Девять правил соблазнения - Сара Маклейн

Калли и Марианна стояли у стены бального зала в особняке Солсбери, наблюдая за непрерывным потоком прибывающих гостей. Огромное пространство было залито золотистым светом тысячи свечей, высоко мерцавших в огромных хрустальных канделябрах. Казалось, на этот бал собрался весь Лондон. Конечно, иначе и быть не могло. Зал был набит битком — дамы в шелках и атласе всех вообразимых оттенков слетались в небольшие стайки и сплетничали, джентльмены в темных официальных костюмах говорили о политике и парламенте.

Калли стояла на цыпочках и оглядывала бальный зал, боясь пропустить появление Джулианы. Большинство гостей уже прибыло, а для дебютантки в обществе считалось крайне нежелательным опоздать на свой первый бал. Но ведь Ралстон наверняка это прекрасно понимает, подумала Калли, выискивая ее взглядом.

Бал у Солсбери станет идеальным местом для представления Джулианы в свете. Это ежегодное событие было одним из самых значительных в великосветском обществе, а доброжелательных и гостеприимных графа и графиню Солсбери Калли всегда считала одной из самых прелестных пар Лондона. Когда ушел из жизни ее отец, именно лорд и леди Солсбери оказали самую большую поддержку и сокрушенной горем матери Калли, и юному, плохо подготовленному к жизни Бенедикту. Супруги Солсбери их друзья и будут рады приветствовать у себя Джулиану и Ралстона — в этом сомнений не было.

Калли тихонько вздохнула — так нервничала, словно это был ее первый выход в свет.

— Они обязательно приедут, — спокойно сказала Марианна. — Я не настолько хорошо знаю Ралстона, как ты, но достаточно, чтобы быть уверенной: он не пропустит этот вечер. — Она бросила на Калли лукавый взгляд. — А уж когда он увидит тебя в этом платье, он будет просто счастлив, что не пропустил это событие.

Калли сделала круглые глаза и сухо сказала:

— Это уже слишком, Мари, даже для тебя.

Марианна рассмеялась и слегка пожала плечиками:

— Возможно... но тем не менее это правда. Эбер превзошла саму себя. Платье потрясающее.

Калли оглядела себя: складки голубого шелка, ниспадающие по лифу, и прелестная пышная юбка, которая волшебно колыхалась во время ходьбы. Ткань в сиянии свечей приобрела совершенно иной оттенок и мерцала словно живая, как самый голубой из океанов.

— Они прибыли.

Размышления Калли были прерваны шепотом Марианны, а взгляд метнулся ко входу в зал, отмеченному широкой лестницей, достаточно длинной, чтобы предоставить присутствующим идеальный обзор прибывающих гостей. Множество людей толпилось по обеим сторонам лестницы и на площадке наверху, но невозможно было не обратить внимания на вновь прибывшее трио.

Джулиана сняла свой девственно-белоснежный плащ и стояла, выпрямив спину, совершенно неподвижно в нежном платье бледно-розового цвета с высокой талией. Это был идеальный наряд для вечера — роскошное платье, но без показного шика, дорогое, но не кричащее. Сразу за девушкой стояли Ралстон и Сент-Джон, прикрывая сестру с флангов. Оба являли собой саму решимость и осматривали собравшуюся внизу толпу так, словно готовились принять бой. Уголки губ Калли изогнулись в легкой улыбке. Возможно, прием лондонского света для этих людей напоминал сражение гораздо больше, чем какое-либо иное событие в их жизни.

Взгляд Калли остановился на Ралстоне, и сердце учащенно забилось у нее в груди, когда она заметила заострившиеся скулы и холодную решимость в его голубых глазах — таких голубых, что она могла разглядеть их со своего отдаленного места посреди зала. И тут их взгляды встретились. Калли немного оттаяла, когда его внимательный взгляд задержался на ней. Она невольно вздохнула, и Марианна слегка подтолкнула ее в бок локотком.

— Калли, не стой с таким видом, словно ты поглупела от любви к этому мужчине, хорошо?

Калли резко повернула голову и, бросив на сестру раздраженный взгляд, прошептала:

— Ничего подобного!

— Гм. А я королева Шарлотта, — сухо произнесла Марианна, игнорируя осуждающий взгляд сестры, и добавила: — Итак, начинается.

Калли проследила за направлением взгляда Марианны и увидела, как Джулиану представляют графине и графу. Джулиана присела в идеальном грациозном поклоне, опустив глаза и изобразив на лице безмятежную улыбку. Длинная шея придавала ей лебединую грацию, которой, без сомнения, могла позавидовать любая дама в этом зале, наблюдающая за дебютанткой. А наблюдали за ней все.

Рядом с Калли удовлетворенно охнула Марианна:

— Она сделала это превосходно — у меня так никогда не получалось!