Неисправимый грешник - Мэдлин Хантер

Глаза у Флер при виде лошадей сделались круглыми.

Данте стал разворачивать ее назад к коттеджу.

– Наверняка это заблудившиеся путешественники, ко­торые ищут выход к почтовой дороге, чтобы обогнать гро­зу, – успокоил он Флер. – Но давай вернемся и посмот­рим, ускакали ли они.

Он не верил в то, что они уйдут. Всадники явно направ­лялись к коттеджу. Но он догнать их не мог, и вообще у него больше шансов защитить Флер, если она не будет на виду.

Не слишком много, если низкорослый всадник был тем, о ком он думал. И совсем мало, если его подозрения отно­сительно коттеджа были верными.

Проклиная себя за то, что не предусмотрел этого, слы­ша, как стучит в жилах кровь и чувствуя себя мишенью для охотника, он запер дверь на засов, едва они с Флер оказа­лись внутри. Тут же проверил, надежно ли заперта кухня. Обойдя все окна первого этажа, он закрыл ставни, погру­зив помещение во тьму.

Вернувшись к Флер, он осмотрел их убежище. Камен­ные стены и толстые двери были прочными, так что про­никнуть внутрь не так-то просто. Хотя вряд ли эту крепость можно было назвать неуязвимой.

– Всадник слева… я плохо видела его, но мне показа­лось, что это Грегори, – сказала Флер. – Я думала, что он в Эссексе.

Данте услышал, как у Флер задрожал голос. Он заклю­чил ее в объятия.

– Так говорил его слуга. Но даже если это Фартингсто­ун, нет причин его бояться.

– Ты думаешь, что он приехал, чтобы вести раскопки?

– Может, он просто совершал прогулку верхом и не уз­нал нас. Возможно, он намерен проверить, кто нарушил право владения. Он ведь до сих пор осуществляет контроль от твоего имени.

Флер в темноте ощупала лицо Данте.

– Ты не веришь в это. Иначе ты не стал бы запирать дверь на засов.

– Я лишь проявляю осторожность как Муж. – Он по­целовал ее. – Не беспокойся. Я думаю, что смогу задать ему взбучку, если понадобится.

Флер засмеялась. Он прижал ее к себе еще плотнее, од­новременно прислушиваясь к приближающемуся топоту лошадей.

Всадники оказались рядом одновременно с началом ливня. Крупные капли дождя застучали в окна, когда они подъехали к коттеджу. Небесные хляби окончательно раз­верзлись в тот момент, когда чья-то рука стала дергать за­сов.

Мужчина чертыхнулся, и Данте узнал его голос.

Равно как и Флер.

– Оказывается, он не в Эссексе, – шепотом прогово­рила она.

– А ну-ка, откройте двери и покажитесь, – приказал Фартингстоун. – Мы знаем, что вы там, черт бы вас по­брал, если вы заперлись на засов.

– Похоже, мало смысла в том, чтобы притворяться, буд­то нас здесь нет, – так же тихо сказала Флер.

Однако Данте не согласился. Фартингстоун видел, что в коттедж вошла пара, но он не знал, кто именно. Был оп­ределенный шанс, что дождь вынудит их уехать, чтобы вер­нуться сюда позже.

В любом случае Данте не был склонен облегчать им за­дачу.

За дверью слышны были какие-то препирательства, за­тем наступила тишина. Данте слышал, как бьется у Флер сердце и как напряглось ее тело. Продолжая держать ее в объятиях, он прислушивался к звуку удаляющихся копыт.

Затишье прервал сильный, громкий удар в дверь. Ме­таллическое острие пробило обшивную доску двери, ше­вельнулось и исчезло.

В конце концов, они приехали сюда копать. И у них была с собой кирка.

Новый удар киркой. Деревянная планка расщепилась.

Флер прижалась к Данте еще плотнее.

– Данте…

– Он будет раздосадован, когда проникнет сюда и узнает, что внутри коттеджа находится его владелица.

Она уткнулась головой ему в шею.

– Не надо ради меня притворяться, Данте. Я знаю, что мы оказались в очень опасном положении.

Новый удар кирки обрушился на дверь. В двери появи­лась дыра и в дыре тень от лица.

– Ничего не могу разглядеть, все окна закрыты, – ска­зал Фартингстоун.

– Станьте в сторону, – послышался другой голос, ко­торый Данте был незнаком.

Кирка продолжала работу, с каждым ударом расширяя отверстие. Просунулась рука и подняла засов. Дверь рас­пахнулась.

Двое мужчин вошли в помещение.

– Кто здесь? – громко спросил Фартингстоун, вглядываясь в темный угол, где Данте держал в объятиях Флер.

– Это я, Фартингстоун, – ответил Данте. – Для чего вы крушите киркой имущество? Меня застала гроза, и я вос­пользовался убежищем, чтобы ее переждать. Я не ожидал, что здесь появится нарушитель права владения и разломает дверь.

Другой мужчина достал масляную лампу и зажег ее. Она загорелась тусклым желтым светом, осветив под размокшей шляпой лицо Фартингстоуна с отвисшей от изумления че­люстью.

Когда он увидел Флер, глаза его сделались огромными, словно блюдца, как будто бы перед ним возникло привиде­ние. Он бросил в сторону своего напарника убийственный взгляд.

– Надеюсь, у вас есть объяснение причины вашего втор­жения, – сказал Данте, стараясь выжать как можно боль­ше из того шока, который Фартингстоун испытал, увидев Флер живой и невредимой.

Его партнер зажег вторую лампу. Это дало Данте воз­можность разглядеть незнакомца. У него были черные во­лосы и узкое, неприятное лицо.

Хотя нельзя сказать, что он был совершенно незнаком Данте. Данте видел его раньше, когда тот преследовал Флер от церкви Святого Мартина. Если он и был удивлен, уви­дев живую Флер, то постарался не подать виду.

– Я подумал, что нарушителями права владения были вы, – проговорил Фартингстоун, с трудом подыскивая сло­ва и пытаясь прийти в себя. – Вы закрыли ставни, заперли на засов двери – зачем вы это сделали?

– Я подумал, что гроза и этот коттедж предоставляют прекрасную возможность заняться любовью с моей женой, а ставни и засов надежно обеспечат нам уединение. Я вижу, что ошибался.

Лицо у Фартингстоуна сделалось красным. Он испыты­вал смешанное чувство досады и смятения, как Данте и рас­считывал.

– Я мог пригласить бы вас, джентльмены, остаться и обсохнуть, но полагаю, что вы хотите продолжить свой путь.

– Да, вероятно, мы отправимся…

– Он знает. – Эти слова произнес компаньон Фартингстоуна, оказавшийся в другом конце помещения и стоявший возле приваленных к стене половых досок. – Нет при­чин баррикадировать помещение, даже если хочешь поза­бавиться с леди.

Фартингстоун в тревоге повернулся к своему партнеру, затем снова перевел взгляд на Данте. На сей раз он с подо­зрением посмотрел на обнимающуюся парочку.

– Это кто такой? – спросил Данте.

– Это мистер Смит, мой знакомый, – ответил Фартинг­стоун.

– Он знает, – повторил Смит. – Он дурачит вас своими разговорами. Он видел здесь эти доски, эти лампы. Ду­маю, ему известно, что здесь происходит, и, может, он зна­ет почему.