Рапсодия - Джудит Гулд

— Я могу уделить вам лишь несколько минут. Вы же знаете, у меня сегодня выступление и мне необходимо отдохнуть перед концертом. Корал едва заметно кивнула.

— Тогда, может быть, поднимемся к вам в номер?

— Не в ресторане?

— Нет. Поговорим без свидетелей.

— Хорошо. Сюда, пожалуйста.

Они поднялись по лестнице, вошли к нему в номер.

— Садитесь, пожалуйста. Устраивайтесь поудобнее. Я позвоню, чтобы принесли чего-нибудь выпить. Что бы вы хотели?

— Шампанского и немного кампари, — ответила она не задумываясь.

Миша позвонил, сделал заказ.

— Может быть, хотите снять накидку?

— Нет, спасибо. В это время года в Лондоне я всегда мерзну. Миша повесил куртку в шкаф. Сел в кресло. Начал развязывать туфли. Остановился. Обернулся к Корал:

— Надеюсь, вы ничего не имеете против? Я сегодня целый день на ногах.

— Конечно, нет.

Миша сбросил туфли, подошел к кровати, полу-лег, опершись на подушки, вытянул длинные ноги.

— Вы остановились в этом же отеле?

— Нет. В «Рнтце».

— Как вы узнали о том, что я здесь?

— От Сирины, конечно.

— Кажется, я догадываюсь, о чем вы собираетесь со мной говорить.

В дверь осторожно постучали. Вошел официант с напитками на серебряном подносе. Поставил все на стол и удалился. Миша подал Корал шампанское с кампари. Себе взял виски с содовой и снова вытянулся на кровати, полусидя на подушках. Они с Корал подняли бокалы. Корал сделала глоток. Поставила бокал на стол.

— Пожалуй, перейдем к делу. — Она откашлялась. — Кстати, Сирина не знает о том, что я здесь. И мне бы не хотелось, чтобы она об этом узнала.

— Я умею хранить секреты.

— Я, конечно, знаю о вашей связи с Сириной. И если честно, мне это не нравится. Сирина убеждена, что у вас любовь.

— Так оно и есть.

— Не знаю, можно ли этому верить. Но дело не в этом. Вот что я хочу вам сказать. Сирина — очень ранимый человек. Ее много оскорбляли в прошлом. Когда вы расстались, она очень страдала.

— Но…

— Позвольте мне закончить, Майкл. Тогда я уйду и вы сможете отдохнуть.

— Хорошо, — пожал он плечами.

— Сейчас положение намного сложнее, потому что у вас жена и ребенок. И однако, невзирая, на все сложности, Сирина твердо решила, что вы с ней будете вместе. Что в конце концов вы поженитесь.

Она выжидательно взглянула на него, пытаясь понять его реакцию. Миша ее не разочаровал:

— Я хочу этого больше всего на свете. Я действительно люблю Сирину, Корал. Всем сердцем.

— Ваша связь длится уже почти год, после Вены. И чем дальше, тем Сирина больше нервничает. Я начинаю тревожиться, как бы это не отразилось на ее работе. — Она сделала еще глоток шампанского. — Мне бы очень не хотелось причинять боль вашей жене и сьшу, но моя главная забота — это Сирина. Она мне практически как дочь, и позаботиться о ней, кроме меня, некому. — Ее изумрудные глаза сверкнули. — Короче говоря, я считаю, что вы должны либо жениться на Сирине, либо немедленно расстаться с ней.

Миша растерялся от неожиданности. Он был почти готов к тому, что Корал предложит ему оставить Сирину, но такой альтернативы, как женитьба, совсем не ожидал.

— То есть, иными словами, либо все, либо ничего?

— Именно так.

— По-моему, совершенно очевидно, что жениться на ней я пока не могу. Но и прекратить встречаться с ней я тоже не собираюсь.

— В таком случае, если вы хотите продолжать видеться с ней, я предлагаю вам немедленно начать подготовку к будущему браку.

— Но ведь это означает…

— Мы оба прекрасно понимаем, что это означает. Вам придется развестись с Верой. Если вы немедленно не начнете бракоразводный процесс, я сама пойду к ней.

— Что?!

— Вы меня слышали. Либо вы немедленно оставляете Сирину — немедленно! — либо начинаете бракоразводный процесс. Если же вы не сделаете ни того ни другого, я пойду к Вере и расскажу ей все. Абсолютно все.

— Вы чудовище!

— Возможно. Но не больше, чем мужчина, который практически уже бросил преданную жену и сына, чтобы удовлетворять свои потребности с другой женщиной, совершенно, кстати, для него неподходящей.

— Что вы имеете в виду?

— Не валяйте дурака. Сирина, безусловно, красива и талантлива, но вам она не пара. Вы думаете, она хоть что-нибудь понимает в вашей музыке? Или обращает на нее хоть какое-нибудь внимание? Нет, конечно. И на вашем концерте ее сегодня не будет.

— Ну да. Она занята.

— Разумеется, — сладко пропела Корал — Будет шляться по клубам со своими ассистентами, Джейсоном и Беннетом. Сначала ненадолго завернет пообедать к Аннабел, где бывает высший свет, ну а оттуда уже в ночные клубы, к геям, лесбиянкам, потом в самые низкопробные секс-клубы на окраине Ист-Энда.

Миша молча переваривал эту информацию.

— Ну что же, у нее ведь может быть своя жизнь, — наконец произнес он. — Я и не жду, что она всегда будет около меня, что будет посещать все мои концерты.

— Это очень мудро с вашей стороны. Потому что Сирине плевать на все ваши концерты.

От ярости Миша едва не спрыгнул с кровати.

— По-моему, вам пора идти. Я понял, что вы хотели мне сказать. Корал с достоинством встала:

— Очень хорошо. Я надеялась, что вы поймете. Но помните: либо вы поговорите с Верой, либо я сама это сделаю. Она направилась к двери. На пороге остановилась.

— Даю вам время на развод до Дня благодарения. Не хочу, чтобы Сирина оставалась в этот день одна.

Она исчезла, оставив после себя крепкий аромат духов, как дух зла.

Больше всего на свете Мише хотелось броситься за ней вслед и придушить. Он опустился на кровать, сжал руками голову. Что же теперь делать?..

В том, что говорила Корал, есть немалая доля правды. Но ему нужно время. Он сам собирался поговорить с Верой… когда придет время и так, как найдет нужным. Два месяца… Эта стерва дала ему всего около двух месяцев.

Он снял трубку, набрал номер Манни в «Клариджеэ». Телефон не отвечал. Он не стал оставлять сообщение на автоответчике.

Что же делать? Боже правый, что ему теперь делать?