Искусительница - Эйна Ли

Пустив паровоз на полной скорости, Пэт О'Хара запел в полный голос:

— Дорогая, дорогая, дорогая Клементи-а-а-а… — Ему долго пришлось ждать, пока кончится гроза и вернется Дэйв, поэтому теперь он гнал поезд во всю мощь, чтобы наверстать упущенное время. — Ты ушла навсегда-а-а-а… — Пэт замолчал, вглядываясь вперед. — Что за черт! — вскоре воскликнул он. — Останови, слышишь, останови, Дэн!

Впереди темнела черная земля — рельсов на небольшом участке колеи не было. Через мгновение паровоз со скрежетом слетел с рельсов, волоча за собой вагоны, но по счастливой случайности колеса локомотива, преодолев препятствие, снова въехали на рельсы, и состав еще несколько ярдов по инерции ехал вперед. Вагоны раскачивались из стороны в сторону, но удерживали равновесие. Но последний вагон все же налетел на тот, что двигался впереди, и «развернул его почти перпендикулярно к рельсам. Вагоны перевернулись, подняв вокруг облако пыли.

Выскочив из кабины, Пэт и Дэн бросились к месту аварии. Подбоченившись, Пэт осматривал перевернутые вагоны.

— Думаю, нам лучше вернуться в Тент-Таун за помощью, — заявил он наконец.

— Я поеду, Пэт, — предложил Дэн, — а ты оставайся с «Клементиной».

Внезапно Пэт замер, прислушиваясь.

— Тихо, приятель… Ты слышал?

— Что?

— Мне кажется, я слышал чей-то стон, — ответил Пэт. — Видно, слух стал мне изменять.

Стон послышался снова, и мужчины обменялись удивленными взглядами. Обежав перевернутые вагоны, они остановились.

— Пресвятая Богородица! — воскликнул Пэт, крестясь. На земле лежали тела мужчины и женщины. Опустившись на колени, Пэт склонился над женщиной.

— Бог ты мой, это же миз Салли! — воскликнул он. — Наверное, она ехала в поезде. Девушка застонала.

— Дэн, тащи скорее сюда флягу и аптечку! Да, и одеяла, — велел он кочегару.

Молодой человек бросился к локомотиву и через несколько мгновений вернулся, держа в руках все необходимое.

— Девушка не ранена, и, похоже, руки-ноги у нее целы, — заявил Пэт.

— А мужчина? — спросил Дэн.

— На лбу у него большая рана. И еще, по-моему, сломана левая рука. И нога. Но он дышит. К счастью, доктор сегодня в Тент-Тауне, так что тебе надо поскорее добраться туда, Дэн.

— Еду немедленно, — взволнованно проговорил кочегар. — До лагеря не больше десяти миль, и, если повезет, мы вернемся сюда через час.

— Скорее, приятель, — напутствовал его Пэт. Дэн пустился бегом.

Пэт тем временем закутал Салли в одеяло и забинтовал рану на голове мужчины, но не решился дотрагиваться до сломанных конечностей.

Пэдди казалось, что время еле ползет, и он вздохнул с облегчением, когда услышал вдали гудок паровоза.

Едва состав затормозил, Дэн Харрингтон в сопровождении врача, Шона Рафферти и еще человек десяти рабочих соскочили на землю.

— Шевелитесь-ка, ребята! — закричал Шон. — Разделитесь на группы — пусть одна разгружает рельсы и шпалы, а с остальными мы расцепим вагоны и уберем их с колеи, чтобы уложить недостающие рельсы.

Мужчины дружно принялись за работу, а Шон направился к О'Харе.

— Ну, как дела у девочки? — с тревогой спросил он.

— Док сказал, что она приходит в себя, — сообщил Пэт. — Ты узнаешь ее спутника, Шон?

Рафферти подошел к раненым и взглянул на лицо молодого человека, все еще остававшегося без сознания.

— Нет, я никогда его не встречал, — заявил он. — Что они делали в поезде?

Пэт лишь пожал плечами:

— Я и не знал, что у нас есть пассажиры.

— Ну вот, я сделал все, что мог, — сказал доктор. — Давайте перенесем этих людей в вагон и вернемся в городок.

Рабочие быстро установили на место недостающие рельсы, сцепили вагоны, собрали свой инструмент, а потом забрались в вагоны. О'Хара медленно повел поезд в Тент-Таун.

После грозы Дэйв и Синтия решили не ездить к Боннеру. Когда они вернулись в городок, доктор уже наложил шины на ногу и руку Клея и зашил тому рану на лбу. К счастью, Салли отделалась легкими ушибами, но обоих пострадавших доктор оставил в постели, чтобы понаблюдать за ними некоторое время.

Внимательно выслушав рассказ О'Хары и Шона и убедившись в том, что сестра серьезно не пострадала, Дэйв начал расспросы:

— Салли, что вы с Клеем делали в этом поезде? На вопрос Кинкейда отозвался Клей.

— Сэр, не ругайте Салли, во всем виноват только я, — заявил он.

— Вы меня не интересуете, молодой человек, — сурово проговорил Дэйв. — Тем более что в произошедшем надо винить вашего отца.

— Но Клей не имеет к этому никакого отношения, — вмешалась Салли, — и несчастный случай лишь доказывает это.

— Это верно, сэр, — вымолвил Клей. — Неужто вы полагаете, что я знал о разобранных рельсах и рисковал жизнью Салли и своей собственной?

Синтия положила ладонь на руку Кинкейда.

— Это не лишено смысла, Дэйв, — тихо произнесла она.

— Надеюсь, это правда, — более спокойным тоном сказал тот. — Но это ничего не меняет: во всем виноват ваш отец. На сей раз он зашел слишком далеко — из-за его безобразий могли пострадать люди! Едва не погибли машинист и кочегар!

— Я не верю, что мой отец способен на такое, сэр, — решительно заявил Клей. — Я знаю, он против строительства железной дороги на этой земле, но он не хотел причинить кому-то вред.

— Вы имеете в виду, не кому-то, а собственному сыну? — отозвался Дэйв.

— Нет, сэр, кому угодно. Может, отец и вспыльчив, и упрям, но он не поставит под угрозу человеческие жизни!

— Ну да, особенно если учесть, что на его земле мы нашли целую гору украденных рельсов и шпал. Послушайте, Боннер, я отношусь к нему иначе, чем вы. — Дэйв посмотрел на Салли:

— А ты что делала на этом поезде?