Поцелуй феи. Книга1. Часть2 - Иван Сирфидов

– Спасибо, добрые святые отцы, – подбадривающе улыбнулась Лала. – Мне лестно. Но драться всё же некрасиво. Особенно служителям богов. Вы ж не мальчишки.

– Ещё раз просим нас простить, – вздохнул жрец солнца, тоже улыбнувшись.

Тем временем отец Тай осторожно вылез из-за идола Бога Небо, приблизился к Лале и Руну.

– Святые отцы, почему вас здесь так много? – мягким тоном поинтересовалась Лала. – Неужто это нужно для обряда?

– Здравствуйте, госпожа, – произнёс отец Тай. – Нет, достаточно одного жреца. Святые старцы и наиболее просвещённые учёные мужи из местной обители, заслышав о вашем желании подвергнутся обряду очищения, настоятельно вызвались помочь, дабы провести его безупречно и безошибочно.

– Доброе утро, отче, – поприветствовала его Лала. – Я понимаю, что всем хочется оказать помощь фее. Но и вы меня поймите, добрые святые люди. Общение с богами, это интимно. Я пришла к ним, а не на смотрины. Я хочу немножко уединения. Давайте, здесь останется отец Тай и ещё кто-то один, кто наиболее умел в проведении обряда. А остальные всё же удалятся. Прошу вас, не обижайтесь.

– Ваше слово для нас закон, госпожа, – смиренно заявил жрец солнца.

– Только уж пожалуйста, выясняйте, кто наиболее умелый из вас, без… кулачных диспутов, – мило разулыбалась Лала.

Жрецы ответили ей негромким нестройным смехом, стараясь показать, что оценили шутку.

– Думаю, отец Геон самый лучший в проведении обряда очищения, – высказал своё мнение жрец солнца.

– Воистину так, – кивнул стоящий поблизости от него жрец неба.

Остальные одобрительно завторили:

– Пусть будет Геон.

– Геон хорош.

– С его трактовками я не согласен. Но боги благоволят ему. Пусть будет он.

– Значит, решено, – подытожил жрец солнца.

– Благодарю вас, братья мои, за доверие, – отозвался священнослужитель в обряднике жреца южных звёзд, на вид наиболее молодой из собравшихся, совсем без седины в бороде и на голове, высокий, худощавый, черноволосый, с умными внимательными глазами, впрочем, один из которых легкомысленно обрамлял смачный синяк. – Я приложу всю веру, все силы и всё старание, чтоб боги снизошли до феи и ниспослали ей благодать.

Жрецы сотворили над ним знак благословения. Затем над Лалой тоже.

– Чтож, мы пожалуй удалимся, госпожа, – обратился к ней жрец солнца. – Простите нас за недостойное зрелище, которое вам довелось увидеть. Сие от рвения лишь в жажде вам помочь, переусердствовали.

– До свидания, добрые святые отцы, – ответствовала она тепло. – Была рада встретить вас. Я не помыслю о вас дурно ни за что, усердие бывает и чрезмерным, я это понимаю, и ценю, ведь вы ради меня старались. Не обижайтесь, пожалуйста, что попросила вас меня оставить. Если позволите, возможно, когда-нибудь обитель вашу навещу.

– Визит ваш был бы честью нам огромной. Но лучше воздержитесь, госпожа, – учтиво попросил жрец солнца.

Лала с удивлением посмотрела на него.

– Поймите, – продолжил он чуть с юмором, – немало наших братьев подолгу не были в миру. Девиц не видели кто пять годов, кто десять, есть и поболе. Когда они узреют вас, столь распрекрасную, столь дивную собой, в подобном… очень смелом облаченьи. Боюсь, покой и сон утратят. И будут думать много о греховном. Помимо своей воли.

Лала разулыбалась.

– Действительно, – промолвила она мягко. – Я не подумала. Тогда прощайте, дорогие святые отцы. Быть может свидимся ещё когда-нибудь.

– Благословенны будьте, госпожа.

Жрецы снова сотворили в её сторону знаки благословенья и дружно потянулись к выходу. Вскоре дверь закрылась за последним, оставив в храме только Руна, Лалу, отца Тая и отца Геона. Наступила тишина. Лала выжидательно глядела на святых отцов, словно вопрошая «что дальше»? Отец Геон молчал, будто в забытьи, взирая на неё. Отец Тай имел озабоченный вид, переводя взгляд то на Лалу, то на коллегу.

– Думаю, вас надо представить друг другу, – заметил он наконец. – Госпожа моя, это отец Геон, монах обители местной. Учён, талантлив, уважаем, известен своим даром целителя. От рядовых обычных хворей он не лечит. С простудой и подагрой ни к нему. Но если хворь особая, такая, что непонятно в чём она, порой способен от неё избавить. А это, отец Геон, фея Лаланна, посланница другого мира, вершительница добрых чар. Часть из которых я и сам имел огромнейшее счастье наблюдать. И с ней поймавший её отрок Рун, её жених.

– Приятно познакомится, отче, – вежливо сказала Лала.

– Мне честь служить вам, госпожа, – взволнованно проговорил отец Геон. – Я… я в смятеньи полном, если честно. Все знают, в нашем мире множество чудес. Изобретательности неба нет предела. Но видя вас… О боже!

Он замолчал. Лала смотрела на него с доброй улыбкой, спокойно ожидая.

– Можно я на вас полюбуюсь хоть минуту? Дабы запечатлеть вас и сей момент нашей встречи навсегда в своём рассудке, – смущённо задал вопрос Геон с виноватым видом. – Когда начнётся обряд, мне придётся полностью сосредоточиться на нём, и вас уж я не очень буду замечать, госпожа. Мне станет не до лицезренья.

– Конечно, – мягко ответила Лала. – Любуйтесь, я всё понимаю.

Снова наступило молчанье. Отец Геон глядел на Лалу, поначалу с растерянным интересом, но постепенно на его лице всё более проявлялось выражение смеси радости, тоски и благоговения. Наконец он вздохнул:

– Спасибо, добрая госпожа. Я запомню нашу встречу навсегда. Так странно. Сидишь в обители годами, не помышляя даже и в мечтах увидеть чудеса. И вдруг судьба сама тебе устраивает встречу с волшебным существом из сказок. Чудны дела твои, Бог Небо.

– Быть может это вам награда за праведность, – предположил отец Тай.

– Спасибо, брат мой, но всё же есть много праведников гораздо достойнее меня, – скромно возразил Геон. – Чтож, приступим. Сейчас всё приготовлю. Минуточку.

Он отошёл к алтарному подиуму, достал из сумки, стоявшей там, верёвку ярко жёлтого цвета. Разложил её перед подиумом в фигуру, напоминающую круг, но не замкнутый до конца. Достал из сумки аккуратно свёрнутую расшитую золотом плащаницу, изобилующую узорами и изображениями рун, развернул, разложил внутри круга. Достал серебряную чашу треугольной формы, тоже поставил внутри круга. Достал миниатюрный изящный серебряный кинжал, положил рядом с чашей. Там же вскоре оказались два овальных гладко обточенных камушка из белого мрамора, совершенно одинаковые на вид, величиной с перепелиное яйцо, и квадратная тряпочка размером чуть более носового платка, подобно плащанице богато расшитая.

– Это всё святыни большие, – тихо поведал Лале отец Тай. – К примеру плащаница, ей уж за 80 лет, её святой древний старец Маэль освещал собственной кровью, к ней прикасались короли. И вот теперь она лежит в моём храме прямо на полу. Немыслимо! Я рад, что обратился