Любить Джейсона Торна - Элла Мейз

Когда Олив внезапно остановилась, я оглянулся на нее.

– Что случилось? – спросил я, когда она дернула свою руку и начала размахивать ею перед лицом. – Олив, что ты делаешь?

– Это пчела? – пропищала она, стремительно пятясь назад.

– Наверное. А что? Что случилось?

– О, боже, там еще! – закричала она, запрыгнув на ближайшую скамейку.

Несколько человек остановились и начали наблюдать за ней, пытаясь понять, из-за чего вся эта суматоха.

Я подбежал к ней.

– Олив. Перестань прыгать, ты упадешь и свернешь себе шею.

– Джейсон! Джейсон, ты должен помочь мне!

Было всего две пчелы, но они были очень настырными.

– Малышка, – сказал я, смеясь, – прекрати размахивать руками и прыгать, если не хочешь, чтобы они ужалили тебя.

– Они преследуют меня! Убери их от меня, пожалуйста.

– Хорошо. – Я тяжело вздохнул и подхватил ее под колени. Не раздумывая, она прыгнула в мои объятия и обняла, спрятав лицо в изгибе моей шеи.

Она захныкала, и я едва сдержал смех.

– Не знал, что ты боишься пчел, Олив.

– Они улетели? – прошептала она мне в шею. Я едва разобрал ее слова.

– Вообще-то они все еще здесь, но я не позволю им добраться до тебя, не переживай. Никто не заберет тебя у меня, даже эти злые пчелы.

Она застонала, но ее хватка ослабилась.

– Не смейся надо мной. Меня никогда не жалила пчела, поэтому если они ужалят меня, я могу умереть через несколько минут!

В этот раз я не смог сдержаться. Я рассмеялся, крепче обнимая ее за талию, чтобы не уронить. Почувствовав на себе взгляды, я обернулся и увидел, что несколько человек записывают все происходящее на телефоны.

Великолепно. Еще больший резонанс в прессе это именно то, что нам нужно.

– У меня, вероятно, аллергия. Вот почему они пытаются добраться до меня. Они улетели? Если нет, помаши руками, чтобы они не приближались к нам. – Олив не обращала внимания на то, что происходит вокруг нас, и я попытался выполнить ее просьбу, зная, что она не захочет, чтобы ее снимали, пока она вот так вцепилась в меня. Хотя мне понравилось. Если они сняли это, сфотографировали… Ну и что? Она моя жена, в конце концов.

– Уверен, если я начну махать руками, это разозлит их еще больше, и затем они украдут тебя у меня.

Она слегка ударила меня по плечу и пробормотала:

– Я же сказала: не смейся надо мной. Я серьезно.

Я шлепнул ее по заднице и улыбнулся.

– Знаю, малышка. Все в порядке, мы почти в трейлере. Я спасу тебя.

– Мы поедем в больницу?

– Олив, они даже не тронули тебя, дорогая.

– А если одна из них у меня в волосах? Если меня ужалят в голову, я умру за несколько секунд!

Ее нос щекотал мою шею, но затем я почувствовал кое-что другое.

– Олив?

– Да.

– Ты только что меня понюхала?

Ее тело снова напряглось.

– Нет. Нет. Я шмыгнула носом. Проверяла, не заплачу ли. Знаешь, подготавливаю себя на всякий случай.

– Вижу.

Сотрясаясь от смеха, я открыл дверь нашего трейлера и занес свою жену внутрь. Направившись к дивану, я осторожно положил Олив на него и с улыбкой посмотрел на нее.

Она действительно выглядела испуганной. Убрав челку с ее глаз, я сказал:

– Не двигайся, красавица.

Прежде чем я сумел высвободиться из ее объятий, ее рука коснулась моей ямочки на щеке. Наклонив голову, я поцеловал ее палец и направился в ванную почистить зубы. Я целовал Линдси, вернее Эви в общей сложности раз двадцать. Я не хочу ощущать ее вкус во рту. Дело не в том, что Линдси не была в этом профи, я просто хочу снова ощутить вкус Олив.

Покончив с умыванием, я вновь навис над Олив и потянулся к ее губам. Она ничего не сказала о съемках, и хотя мне было любопытно услышать ее мнение о сценах, поцелуи с ней были для меня важнее.

Приоткрыв ее губы, я скользнул языком в ее рот и осторожно наклонил ее голову назад, чтобы углубить поцелуй. Не знаю, как долго целовал ее, наслаждаясь этим, запоминая ее аромат, но когда я скользнул членом по ее промежности, ее тихий стон проник сквозь мое затуманенное сознание.

Закончив поцелуй, я прижался к ней лбом и прислушался к ее тяжелому дыханию.

– Что думаешь? – спросил я хриплым голосом, когда пришел в себя.

– Ты был великолепен, – прошептала она, сияя.

Я удивленно спросил:

– А Линдси?

Она весело улыбнулась.

– Я вполне спокойно воспринимаю Эви, у которой роман с Айзеком. Но наблюдать за всем этим в реальной жизни… Смотреть на все эти поцелуи та-а-а-а-к много раз и с различных ракурсов? Не уверена, как именно отношусь к этому.

Я рассмеялся и снова поцеловал ее.

– Вот почему мне безумно хотелось вернуть тебя сюда. Предпочитаю целовать автора.

– Как именно все это работает? Как ты можешь не чувствовать к ней ничего, а потом вживаться в роль и целовать ее так?

– Как… так?

– Как будто ты хотел проглотить ее?

– Я хочу проглотить тебя, Олив. Можно?

– Я серьезно.

– Малышка, в тех поцелуях не было ничего интимного. Разве ты не видела, сколько раз нам пришлось останавливаться, чтобы режиссера устроил угол обзора и освещение? В тот момент целовались Айзек и Эви, а не Линдси и Джейсон. А прямо сейчас я, Джейсон, безумно хочу целовать малышку Олив, – пробормотал я ей на ухо и проложил по ее шее дорожку из коротких поцелуев.

Выгнув шею, чтобы получить еще больше ласки, она приподняла бедра. Я застонал и опустил ее бедра обратно на диван.

– Боюсь, если мы начнем, я не смогу вернуться на съемочную площадку.

Игнорируя мое предупреждение, она притянула меня к себе за шею и страстно поцеловала.

Когда кто-то забарабанил в дверь, я уже трахал ее через одежду. Я отстранился от ее губ и зарычал на того, кто бы ни был у двери.

– Начинаем съемку в десять, Джейсон! – закричал кто-то снаружи. Вроде бы это был ассистент режиссера.

Я уткнулся головой в плечо Олив.

– Буду через минуту.

Наблюдать за тем, как быстро вздымается ее грудь, доставило мне огромное удовольствие. У нее перехватило дыхание из-за меня!

Приподнявшись на руках, я посмотрел на ее раскрасневшееся лицо. Ее глаза раскрылись еще шире.

– Люблю этот взгляд, Олив! – сказал я, испытывая одновременно целую гамму чувств.

– Какой взгляд? – спросила она, затаив дыхание.

– Этот взгляд, который так