Красивый. Богатый. Женатый - Алина Ланская

— У нас очень классно. — Швецова первой заходит в лифт, который на удивление не только быстро пришел, но и оказался пустым. — Может, задержитесь?

Наступаю Наташке на ногу — не слишком ли она гостеприимна. Но парни реагируют спокойно.

— У нас график выступлений, все расписано на месяц вперед, — извиняющимся тоном произносит Антон, и я верю, что ему и правда жаль. — Мы приехали.

Выхожу из лифта первой и тут же застываю на месте. Сердце рвется из груди, больше никакого тепла, хотя Антон уже рядом. Меня бросает в ледяной холод, а через секунду я уже горю изнутри.

Все летит к чертям. Мое самоуспокоение, обещание себе выкинуть из головы все сожаления и справиться с болью в душе. Целая неделя жизни коту под хвост.

Дымов. Он стоит в паре метров от нас и внимательно, но недобро смотрит на меня. То есть на всю нашу компанию.

— Здрасьте! — излишне громко приветствует его Швецова. Парни недоуменно поглядывают то на Наташку, то на Дымова, а потом коротко кивают.

— Добрый день. — Его голос, как всегда, спокоен и холоден. Меня зло берет от его невозмутимости. Я тут еле стою, меня всю раздирает изнутри, а он… Как обычно, безукоризненный в своей черной водолазке и джинсах. Выглядит как с картинки! Ночами, поди, спит крепко, в отличие от меня!

— Антон. — Поворачиваюсь к гимнасту и касаюсь его руки. — Так ты говорил, здесь виды красивые… а где сам бассейн?

— Сюда направо раздевалки, вход через них для клиентов, — охотно рассказывает парень, явно не учуяв никакого подвоха. — Но мы можем подняться по лестнице и посмотреть сверху на бассейн.

Слушаю вполуха, до меня доходит, что я даже не поздоровалась с Дымовым. Так разозлилась и на себя, и на него, что про элементарную вежливость забыла.

— Э… ага, спасибо, Антон, а… — И захлопываю рот, потому что сказать нейтральное «здравствуйте» Дымову я не успеваю. Его только что под руку взял и увел какой-то дородный мужчина в деловом костюме. Что вообще происходит, почему Дима здесь и…

— Петра, так мы идем? — терпеливо спрашивает Антон. От звука его голоса, когда рядом нет Дымова, становится теплее, определенно у парня совершенно особенная энергетика. А я лишь сейчас замечаю, что по-прежнему держу своего нового знакомого за руку, а он ее так и не освободил.

— Конечно! — Первой бросаюсь к лестнице. — А какая у него длина?

Но если вдруг Дымов решит ходить сюда плавать, то ноги моей здесь не будет!

Впрочем, в ближайшие две недели он точно не появится — Дым улетел в Штаты до середины сентября. Можно не опасаться снова нарваться на него где-нибудь в коридоре. Ничто и никто не отвлекает от работы, и очень вовремя. Я это почувствовала по тому, как сильно возрос темп работы с приходом осени.

У Дениса новая ассистентка — симпатичная, но молчаливая блондинка Светлана. Ей под тридцать, у нее обручальное кольцо на пальце. Она как-то сразу дала понять всему нашему «закутку», что делиться личным не будет, сплетни за обедом слушать тоже не станет. Так что если мы с ней вдвоем ходим обедать, то болтаем просто «за жизнь». Со своим дорогим «шкафом» я ее еще не познакомила. Пока Дымов в командировке, Юра рулит для финдиректора Ханова, у которого заболел водитель, но это не мешает нам время от времени вместе секретничать и просто радоваться нашей странной дружбе.

Антон уехал в Белгород в тот же день, когда мы познакомились. Хороший парень, я с теплотой вспоминаю нашу встречу. Жаль, что, едва мы посмотрели бассейн, ребятам позвонили и им пришлось уйти. Но мой номер Антон все-таки взял. Чисто по-приятельски. Швецова, правда, завела глаза под потолок, когда он вечером прислал мне фотку с нашего вокзала.

«Почему не может быть все просто? Встретились, понравились друг другу, влюбились и поженились? Почему у нас вечный геморрой?!»

Вопрос, конечно, риторический, но легче все равно не становится. А тут еще на работе завал — как грибы после дождя повылезали спортивные турниры и конкурсы, которые почему-то не были учтены в плане.

— Такое бывает, — говорит Кораблев, когда я показываю ему поздно вечером обновленный план на октябрь и ноябрь. — Увидишь, еще многое может поменяться. Как тебе работается со Светой?

— Замечательно! — отвечаю совершенно искренне и прибавляю: — Намного лучше, чем с Юлей, если честно. Света очень помогает со звонками организаторам, мы справляемся.

— Что по Лондону? Петра, я могу снять с тебя эту допнагрузку — отпуска закончились, так что все в строю и тебе необязательно помогать с конференцией.

— По Лондону все хорошо, но если заберешь, то не расстроюсь. А можно задать немного личный вопрос?

Мы одни в его кабинете, на этаже если кто еще и остался, то человека два-три. Вряд ли кто-то нам может помешать, ну разве что уборщица придет.

— Конечно! — Денис спокойно кивает. — Что-то случилось?

— Ничего… Я хотела спросить тебя про… Ирину. Вы давно ведь с ней знакомы, как я поняла.

— Ира уехала из города, — без улыбки отвечает Кораблев. — И я думаю, ты понимаешь почему.

— Почему? — переспрашиваю на автомате.

Вообще-то, я хотела спросить, насколько вообще можно доверять словам этой женщины. Кое-что в ее монологе меня задело, вот и хотела прояснить. А тут выясняется, что ее нет больше рядом.

Денис смотрит на меня в упор и молчит.

— Из-за меня? — Недоверчиво смотрю на сосредоточенное лицо начальника. — Из-за… Глеба?

— Никогда не думал, что она решится на такую глупость — связаться с этим кретином. Диме давно надо было гнать его взашей, глядишь, и не лежал бы парень сейчас с переломами.

— С чем? — Мне показалось, что я ослышалась. — С переломами? А что с ним случилось?

Денис Кораблев, мой чудесный и мудрый шеф, выглядит сейчас как школьник, который случайно проболтался, что весь класс списал последнюю контрольную.

— Глеба избили? — мягко спрашиваю. Кораблев не «шкаф», его наскоком не возьмешь. — Кто? Дымов?

— Забудь, что я сказал, — так же мягко отвечает Денис. — Что ты хотела спросить про Ирину?

— Уже ничего… то есть…  

Кораблев — сильный противник, стоит мне сейчас сделать один неверный шаг, и он закроется, а я ничего не узнаю. Боже, как же просто было, когда я думала, что раз Дымов женат, то меня больше ничего не волнует и не интересует! Почему жизнь такая сложная?!

— Ты ведь знаешь, что произошло в «Зодиаке». — Каждое мое слово сродни шагу сапера. — Я бы сама Глеба на атомы разложила, доберись я до него. Но за меня это Дмитрий сделал, верно?

Молчит партизан. Ну хоть из кабинета не гонит. Ладно, крепкий орешек, есть и у тебя мягкие места.

— Те ребята, которые меня забрали, — они же непростые совсем. Я переживаю, как бы у Дымова не было проблем из-за меня.

Честно говоря, это правда. Я тут такого начиталась про владельца этого «Зодиака», что страшно становится.