Джулия тоже, но я надеялась, что они не рассматривали то, что творилось на этих фотографиях.

Сантьяго целовал моё лицо. Я кусала его. Удовольствие, которое мы получали друг от друга, пропитывало каждый кадр, что я успела сделать до того, как оказалась на коленях.

Но самым красивым снимком оказался последний.

На нём была только я. Одна. И можно было подумать, что мой взгляд