Леди и Лев - Синтия Кирк

– Мы оба запутались. Давай не будем запутываться дальше. – Она пошла к двери. – Эти царапины до сих пор выглядят неважно. Прежде чем уйти, я попрошу Лори положить немного бальзама на твое лицо.

– Уйти? Куда ты собираешься уходить?

– Я присматривала за тобой все эти три дня, Дилан. Мне надо снова продолжить работу в музее, не то Колвиллы откажутся от выставки.

– Ты не можешь идти в музей без меня. – С видимым усилием он откинул в сторону одеяло. С удивлением посмотрел на свои голые ноги. – Что на мне надето?

– Это пижама Майкла. Я знаю, она немного тебе коротка, но это было все, чем мы располагали. – Шарлотта услышала, как кто-то позади нее деликатно прокашлялся. Она повернулась и увидела верного дворецкого, стоящего в дверях. – Рэнделл, как хорошо, что ты здесь.

Дилан попытался встать, но колени у него подогнулись.

Она жестом указала Рэнделлу, чтобы он помог ему лечь обратно в кровать.

– Сейчас ты еще не в состоянии спуститься вниз, не говоря уже о том, чтобы идти в музей.

– Мне нужна одежда, Рэнделл. – Дилан оттолкнул дворецкого в сторону и, шатаясь, сделал несколько шагов. Но даже это небольшое усилие было чрезмерным, и ему пришлось опереться на высокую спинку кровати. – Я собираюсь проводить вашу хозяйку до музея.

Шарлотта вздохнула:

– Как вы можете видеть, мистер Пирс сегодня нуждается в отдыхе. Пришлите сюда завтрак и позаботьтесь, чтобы он не перенапрягался слишком сильно.

– Хорошо, мадам. – Рэнделл еще раз озабоченно посмотрел на Дилана, прежде чем выйти из комнаты.

– У тебя снова начнется лихорадка, Дилан. Пожалуйста, вернись в постель.

– Но ты не можешь уйти! Нам надо еще о многом поговорить. – Дилан сел на кровать. Его голые ноги торчали из короткой пижамы, он выглядел таким беспомощным и жалким.

Ей не следовало соглашаться работать с ним в Коллекции. И уж конечно, не следовало становиться его любовницей. Хуже всего, что она по-настоящему влюбилась в него и, к несчастью, вызвала в нем ответное чувство. Казалось, что ей на роду написано приносить несчастье и причинять боль всем мужчинам, которые любят ее: сначала Йену, а теперь вот Дилану. Она поклялась, что отныне только Египет будет в ее сердце.

– Он был инженером. Ты об этом знала? – спросил Дилан, обессиленной своей краткой попытки пройтись.

– Йен? Конечно. Я знала, что он инженер. – Она уложила его обратно на подушки. – Его отец был инженером в армии, и он хотел, чтобы Йен последовал по его стопам. Но ему никогда не нравилось это занятие. Потому-то он и занялся египтологией.

– Как ты не понимаешь? Если он был инженером, то не мог не увидеть, что стены гробницы недостаточно надежно укреплены!

Она отпрянула.

– Это был несчастный случай. Они каждый сезон случаются в археологических экспедициях. Я не хочу, чтобы ты снова начал его обвинять.

– Я не обвиняю его. Но инженер должен был заметить, что гробница плохо укреплена.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что кто-то поработал в гробнице перед тем, как он зашел в нее в последний раз. – Дилан отер покрытый испариной лоб тыльной стороной руки. – Кто-то хотел его смерти.

Слезы поднялись к ее глазам, и она затряслась. Шарлотта думала, что больше не будет переживать из-за смерти Йена, снова вспоминать ужасный звук обрушивающейся гробницы. Она думала, что уже давно примирилась с этой смертью – и со своей собственной виной.

– Это был несчастный случай, – произнесла она судорожно. – Несчастный случай.

Дилан попробовал дотянуться до нее, но она оттолкнула его руку.

– Неужели ты не можешь оставить память этого несчастного человека в покое? – вырвалось у нее. – Сначала ты раскапываешь память отца, пытаясь найти что-нибудь грязное… и нечестное. Теперь добрался до могилы Йена и хочешь разворошить ее.

– Шарлотта, пожалуйста… Я только хочу защитить тебя. У меня есть подозрения, что, кто бы ни убил Йена, этот человек где-то рядом, он еще жив.

– Да, – она попятилась к двери, – я виновата в смерти Йена, и я все еще жива! Неужели ты думаешь, что я об этом забыла?

– Это совсем не то, что я хотел сказать!

Но Шарлотта не хотела больше ничего слушать. Не обращая внимания на крики Дилана, она выбежала в прихожую – туда, где только Нефер могла видеть ее слезы.