Проблеск небес - Барбара Доусон Смит

Берк, в душе проклиная себя, вышел в холл. Он не хотел причинить Кэтрин еще большую боль. Берк догнал, ее у парадной лестницы и обнял за тонкую талию. Несмотря на то, что она держалась прямо, он чувствовал, как дрожат ее мышцы. Казалось, ей было трудно стоять. Темные круги под глазами лишь подчеркивали ее хрупкость.

– Я тебе говорила, – сказала она, – что справлюсь самостоятельно.

Она напоминала розу, благоухающую и прекрасную… и с шипами, колючими, как когти дьявола.

– Самостоятельно ты можешь упасть в обморок. Поэтому на этот раз послушайся меня.

Он повел Кэтрин вверх по мраморной лестнице. Ее движения были скованны, и Берк вспомнил, что то же было и с ним в период выздоровления. На верхней площадке она остановилась.

В полутьме ее глаза блестели как драгоценные камни.

– Ты выполнил свои обязанности. А теперь иди и помирись с отцом.

Берк почувствовал, как тяжесть навалилась на его грудь.

– Избавь меня от такого наказания. Он все равно уедет.

Кэтрин была так измучена, что больше не отказывалась от его помощи. И он повел ее по полутемному коридору. Их шаги гулко раздавались в тишине.

Она свела брови, словно раздумывая над какой-то задачей.

– Возможно, если бы вы поговорили как взрослые люди, а не рычали друг на друга, то могли бы прийти к согласию. Разве не видишь, что вы причиняете друг другу боль.

– Мне нечего сказать этому образцу самодовольства.

– Ты умеешь оскорблять.

– Научился словесным битвам еще в детстве.

– Я ужаснулась, когда ты стал угрожать родному отцу. – Кэтрин покачала головой. – Ничего удивительного, что вы не можете поладить. Ни один из вас даже и не пытается.

Хоть стыд и пробудился в душе, Берк отверг ее обвинения.

– Я должен раскрыть ему свои объятия? Позволить командовать мной как мальчишкой? Когда мне исполнилось семь, я уже знал, что надо или сражаться, или умереть.

Кэтрин заставила Гришема замолчать, приложив палец к его губам.

– Я не извиняю его за то, что в прошлом ты страдал. Но теперь ты мог бы попытаться протянуть ему руку. Ты когда-нибудь задумывался, как тебе повезло, что у тебя есть отец?

Искренность, звучавшая в ее голосе, взволновала Берка. Каково было Кэтрин так рано потерять родителей и оказаться в чужом доме, где приходилось работать ради куска хлеба? Он вырос, имея все – превосходное образование, большое наследство, прекрасное поместье.

И отца, который заклеймил сына как жалкого труса.

В душе Берка вновь разгорались давно угасшие бунтарские мысли.

– Я вполне мог бы быть сейчас покойником. За десять лет он ни разу не навестил меня.

У дверей своей комнаты Кэтрин заглянула Гришему в лицо.

– Ты тоже ни разу не приехал повидать его, не так ли? Может быть, он думал, ты не хочешь впускать его в свою жизнь.

– Нет никакого «может быть». Мы с ним как два барана, сцепившиеся рогами. Чем меньше я его вижу, тем лучше.

– Но он сейчас здесь. Это доказывает, что он любит тебя.

Берк ненавидел это болезненное ощущение пустоты. Он распахнул дверь и ввел Кэтрин в комнату.

– Поверь мне, он бы не приехал, если бы не его желание разрушить мой брак.