Императорский отбор, или Его строптивое счастье - Наталья Самсонова

«Если в трактире Мэгги всем заправляет сын Пойсона, то сама Мэгги мертва. Но отец хочет, чтобы я нашла ее не-внучку, значит… Мэгги Карпентер залегла на дно и притворяется собственной внучкой? Ничего не понимаю», Хестер тяжело вздохнула.

- Кажется, в этот раз отец переоценил мою осведомленность,- проворчала Хестер и, встав, перестелила постель. – Может и правда применить сонное заклятье?

Погасив светлячок, леди Аргеланд улеглась и укуталась в одеяло. Рядом уютно сопела волка и сон пришел сам собой, без всяких заклинаний.

Глава 12

Все тринадцатое архана Хестер думала о том, стоит ли идти на бал. Или просто стянуть с руки кольцо и, забрав волку, раствориться в ночи?

- Возможно, нам стоит поссориться,- сказала леди Аргленд после обеда, когда подруги шли к комнате.

- Думаешь?

- Я боюсь, что вокруг меня сгущаются малопонятные неприятности,- честно проговорила Хестер.

На что Милли хихикнула:

- Почему малопонятные?

- Потому что я не вижу ни одной причины для этого,- развела руками леди Аргеланд. – Но чувствую, что стала частью чьего-то нехорошего плана.

«И даже понимаю чьего», мысленно добавила Хестер. «Жаль, что я не догадалась спросить у отца, зачем к нам приезжал лорд Тайгерри-Элеарский».

- Папа всегда говорит, что каждый имеет две цены. Одну складывает сам, а вторую – другие,- задумчиво проговорила Милли. – Ты думаешь, что ты ценна одним, но кому-то, возможно, ты нужна по другой причине.

- М-м-м, то есть, я чего-то о себе не знаю, но он знает,- Хестер склонила голову на бок,- в этом что-то есть.

«И вероятнее всего это связано с моей силой. Той, что однажды приведет меня в монастырскую келью», Хестер прикусила губу.

- Не ищи меня после бала,- леди Аргеланд серьезно посмотрела на подругу.

- Кольцо тебя не выпустит. Одна из невест пыталась бежать, но не смогла пройти… А. Ты уже выходила,- Милли вздохнула,- ты уж совсем не пропадай, ладно?

- Обещаю,- серьезно ответила Хестер.

Подруги в молчании дошли до своих покоев, а после разошлись по комнатам. У них был для этого серьезный повод – все невесты получили в подарок по корзине с качественными кремами и притираниями. Так что до самого вечера подруги готовились блистать на балу.

Устроители отбора настолько вошли в положение невест, что ужин был подан в покои. И, что позабавило Хестер, к ужину прилагались флаконы с успокоительным зельем.

- Я выпью, наверное,- Милли прерывисто вздохнула,- подумать только куда меня привела судьба! На бал! На Императорский Бал! О боги, я не думала об этом, запрещала себе думать. Была уверена, что встречу своего истинного и покину отбор до бала, потому что… Потому что дочь купца на самом главном балу года!

Под конец Милида расплакалась:

- Что если я опозорюсь? То есть, я знаю, что я опозорюсь. Но что если это будет нечто совсем феерическое!

- Но мы с Вайолин будем рядом,- напомнила Хестер. – Втроем позориться не так страшно.

- Ты – леди.

- Я леди,- согласилась Хестер,- но из очень и очень далекого графства. И меня никогда никуда не вывозили. Так что все мои знания – теория.

«И я сама очень боюсь оступиться», мысленно проговорила леди Аргеланд, но вслух произнесла иное:

- Но я уверена, что мы со всем справимся.

После ужина подруги разошлись по комнатам и Хестер, с тяжелым вздохом, все же приняла успокоительное зелье. Перед этим она, правда, тщательно изучила восковую печать на крышечке флакончика и, вскрыв его, дала понюхать волке. Только после этого состав был употреблен.

- Спи, Конфетка. Тебе нужно набираться сил,- сонно проворчала леди Аргеланд и уснула раньше волки.

12.2

Утром Хестер едва смогла соскрести себя с постели. Привычная рутина – тренировка, пробежка с волкой и холодный душ взбодрили леди Аргеланд. И потому, до завтрака, она успела собрать все свои вещи в артфактную сумку. И, что самое смешное, обнаружила внутри несколько старых зачарованных платьев – пропустила, когда развешивала.

- Значит, так тому и быть,- хмыкнула она, оставляя один-единственный костюм.

Темное, сине-серое платье с круглым вырезом и белым жестким кружевом, к нему тканевое колье-ошейник со скромной камеей и перчатки. Камея была неоходима – в нее пряталась артефактная всевмещающая сумка.

Именно за эту пару Хестер получила свое кольцо Подмастерья Артефактора. Жаль лишь, что оно было именным и леди Аргеланд не могла торговать своими изделиями. Право скрывать имя было лишь у заслуженных Мастеров. Которые этим правом пользовались крайне редко!

«Хотя отца пригодилось», поправилась Хестер. «Иначе не могу представить, как бы мы выживали».

Поправив волосы, леди Аргеланд вышла из комнаты и столкнулась с бледной и встревоженной Милли:

- Я похудела!

- Поздравляю,- искренне улыбнулась Хестер, и тут же обеспокоенно уточнила,- ты же этого хотела?

- Но что если платье на мне повиснет?!

- Мерки снимали недавно,- покачала головой леди Аргеланд,- все будет в порядке.

Милли согласно кивнула и, окинув взглядом подругу, цокнула:

- Ты очень внушающе выглядишь.

- Внушающе? – удивилась Хестер.

А Милли, пощелкав пальцами, попыталась объяснить:

- Как деловая леди, или как мастер, например, Чар. Ну, не просто юная-леди-которая-находится-при-дворе. А как-то я не знаю… Внушающе.

- Профессионально, красиво, но кокетства,- спокойный голос госпожи Кадди Леар заставил вздрогнуть обеих подруг. – Мое восхищение, леди Мерех, это очень и очень достойный наряд.

- В нем я защищалась на Подмастерье,- Хестер подняла руку и кольцо на ее мизинце на секунду осветилось.

- Не так много женщин стали подмастерьями за последние годы,- декан Леар усмехнулась,- уточните свою дисциплину?

- Ни в коем случае,- отозвалась леди Аргеланд.

- Это правильно.

- А мне скажешь? – шепотом спросила Милли и, получив ответ, восхитилась,- правда?!

На завтраке все невесты выглядели очень бледно. Но хуже всех было леди Авинской – она требовала то воды, то нюхательных солей, то убрать цветы со стола, то вернуть их обратно. В общем, издевалась над окружающими, как могла.

- Говорят, она рыдала всю ночь,- поделилась Вайолин.

- С чего бы? – удивилась Милли. – Потерпеть всего-ничего осталось, вон сколько столов пустует!

А невест и правда стало вполовину меньше, что заставляло Хестер ежиться от нехорошего предчувствия.

- Я слышала только часть,- Вайолин подалась