Суровая нежность - Моника Маккарти

– Да.

Он скатился с нее и спокойно помог подняться, но это ее не обмануло. Она ощущала ярость, которая исходит от него, как раскаленный воздушный поток от кузнечных мехов. Моряки рассказывали о сверхъестественной тишине прямо перед тем, как разверзнуться вратам ада. Должно быть, такое же чувство испытываешь, оказавшись в центре бури или урагана. Ее брат и не подозревает, что его ждет.

– Слава Богу, – выдохнул Кеннет.

Он начал подниматься на ноги, но Магнус схватил его за шею и толкнул к ближайшему дереву.

– Ты, чертов идиот! Псих ненормальный! Ты чуть не угробил ее! – Он схватил его крепче, перекрывая дыхание. – Убить тебя мало.

Казалось, именно это он и намерен сделать. Кеннет пытался оторвать его руки от себя, но ярость словно придала Магнусу какой-то сверхъестественной силы. Рука его была как железный штырь; ее большой, мускулистый брат не мог сдвинуть его ни на дюйм.

Она схватила Магнуса за руку, пытаясь оттащить.

– Магнус, пожалуйста, отпусти его. Ему же больно.

Глаза его были черными от холодного бешенства. На секунду ей показалось, что он даже не слышал ее.

– Он чуть не убил тебя.

– Но он же не хотел, – мягко проговорила она, словно пытаясь успокоить разъяренного зверя. – Это вышло случайно.

– Случайно? Он не умеет держать себя в руках, черт бы его побрал. Он безбашенный, безрассудный и представляет опасность для окружающих. Как ты можешь защищать его?

На глазах у нее выступили слезы.

– Я не защищаю. Но он мой брат, и я люблю его. Магнус, прошу тебя…

Глаза их встретились, и она увидела, как раскаленная ярость начинает остывать. Он ослабил хватку, но, прежде чем отпустить Кеннета, еще раз как следует встряхнул его.

– Если ты еще раз обнажишь свой меч поблизости от нее, я убью тебя.

К ее удивлению, брат не ответил угрозой на угрозу. Наверное, впервые в жизни необузданный нрав Кеннета казался усмиренным.

Двое мужчин молча буравили друг друга взглядами, обмениваясь безмолвными обвинениями.

– Ты обесчестил ее? – выдавил Кеннет, все еще тяжело и сипло дыша.

Магнус оцепенел, но, не дав ему ответить, Хелен повернулась к брату.

– Ну, хватит, Кеннет. Ты мне брат, а не отец. Довольно с меня твоего вмешательства, и больше я его не потерплю. Один раз я сделала, как ты просил, но больше такого не будет. Я люблю его. И что бы Магнус ни сделал, это не может обесчестить меня.

Брат не обратил на нее внимания, сверля Магнуса глазами.

– Ну? – вскипел он. – Я ее опекун в этой поездке. Я имею право знать.

Рот Магнуса сжался в тонкую линию. Было ясно, что ему хочется послать ее брата ко всем чертям, но он признает за Кеннетом право все знать, даже если она не признает.

– Нет.

– Но я этого хотела, – настаивала Хелен.

Они оба разом повернулись к ней и рявкнули:

– Хелен, заткнись!

Или, может, это Кеннет рявкнул, а Магнус только хотел, но ее потрясения это не уменьшило. Пожалуй, ей стоит радоваться, что они вечно друг с другом на ножах; если решат объединить против нее силы, то ей точно не поздоровится.

– Держись от нее подальше, – прорычал Кеннет. – Или хочешь навлечь на нее еще большую опасность?

Ну, с нее хватит. Раздражение Хелен выплеснулось наружу.

– Святые угодники, и ты тоже? Что это за опасность такая, о которой я ничего не знаю?

Рот Магнуса побелел, пока они с ее братом испепеляли друг друга взглядами.

– Да, почему бы тебе не рассказать ей, Маккей? – с издевкой ввернул Кеннет.

Магнус, судя по всему, сильно жалел, что убрал руку с горла ее брата.

– Я уже предупреждал тебя, Сазерленд. Заткнись.

– Не заткнусь, если ты не отстанешь от моей сестры. Она заслуживает того, чтоб знать, во что втравливает себя. – Кеннет повернулся к ней. – Давай, спроси его. Спроси о тайнах, которые он скрывает. Спроси о Гордоне. Спроси о слухах про нападение Брюсовых воинов-призраков на замок Трив через несколько дней после твоей свадьбы.

Глаза Хелен расширились. Все слышали байки про немыслимые подвиги, совершаемые маленьким отрядом воинов-невидимок, которые возникают из мрака и исчезают, как призраки. Говорят, никто не может одолеть их. Ей, как и всем, нравились эти истории, но она никогда не задумывалась о людях, стоящих за ними. Реальные они или вымышленные, и если реальные, то кто они такие. Но сейчас ощутила, как холодок дурного предчувствия пробежал по спине.

– Воины-призраки? А какое отношение это имеет к Уильяму?

Магнус шагнул к Кеннету, но Хелен преградила ему путь.

– Скажи мне, Магнус. О чем он говорит?

Взгляд Магнуса упал на нее. Она видела, что он страшно зол, но тщательно следит за своими словами.

– Он говорит о том, о чем ни черта не знает.

Но ее брат не собирался отступать.

– Спроси его про странный взрыв, который разрушил часть стены в Триве, Хелен. Не напоминает ли это те истории, которые я, бывало, рассказывал тебе?

Она ахнула, взгляд метнулся к Магнусу. Знание о сарацинском черном порохе было довольно редким и потому заслуживающим внимания.

– Это правда? То, о чем говорит мой брат? Уильям состоял в этом легендарном отряде?

Но ей не было нужды спрашивать. Глаза его прожигали ее насквозь, горячие и полные муки.

Она отступила назад, потрясенно прикрыв рот ладонью.

– О Боже!

Казалось невероятным, что Уильям мог быть частью чего-то почти мистического, почти нереального. Как же мало она его знала! А еще собралась замуж.

К ее удивлению, брат выглядел таким же потрясенным, как и она.

– Черт побери, – пробормотал Кеннет. – Так это правда.

– Если тебя хоть немного волнует безопасность твоей сестры, ты больше никогда ни словом не обмолвишься об этом.

Рот Кеннета угрюмо сжался.

Хелен переводила взгляд с одного на другого.

– А при чем здесь моя безопасность?

Мужчины обменялись взглядами, никто из них явно не горел желанием ничего объяснять. После довольно продолжительной паузы Магнус нарушил молчание:

– Есть люди, которые пойдут на многое, чтобы узнать личности так называемых воинов-призраков. Любой, кто так или иначе связан с ними, находится в опасности.

– Но мне же абсолютно ничего не известно.

– Но они-то этого не знают, – сказал ее брат.

Да, он прав. Хелен уставилась на Магнуса.

– Мне грозит опасность?