Непридуманная сказка - Яна Перепечина

Утро выдалось светлое и тёплое, такое, каким и положено быть порядочному июльскому утру. Саша потянулась на их широченном семейном ложе и пошевелила пальцами рук и ног. Потом перекатилась ровнёхонько на середину кровати, приняв позу звезды, и негромко запела:

- И-и-и будем вместе лежа-а-ать, как две-е морские-е звезды-ы…

Больше слов она не знала, поэтому просто помурлыкала немного и счастливо засмеялась. В последние три месяца, прошедшие с той чудесной, невероятной, совершенно сказочной Пасхи, она вообще постоянно чувствовала себя неприлично счастливой. Такой счастливой, что даже дух захватывало: неужели это с ней, Александрой Катуниной, происходят такие расчудесные чудеса?

Снова засмеявшись, она потянулась за трубкой, потыкала в кнопки и, дождавшись ответа, повторила этот вопрос вслух:

- Скажи мне, Ангел, неужели это со мной, Александрой Катуниной, происходят такие расчудесные чудеса?

- О Господи, - простонала Ангелина Валдайцева, - я полночи не спала, у Полиночки зубы лезут, моя бедная девочка измучилась вся. Сань, если б ты знала, как мне её жалко. Не спит, сладенькая моя, жаркая такая, стонет. Я её на руках ношу и сама чуть от жалости не плачу…

- Ангел, - тихо позвала подругу Саша, - Ангел, ты поняла, что сейчас сказала?

- Что я, глупая, что ли? – обиженно зевнула Ангелина. – Конечно, поняла.

- Ничего ты не поняла, - засмеялась Саша, - а ведь ты мне только что призналась в любви к Поленьке…

Ангелина перестала зевать и замолчала, потом вдруг сдавленно прошептала:

- С ума сойти. Сань, Санечка, я ведь и вправду её люблю! Господи, спасибо, спасибо! Я наконец-то люблю свою дочь!

- Вот видишь, Ангел, а ты боялась… У тебя всё получилось. Ты смогла…

- Это не я, - совсем уж еле слышно пролепетала Ангелина, - просто я все эти месяцы только об этом и молилась. Чтобы Господь помог мне полюбить Полиночку. И вот… получилось…

- Ура, - улыбнулась Саша в трубку. – Ура.

Но Ангелина уже взяла себя в руки и преувеличенно бодро принялась ворчать:

- Короче, я до четырёх утра не спала, а тут ты, мой дорогой друг, со своими идиотскими вопросами в несусветную рань. Вот помяни моё слово, как только Полине Вадимовне полегчает, я обязательно вышью крестиком и повешу тебе в рамочке прямо в вашей спальне следующие слова: «Да, это ты Александра, заметь, уже месяц как ни какая не Катунина, а очень даже Эмерих, счастлива и любима». И поставлю три, нет, пять восклицательных знаков. Жирненьких таких, в глаза бросающихся. И собственноручно прибью это напоминание у тебя в изголовье четырьмя гвоздями. Поняла?!

- Ага, - блаженно улыбнулась Александра Эмерих, напрочь проигнорировав угрозу в голосе любимой подруги, - давай!

- Что давай?

- Вышивай. И прибивай.

- Ну ты нахалка, Эмерих!

- Я счастлива, Ангел! Я так счастлива!.. Ой, погоди, кто-то в дверь звонит!

- В половине девятого утра в субботу? – изумилась Ангелина.

- И не говори, сейчас всех моих перебудит, - хихикнула Саша, сев на кровати и нашаривая босой ступнёй тапку, - хотя, тётя Тоня с тётей Акой уже встали давно, небось… Ты погоди, трубку не клади, ладно?

- Ладно, ладно, - Ангелина широко зевнула и пристроила трубку на подушку, - я подожду, возвращайся скорее.

Пару минут из динамика было слышно какой-то невнятный шум, стук Сашиных тапок о паркет, звук открываемого замка. Видимо, Саша телефон взяла с собой. Потом Александра так громко и удивлённо сказала «Здравствуйте!», что Ангелина недовольно поморщилась и прикрыла трубку второй подушкой. Она никогда не подслушивала и сейчас не собиралась. Хотя, конечно, было интересно, кто это там явился к Эмерихам в такую рань.

Саша открыла дверь и недоумённо вскинула брови. На пороге стояла высокая красивая женщина, очень элегантная, очень ухоженная. «Бывают же такие красавицы», - молниеносно восхитилась Саша и улыбнулась:

- Здравствуйте.

- Здравствуйте, - кивнула женщина, не ответив на улыбку. Её голос показался Саше знакомым.