Игра - Эль Кеннеди

Кон качает головой.

– Он вчера ушел вместе с Андреа и до сих пор не вернулся. Остальные еще спят. А я хочу пойти покачаться. Пошли, поможешь мне.

– Конечно, не вопрос. – Я захожу внутрь и снимаю пальто и ботинки.

– Как прошла ночь? – спрашивает Конор с понимающей усмешкой.

«Невероятно», – хочу я сказать. Великолепно. Грандиозно. Умопомрачительно. Изумительно. Не хватит наречий, чтобы описать, насколько хорошо прошла эта ночь. Это был лучший секс в моей жизни, без вопросов.

Когда утром я проснулся и увидел в кровати голую Деми, такую милую, такую неотразимую, то опять не смог сдержаться. Я довел ее языком до оргазма, а потом она так мне подрочила, что у меня звезды посыпались из глаз. После того, как я кончил ей в руку, она подмигнула, поднесла палец ко рту и облизала его, и я чуть не кончил снова.

Эта девушка… невероятна. Великолепна. Грандиозна… ладно, прилагательных тоже не хватит. Она такая сексуальная, что меня привлекает в ней все. И все же, насколько сильно я хочу переспать с ней снова, настолько же сильно я на себя зол. Я пришел сюда, чтобы поговорить об этом с Мэттом, но, похоже, придется довольствоваться Конором.

Мы спускаемся в подвал, где у парней находится самодельный спортзал. Там ничего такого: беговая дорожка, скамья для жима, гребной тренажер и несколько гантелей и эспандеров. Конор направляется к скамье и стягивает футболку.

Со стоном он хлопает себя по каменному животу и говорит:

– У меня пивное брюхо, да? Мне кажется, я раздулся.

– Ты что, напрашиваешься на комплименты? Пресс у тебя тверже, чем задница гимнаста, – ворчу я, помогая ему с весом. Я изгибаю бровь, когда вижу, сколько он поднимает. – Сорок пять килограммов? Лентяй, – дразню я.

– Похмелье, – кряхтит он. – Не буду торопиться.

Я хихикаю.

– Какое еще похмелье? Я же выпил весь твой виски.

– Я открыл еще одну бутылку, когда ты ушел, – говорит он с усмешкой. – Не спал до трех и пил с одной очень горячей рыженькой.

– Ага, конечно же, вы только пили, и все.

– Ну, нет. Я трахнулся, есессна.

Я закатываю глаза.

– Есессна.

Я не удивлен, что он от поцелуев с моей девочкой перешел к перепиху с другой. И вряд ли так он хотел успокоить свое уязвленное самолюбие: самолюбие Кона может выдержать прямой удар ракеты. Если он перепихнулся с кем-то, то только из-за того, что был возбужден после поцелуев с Деми, а не потому, что ему нужен был заряд уверенности после того, как Деми ушла со мной.

– А что насчет тебя, капитан? – спрашивает он.

Я прикидываюсь дураком.

– А что насчет меня?

– Ты так и не ответил, как прошла ночь. Только я потрахался? – Он ложится на скамью и поднимает ладони, чтобы я мог опустить на них штангу.

Когда я не отвечаю, Конор хохочет.

– Ну же, чувак, это не вопрос с подвохом.

– Ладно. Я потрахался, – признаю я.

– Шок! Вот уж не думал!

– Иди на хрен, – вздыхаю я.

Он поднимает бровь.

– Почему так сердито? Ты кончил слишком быстро из-за своего воздержания? Или секс в целом был плохой? – Он хмурится. – Это странно, потому что мне показалось, что с ней прикольно. – Когда он поднимает и опускает штангу, все мышцы на его руках напрягаются и изгибаются.

– С ней правда прикольно. И секс был прекрасным, – попросту говорю я.

– Тогда почему ты такой злой?

Я печально на него смотрю.

– Потому что я нарушил клятву.

– На хрен клятву.

– Я хотел ее придерживаться, – устало говорю я. – Тебя не было в прошлом году. Из-за моих тусовок мы в прошлом году не победили Гарвард.

Конор закатывает глаза.

– Если ты правда так считаешь, то ты высокомерный засранец. Один игрок – не команда.

– Не один игрок, а двое. Нашего капитана тоже удалили. Мы с Нейтом были лучшими игроками команды.

– Ну, всякая хрень случается. У некоторых команд выбывают из-за травм трое, четверо, пятеро лучших игроков. Это просто невезение.

– Может быть. – Меня это не убедило. Я издаю еще один вздох. – Просто в этом году я хотел быть хорошим капитаном.

– Чувак, ты хороший капитан. Посмотри, какую хрень ты терпишь. Баки и Джесс хотели свинью, и ты выставил себя полным идиотом перед тренером, чтобы они ее получили. Сделай себе поблажку.

– Ты так говоришь, потому что всем делаешь поблажки. Ты серфер, вся твоя жизнь – это поблажки.

Он смеется, и на секунду это сбивает его ровное дыхание. Он глубоко вдыхает и снова начинает качаться. Когда он заканчивает подход, я ставлю гриф на место и даю ему секунду отдышаться.

– Просто я боюсь, что подведу всех нас к чертям, – признаюсь я. – Я боюсь, что теперь мы начнем проигрывать.

– Тебе правда надо расслабиться, чувак. – Интонация Кона становится серьезной. – Слушай, Деми классная. Мне она нравится.

Я щурю глаза.

Это опять вызывает смех.

– Не в том смысле. То есть, пойми меня правильно, если бы не ты, то я бы от нее не отставал. Но… во-первых, есть ты. А во-вторых, мне не нужны отношения.

– Прошлой ночью я тоже там был, – мрачно говорю я.

Кон, судя по виду, пытается не закатить опять глаза.

– Ты правда думаешь, что я бы приставал к твоей девушке?

– Ты приставал к моей девушке.

– Да, чтобы поджечь тебе задницу, идиот.

Я замолкаю.

– То есть?

– Я никогда не собирался это делать. И она тоже. – Конор хмыкает, растягиваясь на скамье и показывая мне, что ему опять надо помочь. – Я удивлен, что ты до такого все довел. Мы с ней решили, что немного пофлиртуем, и все. Мы не думали, что мне придется засунуть язык ей в горло, чтобы до тебя наконец дошло.

– Вы все спланировали? – Я взбешен, но одновременно еще и… тронут? Да, мне кажется, я на самом деле тронут. Но, наверно, это объяснимо после того, что случилось с Саммер и Фитци. Я сказал Фитцу, что запал на Саммер, а он все равно стал к ней подкатывать. Это какое-то облегчение – знать, что Конор так со мной не поступит.

– Как я уже сказал, Деми очень классная, – говорит мне он. – Такие девушки не часто встречаются, поэтому, поверь мне, ты должен за нее держаться. Иначе ты ее потеряешь. Она в мгновение ока снова обзаведется парнем, и потом ты будешь вспоминать и осознавать, каким же тупицей ты был, что дал ей уйти.

Я терплю примерно шесть часов, а потом не выдерживаю и шлю Деми сообщение.

Я: Хочешь сегодня встретиться?