Нежный враг - Хизер Сноу

У него голова пошла кругом, когда вспомнил, что чувствовал всего несколько минут назад, когда она отдалась ему. Тогда его сердце пело от счастья. И что оказалось? Она его просто использовала и все время лгала – когда признавалась в любви, когда рыдала у него на груди. Все это были уловки.

Ему хотелось швырнуть обвинение ей в лицо, но он сдержался: сначала надо получить от нее всю необходимую информацию.

– Где конкретно? – Джеффри справился с эмоциями и обрадовался, что его голос звучит спокойно. – Шкаф, стол, полка… Где?

Лилиан покачала головой.

– Нет, они были в книге, из которой сделали тайник.

– Как называлась книга?

Брови Лилиан сошлись на переносице. Вокруг рта образовались глубокие складки.

– Это была биография Марка Антония. А какая разница?

Джеффри постарался, чтобы его лицо ничего не выражало. Его отец всегда интересовался историей, античностью, особенно Египтом – это и привело к доскональному изучению личности Марка Антония. Сам же он никогда не уделял особого внимания римскому генералу, которого втайне считал слабаком, поскольку тот позволил женщине разрушить его жизнь.

А теперь он и сам в таком же положении.

Граф прищурился.

– Просто любопытно. Согласись, я слишком долго пребывал в неведении. Разве меня можно винить за желание узнать подробности?

Лилиан густо покраснела. Вот и хорошо. Пусть больше думает о стыде – если действительно его испытывает, – чем о том, почему Джеффри задал именно этот вопрос. Тем более что благодаря своему аналитическому уму может довольно быстро догадаться, в чем дело.

Что ж, она отдала письма ему, а он их ей не вернет, и у нее не будет возможности расшифровать тексты самостоятельно. Более того, когда он все сделает, то ничего ей не скажет. Ни одного слова. Это будет ей хорошим уроком: получится, что шлюхой она стала зря.

– Поверь, я не хотела причинить тебе вред, – прошептала Лилиан с полными слез глазами.

Вопреки всему, Джеффри едва удержался, чтобы не обнять ее, не утешить…

– Не надо! – Джеффри точно не знал, кому это сказал: ей или себе. Правда, прозвучало это резче, чем следовало, но он категорически не желал больше слушать ее ложь. К несчастью, в детстве ему часто приходилось видеть, как отец капитулировал, увидев слезы его матери. Сколько зла принесла ему любовь к лживой коварной женщине!

– Но, Джеффри, мне необходимо…

– Я уже досыта наслушался твоих лживых уверений! – отрезал граф, не в силах больше сдерживать гнев. Лилиан была так прекрасна – с огромными, словно озера, глазами и блестящими на ресницах слезинками. Он вспомнил необычное растение, которое они нашли на болоте. У того тоже были реснички-щупальца с капельками жидкости. Сходство очевидное и весьма показательное. Эта женщина, как и тот хищный цветок, заманивает ни в чем не повинных особей навстречу гибели. Ему еще повезло: вовремя вырвался, не позволил уничтожить его сердце.

Он достал из шкатулки все, что там лежало, положил в ящик стола и демонстративно запер на ключ.

– А теперь убирайся с моих глаз!

По щеке Лилиан скатилась одинокая слезинка, а Джеффри показалось, что это капля кислоты разъела его сердце, оставив незаживающую рану. Молча кивнув, она направилась к двери, и его вдруг охватила паника.

– Лилиан!

Она обернулась: в ее глазах было столько разных эмоций, что Джеффри предпочел в них не разбираться, а взял себя в руки и холодно проговорил:

– Не смей покидать Сомертон-Парк без моего разрешения.

Вздрогнув, словно от удара, она опустила глаза.

Неожиданно Джеффри захотелось, чтобы она начала оправдываться, просить прощения – это дало бы ему повод излить свой гнев, – но она вышла, так и не сказав ни слова.

Тогда он напомнил себе, что именно такой приказ отдал, поскольку она должна быть рядом, чтобы можно было в любой момент получить от нее информацию, однако, сейчас глядя ей вслед, понял, что надо быть честным с собой. Какой смысл отрицать очевидное? Проклятая любовь проросла в нем и расцвела, и все его усилия растоптать ненужный цветок оказались тщетными.

Иными словами, его постигло то же несчастье, что погубило и его отца: влюбился в коварную, недостойную доверия женщину.