Неповторимая любовь - Шеннон Дрейк

— О, благодарю вас! Как я вам признательна за вашу доброту! А теперь… мне пора печь хлеб!

Сабрина сумела улыбнуться и помахать ей вслед, а затем направилась к дому. Открыв дверь, она сразу услышала, как на плите булькает рагу. Внезапно от аппетитного аромата Сабрину затошнило, и эта тошнота вновь напомнила ей о том, что она ждет ребенка. Она мечтала об этом ребенке, боялась поверить в свою удачу, но теперь ощущала лишь оцепенение. Ее предположения подтвердились именно в то время, когда она разуверилась в прочности своего брака и надежности мужа, которого успела полюбить.

Сабрина вошла в комнату. Слоан стоял, прислонившись к стене. Письма, которое он читал, нигде не было видно. Слоан молча потягивал виски. Закрывая дверь, Сабрина на миг повернулась к нему спиной.

— Где ты была? — спросил он. Сабрина оглянулась.

— Выходила прогуляться. Я услышала, что на поле затеяли игру в бейсбол, но успела только к завершению. Потом я поговорила с Либби и Джин. Либби сообщила, что Оти вернулся. Он обеспокоен неладами с Грантом, оттого что едва ли сумеет прокормить семью на армейское жалованье.

— Грант и коррупция существуют, и они берут свое, — пробормотал Слоан. — Либби каждый день приходится готовить еду на семерых членов семьи Кастера.

— Все дамы были в восторге от твоей игры. Они говорили, что ты продемонстрировал мастерский удар.

— Это правда.

— Жаль, что я его не видела.

— Я зашел домой сразу после возвращения, но ты спала.

— Вот как?

— Кстати, наш ужин замечательно пахнет. Он скоро будет готов?

— Скоро.

Сабрина вынула из буфета посуду и столовое серебро и накрыла на стол. Раскладывая салфетки, она почувствовала на себе пристальный взгляд Слоана.

— А где ты был после игры?

— После? — переспросил он.

— Да, после игры в бейсбол.

Слоан скрестил руки на груди, его глаза настороженно блеснули.

— Почему ты спрашиваешь?

Сабрина положила на стол сложенную салфетку и уставилась на него в упор.

— Потому что я видела, как ты вышел из дома Марлен.

— Ты выслеживала меня? — учтиво осведомился Слоан. — Шпионила за мной?

Сабрине показалось, будто к запалу внутри нее поднесли спичку.

— Шпионила? — прошипела она.

— Да, наблюдала, куда я пошел.

— Я случайно оказалась на плацу!

— О да, конечно, — холодно отозвался он. Сабрина не поняла, что прозвучало в этих словах: вызов или равнодушие. Она сняла кастрюлю с плиты и поставила ее на стол. Слоан подошел к столу и сел. Сабрина тоже села, храня напряженное молчание.

Слоан вздохнул, прищурился и объяснил:

— Марлен попросили передать мне письмо. Мы с ней выпили, вот и все.

Вот и все. Должно быть, это правда.

Но когда Слоан уходил, Марлен была полураздета.

Сабрина всеми силами старалась сохранить спокойствие. Устраивать сцену она не собиралась.

Но когда она зачерпнула половником рагу и положила его в тарелку Слоана, тарелка вдруг выпала из ее рук.

Мясо, картофель, морковь и густая подлива выплеснулись на стол. Слоан успел вскочить как раз вовремя, иначе горячее рагу пролилось бы ему на колени.

Он в ярости уставился на Сабрину, на лице которой отразился ужас: оба понимали, что случилось бы, если бы горячее месиво попало выше колен.

Борясь с паникой, переполняющей ее, Сабрина попыталась сохранить сдержанность.

— Прости, я не нарочно. — Не выдержав, она попятилась.

Он обошел вокруг стола. Сабрина напряглась.

Но Слоан прошел мимо, снял с крюка шляпу и надел ее.

— Ясно, — пробормотал он.

— Слоан, я…

Он вышел за дверь и с силой захлопнул ее за собой.

Вздрогнув, Сабрина рухнула на стул.

Неужели и вправду все случилось в одну минуту? Сабрина боялась разрыдаться. Чтобы удержать слезы, она вскочила и принялась убирать со стола остатки тщательно приготовленного рагу.

Этого занятия ей хватило почти на час.

Наконец в комнате вновь стало чисто. Сабрине не оставалось ничего другого, кроме как вышагивать из угла в угол.

Медленно тянулись часы. Миновала полночь. Сабрина подумывала сбежать к Скайлар, но понимала: никто не станет провожать ее, зная, что Слоан дома, и, кроме того, ей не хотелось уезжать. Она намеревалась остаться с ним.

Сабрина разделась, аккуратно сложила одежду и надела белую ночную рубашку. Забравшись под одеяло, она застыла в неподвижности.

Прошло еще несколько часов.

Наконец она услышала скрип двери. Некоторое время Слоан пробыл в кабинете, затем вошел в спальню.

Сабрина молча слушала, как он раздевается и ложится рядом. Слоан лежал неподвижно так долго, что Сабрина решила, что он уснул.

Но Слоан не спал. Наконец, потянувшись, он придвинул ее к себе, просунул ладонь под рубашку и поднял подол. Рывком Слоан прижал ее бедра к своим чреслам, поглаживая ягодицы.

— Я ждал, когда ты сама придешь ко мне, — тихо произнес он. — Но не дождался.

— Я уронила тарелку случайно, — выговорила Сабрина, — но… — Ее голос оборвался: прикосновения Слоана завораживали ее. — Будь ты проклят, Слоан! — тихо выпалила она, досадуя на то, что желание в ней вспыхнуло так стремительно и все мысли и протесты мгновенно улетучились из головы. — Слоан…

— Сабрина, ты моя жена. Мы женаты, и у нас будет семья.

— Слоан…

— Сабрина, у меня с ней ничего не было.

— Я видела, как она выглядывала из окна.

Он придвинул ее ближе, и Сабрина невольно напряглась. Она чувствовала, как его пальцы отводят в сторону волосы и губы касаются шеи.

— Я хочу тебя. Хочу иметь детей.

Он хотел детей! Сабрина была уверена: скоро его мечта осуществится, но молчала, охваченная сладким пламенем его ласк, радуясь только его близости.

Он предался любви, не скрывая страсти и жажды, переполнявших его во время каждой разлуки. Сабрина не могла бороться с безумными, сладкими ощущениями, которые он вызывал в ней, и не хотела отрицать, что наслаждается его ласками.

Когда буря страсти миновала, Сабрина поняла, что Слоан лежит, глядя в темноту. Ей показалось, будто их разделила пропасть.

Внезапно он легко поднялся и оделся, не зажигая света.

Сабрина поняла, что он уходит, хотела позвать его, но не решилась.

На пороге он помедлил и оглянулся.

— Я не солгал, — сообщил он.