Без лишних слов - Кэрри Лонсдейл

Тридцать лет назад

Шарлотта бежала так быстро, как позволяло ее состояние, поддерживая выпирающий живот. Через свой двор… через два соседних. Квартал был новый, и пустых участков хватало. Со временем их все займут построенные по индивидуальным заказам дома с огромными, от потолка до пола, окнами с видом на Тихий океан и залив Морро. Сегодня под безлунным небом пусто и темно. В темноте опасность. Один неверный шаг – и можно упасть. Вывихнуть лодыжку или, того хуже, потерять ребенка.

Он стоял по колено в воде точно в том месте, что было указано в записке, оставленной на холодильнике. Ревущий океан изрыгал запах соли и тухлой рыбы. Волны бились о его ноги, бросали на спину пену.

– Что ты делаешь? – закричала она, перекрывая гнев океана.

Что-то трепыхалось у него под ногами, и когда вода отступила, Шарлотта увидела, что одной ногой он попирает камень. Или рыбу? Во всяком случае, это что-то билось, как большой тюлень.

– Даю урок нашему соседу. – Дуайт ухватил трепыхающееся нечто, приподнял, и Шарлотта увидела промокшего и избитого, хватающего ртом воздух Бентона Сент-Джона. Он моргнул одним глазом. Другой распух и не открывался. Вода капала с ресниц, с рассеченной губы стекала на подбородок кровь. Дуайт бил соперника, не сняв с пальца масонский перстень.

– Помоги, – прохрипел Бентон. Похоже, он уже нахватался соленой воды, которая могла убить так же верно, как и Дуайт.

– Подумай, что ты делаешь, – обратилась она к мужу. – Подумай, как это отразится на нас всех. На твоей кампании. Он же школьный учитель. Его исчезновение не останется незамеченным.

– Подумай, как это отразится на мне. – Дуайт указал на ее живот. – Я же избираюсь в конгресс и не могу позволить себе такой скандал. – Дуайт имел виды на Капитолий и даже на Белый дом. Все будут смотреть на них, идеальную пару, с двумя темноволосыми, зеленоглазыми детьми, мальчиком и девочкой.

Но Шарлотта оступилась, забеременела и все испортила. После рождения Лукаса Дуайту сделали вазектомию, а Бентон не спал с другой женщиной после женитьбы на Джине, которая пользовалась контрацептивами. Спеша утолить голод, они позабыли о такой мелочи, как презерватив. Дуайт не сомневался, что люди узнают, чей это ребенок, когда он – или она – станет больше походить на одного из соседей, чем на него самого. Золотисто-каштановые волосы Бентона скажут все за себя.

– Как ты узнал, что это он? – Шарлотта взглянула на Бентона, все еще пытающегося освободиться. Но Дуайт держал его мертвой хваткой.

– Благодаря нашей маленькой принцессе.

– Оливии?

– Она все мне рассказывает. Обо всех, кого ты принимаешь в квартире над гаражом. Ты ради них стрижешь свою лужайку? – усмехнулся он.

Шарлотта нахмурилась. Проклятие. Надо было подкупить детей, чтобы помалкивали.

– Бентон сам себя выдал. Очень уж ему хотелось узнать о ребенке в животике.

Сделать аборт Шарлотта отказалась. Не смогла убить своего сына или дочь.

– Можно подумать, ты ни с кем не спишь, когда уезжаешь по делам, – бросила она.

– Но я не сую свои грешки тебе под нос. – Он снова нацелил палец на ее живот. Шел уже четвертый месяц. Этот ребенок был у нее третьим, и она напоминала арбуз. Не хватало только родить двойню. Черт бы тебя побрал, Бентон. Надо бы спросить, есть ли близнецы у него в семье.

– Неужели? Я стираю твою одежду. Я нюхаю их духи. Вижу их помаду на твоих рубашках. Сколько их было у тебя, а? Мы с Бентоном переспали один только раз. Один!