Невероятные приключения Конана-варвара - Андрей Арсланович Мансуров

— В этом ты прав. — Конан невесело улыбнулся, — Но кое-что меня в нашей сделке не устраивает.

— И что же?

— Размер платы.

— То есть?

— То есть — одна горсть драгоценностей за сомнительное удовольствие провожать, а, скорее — тащить на плече упирающееся и визжащее существо женского пола, выслушивая оскорбления и угрозы — мало.

— Хм… Смотрю, у тебя уже имеется весьма правильное представление о предстоящей миссии… Но добавить могу только ещё одну горсть!

— Согласен. — Конан посчитал, что и так достаточно много выторговал за сравнительно простую, как ему сейчас представлялось, миссию, — Пусть будет две горсти.

Ну а сейчас давай их сюда, в суму, и показывай девушку.

Девушка

— Следуй за мной.

Чародей повернулся и двинулся тем же путём, что и пришёл сюда. Конан, не придумав ничего лучше, пожал плечами, и действительно двинулся следом за Никоссом, вскоре поравнявшись с ним. Чародей, казалось, ничего не имел против того, чтоб варвар шёл рядом. А Конан, помня предыдущие, не слишком приятные, встречи с магами, предпочитал руки чародея видеть всё время…

Они вышли в длинный коридор, затем повернули в поперечный, свернули ещё в один. Иногда по бокам попадались двери: явно тяжёлые, из толстых дубовых досок, окованные медными полосами. Здесь, возле каждой такой двери, как ни странно, в держаках по стенам имелись и горящие ослепительным, особенно после масляной коптилки, пламенем, почти не дававшим копоти, факелы. Конан, дунув на свою верную помощницу, спрятал её назад — в суму.

Вдруг на его глазах взамен выгоревшего факела откуда-то из глубины коридора, прилетел, и встал в держак, свежий, ярко горящий факел. Погасший улетел в конец коридора… Волшебство, будь оно неладно!

Конан хмыкнул. Никосс, тоже хмыкнув, сказал:

— Она — не видит в темноте, как я. То есть — не чародейка. Поэтому, чтоб её глаза не повредить, я и устраиваю здесь освещение. А у неё в камере — и вообще дневной свет.

— Значит, ты иногда выпускаешь её… погулять?

— Ну да. Почти каждый день. Нужно же девушке двигаться! А то поправится. В-смысле — растолстеет. И не сможет нормально выйти замуж. Там, наверху.

— Смотрю, ты всё же любящий отец.

— Конан. Не нужно иронизировать. Вот когда у тебя будут свои дети… Особенно — дочери — сам всё поймёшь!

— Возможно. Но, с другой стороны, почему ты не хочешь оставить её с собой? Или у тебя есть и законные дети? Дочурки?

— Да. И они её… Не очень любят.

— Ха! Об этом нетрудно догадаться! Что, уже пробовали… Отравить?

— Отравить. Утопить. Зарезать. Удушить. Застрелить… Чего только моя старшенькая не перепробовала! К счастью, я могу довольно легко отслеживать её действия, как и действия и провокации остальных. И успеваю вмешаться. В какой-то степени это даже занятно — заставляет всё время быть начеку. И в тонусе. Хотя и поднадоело. Но вот сажать в камеры и старшенькую, да и всех прочих — было бы глупо. Наследницы, всё-таки.

— Извини, что спрашиваю, Никосс. А сыновья? Есть у тебя сыновья?

— К сожалению нет. — в тоне мага прорезалась горечь, — Такова цена моей силы. От меня могут рождаться только дочери!

— Это очень странно. — Конан действительно недоумевал. О такой «цене» за магические способности он никогда не слышал.

— Ну, что есть, то — есть. Вот так уж сложилось. С другой стороны — дочери тоже вполне… Достойная смена. Особенно — мои. (И тут говорит не только отцовская гордость, но и факты!) Да и не боюсь я оставлять королевство и дворец, пусть и подземный, но уж поверь — весьма обширный, им в наследие. Характером-то они — все в маменьку!

— А где сейчас их мать? Она тоже с вами? Или живёт где-то там? На поверхности?

— Нет. Их мать, а моя жена Цициллия, к сожалению, погибла. Переоценила свои силы. Пыталась восстановить из руин наш старый дворец. Там. На поверхности.

Но он — действительно проклят. Вернее, та его часть, что была видна всем. Так что ничего у неё не вышло, и она умерла прямо у меня на руках!

— Прости. — Конан закусил губу. Хотя теперь куда лучше понимал, кто заставил Никосса вернуться в мрачные подвалы, и попытаться восстановить королевство, — Мне очень жаль.

— Да. Мне тоже. С ней справляться с нашими дочерьми было проще…

И спасибо за сочувствие. Я вижу, что оно — искреннее. Но то, что произошло потом — в какой-то степени произошло именно из-за моей безвременной потери. Я ведь ещё вполне… э-э… молодой волшебник. И, конечно, без женщины чувствовал себя… Скверно. Поэтому через десять лет после кончины моей королевы я… Изменил её памяти.

И вот оно как обернулось!

Некоторое время они шли через открывшуюся теперь анфиладу роскошно обставленных комнат, молча. Затем Конан решил спросить:

— А сколько у тебя всего дочерей, уважаемый Никосс?

— Восемь.

— Бэл меня раздери! Никосс! Они же передерутся за престол, если ты… Ну, дашь слабину, не уследишь, или…

— Или — умру? Да, Конан такая мысль приходила мне в голову. Несколько тысяч раз! Потому что они грызутся, словно голодные крысы в бочке, уже лет сто. С другой стороны, я не слишком заморачиваюсь их дрязгами, интригами, и даже драками между собой. Лишь бы не вредили мне и моей… Внебрачной. А вообще я — приверженец древнего учения Ваади. То есть — по этому учению победить должен хитрейший и подлейший. Ну, то есть тот, кто вот именно — достоин выбиться в Лидеры, и наследовать своим предкам! Поэтому сейчас их осталось только восемь.

А было — девятнадцать.

Конан не придумал ничего лучше, как вновь почесать многострадальный затылок. Впрочем, внутрисемейные разборки и взаимоотношения со злобными и коварными отпрысками женского пола — личное дело самого чародея! Он же их отец! И как бы он их не воспитывал, и не содержал — касается только его! И какие бы методы не выбирал, чтоб выяснить, кому оставить свой трон — его личное дело!

А задача Конана куда проще.

Убрать из этой гнетущей атмосферы интриг и заговоров наивную и не владеющую магией, «внебрачную» дочь! По словам чародея — очень вредную и назойливую…

Но явно — любимую!

— Мы пришли, Конан. Вот её покои. — чародей указал на помпезно-шикарные, золочёные и с вензелями и резьбой, двустворчатые двери из дуба.

Конан кивнул:

— Красиво. Палаты действительно — королевские!

— Ну, что-что, а отремонтировать как следует эти подземные катакомбы, да навести подобающую королевскому сану красоту на интерьеры, было проще всего. Всё-таки у меня было