Секс и тщеславие - Кевин Кван

Саутгемптон

Мэриан, Фредди, Люси, Шарлотта, члены комитета по сбору средств, а также весь персонал и волонтеры приюта Фонда спасения животных Лонг-Айленда выстроились у входа во внутренний двор впечатляющего поместья с конюшнями. Оно располагалось на площади тридцать акров на берегу океана в Саутгемптоне. Ровно без двадцати шесть от величественных ворот на длинную гравийную дорогу вывернул «шевроле-субурбан», и когда он остановился у дверей главного дома, с водительского сиденья в образе деловитой деревенской девушки появилась Корнелия Гест (школа «Грин-Вэйл» / Фокскрофт / Уитли / Детская профессиональная школа), в выцветшей желтой футболке, шортах «Лилли Пулитцер», шлепанцах и кардигане, небрежно накинутом на плечи. Она обошла внедорожник и открыла заднюю дверь, откуда высыпала целая свора собак: здоровенный немецкий дог, такой же огромный ньюфаундленд, пиренейская горная собака, джек-рассел, вест-хайленд-уайт-терьер, чихуа-хуа, две шавки неопределенной породы, спасенные от усыпления. А еще любознательная черная утка в количестве одна штука.

— Я решила, что будет круто привезти мою банду! — крикнула Корнелия.

Все ахнули при виде восхитительного зверинца, а дама из правления, которая так щедро предложила для проведения мероприятия свою собственность стоимостью в сто миллионов долларов, и Мэриан, одетая в пурпурное ципао^[129], доставшееся ей по наследству, подошли, чтобы поприветствовать ВИП-гостью.

— Госпожа Гест, для меня большая честь видеть вас здесь. Сегодня наше скромное мероприятие стало самым популярным в городе из-за вас, билеты разлетаются, как горячие пирожки. Не знаю, как отблагодарить вас за помощь! — проворковала Мэриан.

— Ой, о чем речь. Это все ваша заслуга, я лишь приехала на вечеринку. Я безумно рада, что помогаю в таком благородном деле.

— Могу я поинтересоваться, а что тут делает утка? — спросила Мэриан.

— Это Лаки. Он считает себя псом и везде ездит вместе с остальными. Где я могу переодеться? — Корнелия достала багаж из машины.

Фредди в новом элегантном льняном блейзере «Этро» с бамбуковым принтом и льняных брюках в тон сделал шаг вперед.

— Позвольте мне помочь вам с вещами.

— Ты тот милашка, что раскрутил меня на участие в гала-концерте? — спросила Корнелия, передавая ему свои сумки.

— А то!

— Да, это мой сын Фредерик, а вот моя дочь Люси, — сказала Мэриан.

Люси в розовом драпированном коктейльном платье от Александра Вотье, стянутом на талии черным атласным бантом, вышла вперед и с легким благоговением пожала Корнелии руку.

— Какая вы великолепная семья! — промурлыкала Корнелия, а потом ее увели наверх в комнату для гостей, чтобы она приготовилась к выходу.

В половине седьмого вечеринка была в самом разгаре. В этом году Мэриан выбрала китайскую тему, и гости в праздничных летних нарядах бродили по ухоженной территории в лучах предзакатного солнца, потягивая коктейли «Май тай» и жуя восхитительные димсамы. Центральный двор превратили в сказочную страну ледяных скульптур, доставленных прямо из Харбина. Массивные павильоны, вырезанные изо льда и подсвеченные разными цветами, привезли самолетом непосредственно к мероприятию силами Изабель и Дольфи де Векки, которые, к сожалению, не смогли присутствовать на гала-концерте, так как проводили время вдвоем на озере Титикака.

Между тем высокие композиции из редких цветов, заключенных в глыбы льда японским художником Макото Адзумой, таяли в лучах вечернего солнца. Несмотря на потрясающий декор, больше всего публику привлекали, конечно же, животные, спасенные от жестокого обращения, и каждое из них было продемонстрировано в одной из роскошных конюшен — это были ультрасовременные конюшни с климат-контролем и собственной люстрой. Все хохотали над очаровательными собаками, кошками и даже несколькими миниатюрными лошадьми, пытаясь решить, кого из них взять под опеку и за кого сделать ставку на благотворительном аукционе позже вечером. Менее чем за полчаса Корнелия превратилась из деревенской простушки в икону стиля. Она вышла в центральный двор в мерцающем серебряном платье с открытыми плечами от Оскара де ла Рента и оживленно болтала с гостями, пока китайские музыканты в шикарных белых шелковых смокингах исполняли шанхайский джаз 1930-х годов.

Люси подошла к Корнелии и робко протянула ей бокал:

— Думаю, вам не помешает один из фирменных коктейлей. Вы непрерывно общались со многими людьми…

— Как мило с твоей стороны. Благодарю!

— Насколько я понимаю, вы дружили с Энди Уорхолом? — начала Люси немного испуганно, зная, что среди друзей Корнелии также числились Кит Харинг и Жан-Мишель Баския.

— Да, он был очень мил со мной.

— Надеюсь, вас не покоробит следующий мой вопрос… просто я посещала ретроспективу Уорхола в Музее Уитни и не могла не заметить, что из всех культовых портретов знаменитостей, сделанных им на шелкографии, ваш был самым лучшим. И он был… э-э-э… немного откровенным, — деликатно добавила Люси.