Безоглядная страсть - Марша Кэнхем

— Подождите! — крикнул Хью. — Оставьте этого придурка мне. Не могу отказаться от удовольствия зарубить его сам!

Высоко подняв топор над головой, Хью ринулся на Джона. Но, когда Макдугал был от него в пяти шагах, топор Джона опередил его, рубанув по бедру и застряв там. Хью рухнул словно подкошенный, увлекая оружие Джона с собой.

— Вот так-то! — довольно произнес Джон. — Не родился еще человек, который убьет Джона Макгиливрея.

Англичане бросились на Джона, но он в одно мгновение выхватил шпагу, и уже в следующее мгновение один из врагов лежал на земле со смертельным лезвием в груди. Увидев, что грозный шотландец теперь безоружен, англичане с новой яростью набросились на него. Но, заметив какую-то огромную палку, валявшуюся на земле, очевидно, тележную ось, Джон, нагнувшись, поднял ее. Исступленно размахивая этим новым оружием, Джону удалось уложить еще семерых, но восьмой, падая, успел выстрелить ему в грудь. На помощь англичанам спешило еще несколько всадников…

Но тут с дороги послышались выстрелы, заставившие всех обернуться и увидеть молодую женщину с развевавшимися за спиной рыжими волосами, мчавшуюся, словно фурия, на огромном скакуне и палившую из двух пистолетов. Один англичанин тут же рухнул наземь, другой оступился о какую-то кирпичную кладку, оказавшуюся не чем иным, как пустым колодцем. Крик его еще долго отдавался эхом в глубине колодца. Третий враг был сбит с ног копытами Бруса, четвертый — зарублен саблей Энни…

Энни подбежала к Джону. Тот лежал лицом вниз без движения, и Энни решила, что он мертв. Но, приглядевшись, она заметила, что на шее его еще дрожит жилка. С неимоверным усилием перевернув Джона лицом вверх, она положила его голову себе на колени. Он был в крови с головы до ног.

— Джон! Джон, ты слышишь меня?

Глаза Джона открылись, но взор был мутным, блуждающим, бессмысленным. Впрочем, на какое-то мгновение он задержался на лице Энни — или ей это только показалось?

— Джон!

Голова Джона безжизненно свесилась на сторону. Энни лихорадочно огляделась вокруг. Дорога была пуста, помочь ей было некому, одной взвалить тело Джона на лошадь было не под силу, но о том, чтобы бросить его на съедение собакам или воронам, не могло быть и речи. Тем не менее, взяв Джона под мышки, она потащила его к Брусу.

Услышав крики, Энни обернулась. Прямо к ней бежали двое англичан: один — офицер, другой, кажется, рядовой… Энни вскочила на ноги и сжала, как учил ее когда-то Джон, меч обеими руками, намереваясь либо отомстить всем англичанам в лице этих двоих за Джона, либо разделить его судьбу. Офицер уже был рядом с ней, и Энни, взмахнув мечом, резанула по ненавистному красному мундиру. Глаза ее застилали слезы, ум мутился от ярости, но лицо офицера, длинные каштановые волосы показались ей вдруг странно знакомыми…

— Энни, это я! Я, Ангус!

Но было уже поздно — меч резанул по животу Ангуса, оставив глубокую рану. Энни выронила меч и тупо уставилась на мужа. Да, это был он…

— Энни, уходим! У тебя нет ни секунды, англичане идут за вами по пятам!..

— Я не брошу здесь Джона! — решительно заявила она.

— Джона? Где Джон?

Ангус посмотрел туда, куда указывала Энни. В окровавленном, изуродованном теле, рука которого все еще сжимала ось телеги, с трудом можно было узнать то, что когда-то было Макгиливреем.

— Господи! — вырвалось у Ангуса.

— Господь здесь ни при чем! Разве это дело рук Господа?! Внимание их отвлек какой-то шум. Обернувшись, Ангус и Энни увидели группу английских драгун, преследовавших бегущую женщину. Один из них, не кто иной, как майор Гарнер, подставил женщине подножку, и та упала…

— Энни, беги, у тебя нет времени!

— Я не брошу Джона!

— Хорошо, подержи лошадь. Эван, помоги мне, — обратился он к денщику.

Энни взяла удила Бруса, и Ангус с Эваном положили тело Джона ему на спину. Затем Ангус помог Энни сесть на лошадь.

— Езжай отсюда как можно быстрее! — произнес он. — Езжай в Моу-Холл и, ради всего святого, никуда из него не высовывайся, пока я не приеду. Считай, что это приказ. Быстрей же!

Ангус смотрел вслед жене, пока она не скрылась из виду, Лишь после этого он вдруг почувствовал, как ноги его подкашиваются.

— Сэр! — Эван бросился к нему.

Но Ангус уже падал, мундир его на животе пропитался кровью.