Миля над землей - Лиз Томфорд

Чем ближе он подходит, тем очевиднее, что он совершенно измотан.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, хмуря брови и полностью отбросив всякое недовольство по отношению к нему.

Он дарит мне грустную полуулыбку, давая понять, что с ним далеко не все в порядке.

– Да. Прости за это, но я действительно счастлив, что ты здесь.

Я подхожу к нему, обвиваю руками его талию и прижимаюсь щекой к теплой, влажной груди. Он вздыхает мне в лицо, обнимая свободной рукой за плечи и прижимая меня к себе. Я чувствую, как каждый мускул в его напряженном теле, касаясь меня, расслабляется, и он кладет голову мне на макушку.

Я не знаю, что случилось, но он расстроен.

– Ты позволила себе войти, – тихо замечает он.

– Я собиралась накричать на тебя за то, что ты забыл обо мне.

– Я так и думал. – Его тело вздрагивает от беззвучного смеха, он еще крепче прижимает меня к себе. – Но я не мог забыть о тебе, милая.

Я успокаивающе вожу рукой вверх и вниз по его обнаженной спине.

– Можешь дать мне минутку? Я сейчас приду, мне нужно одеться.

– Я не против, чтобы ты побыл голым.

Еще один смешок сотрясает его тело, Зандерс расслабляется.

– Чувствуй себя как дома. В холодильнике есть пиво.

Он проводит рукой по моим кудрям, убирая их со лба, а потом эта восхитительно сногсшибательная фигура исчезает за углом, возвращаясь в свою комнату.

Снова оставшись одна в его квартире, но чувствуя себя немного более желанной гостьей, я снимаю пальто и вешаю его на крючок у входной двери, скидываю заметенные снегом кроссовки, которые не слишком привыкли к таким чистым местам.

Я бреду на кухню, нуждаясь в пиве, которое предложил Зандерс, и, открыв холодильник, я не могу сдержать улыбку, обнаружив на одной из полок множество разных сортов. Инстинктивно я понимаю, что такое изобилие предназначено исключительно для меня.

Я неплохо в них разбираюсь, поэтому открываю на одном крышку и беру его с собой в самостоятельную экскурсию.

У Зандерса потрясающая квартира. Темное дерево, бетон, черный металл и слабое освещение – это так по-мужски. Строго, дорого и интригующе. Это одно из тех мест, которыми вдохновляешься в журналах или на интернет-ресурсе Pinterest. Ни одна вещь не нарушает гармонию. Эта квартира очень похожа на него, а я здесь выгляжу совершенно неуместно.

Зайдя в длинный коридор, в который нырнул Зандерс, я поворачиваю в противоположную сторону и обнаруживаю гостиную. Большие низкие диваны, массивный телевизор, идеально сочетающиеся друг с другом черно-белые фотографии.

На фотографиях в основном он и семья Мэддисона, но есть и фотография, на которой запечатлен он и, я бы предположила, его сестра. Зандерс как-то о ней упоминал, и они выглядят ужасно похожими. Хотя я заметила, что ни на одной фотографии нет его отца. Я знаю, что у них непростые отношения, как и у него с матерью, но, наверное, я не осознавала, что его отношения с отцом настолько скверные, если судить по этим фото.

Есть здесь и фотография его с Эллой, которую я не могу не взять в руки и не рассмотреть поближе. Их отношения каждый раз заставляют меня трепетать, и это было первое, что заставило меня заподозрить, что в печально известном «плохом защитнике» есть что-то еще.

– Шпионишь, милая? – Глубокий голос Зандерса отзывается во мне дрожью, у меня вспыхивают щеки от того, что меня застали на месте преступления. Он становится позади меня, так близко, что я чувствую тепло его тела, и кладет подбородок мне на плечо.

– Это моя любимица.

– У вас близкие отношения? – держа в руках снимок, я рассматриваю фотографию очаровательной девочки с растрепанными волосами и ее дяди.

– Я очень ее люблю.

– Больше, чем Мэддисона?

– Она нравится мне в десять раз больше, чем ее отец. – В его тоне слышен сарказм, но я не уверена, что он шутит.

Я возвращаю фото в рамке на прежнее место и поворачиваюсь к нему лицом. Мои глаза блуждают по его телу, отмечая повседневные спортивные штаны и толстовку с капюшоном. Конечно, я могу сказать, что они чертовски дорогие, но я видела его в таком наряде один-единственный раз, когда он готовился ко сну во время ночного перелета.

И я, кажется, никак не могу закрыть рот, видя его таким непринужденным и беззаботным.

– Что? Ты ожидала, что я надену костюм-тройку в своем собственном доме?

– Вроде как да.

Несмотря на то что Зандерс в своих идеально сшитых костюмах выглядит абсолютно сексуально, он выглядит очаровательно и в этой удобной одежде, и я чувствую себя гораздо менее испуганной, находясь в его дорогом доме, когда он одет так же скромно, как и я.

– Но ты и так хорошо выглядишь.

На его губах появляется понимающая улыбка.

– Ви, я всегда хорошо выгляжу.

Он прав, но не стоит говорить ему об этом, и, к счастью, стук в дверь избавляет меня от необходимости отвечать.

– Это, должно быть, еда. Или, по крайней мере, какая-то ее часть. – Зандерс направляется к выходу, ожидая, что я последую за ним.

– Какая-то часть? – переспрашиваю я, отставая от него на два шага. – Еда? А что насчет того, что это – не свидание?

Зандерс поворачивается ко мне и пятится, нацепив свою раздражающе дерзкую улыбку.

– Ты ешь только на свиданиях?

Пять стуков спустя бедный швейцар Зандерса, заработавший что-то вроде дневной тренировки, ставит на обеденный стол дип-диш-пиццу[14], китайскую еду навынос, суши, бургеры и картошку фри, а также два буррито.

– Что за черт? – Я издаю нервный, но смущенный смешок, глядя на огромный стол, полностью заставленный едой навынос.

Кажется, Зандерс немного смущен.

– Я не знал, что ты можешь захотеть, так что у меня вроде как все есть.

Я наклоняю голову в ответ на его задумчивость:

– Выглядит идеально.

Его смущение сменяется гордостью, и он поворачивается к холодильнику, чтобы взять два свежих пива. Зандерс освобождает для меня место во главе стола, садится рядом, и мы наполняем свои тарелки лучшей в Чикаго едой навынос.

Я не думаю, что могла бы чувствовать себя более комфортно, чем сидя рядом с этим мужчиной, поедая вредную пищу и потягивая пиво в его потрясающем пентхаусе.

– Итак, у меня есть несколько вопросов, – начинаю я, – на собачью тему.

На самом деле никаких вопросов у меня нет. Рози будет хорошо с Зандерсом, но я все еще лгу себе, что это «визит на дом», а не свидание.

– Блин, – бормочет Зандерс с набитым ртом.

– Ей есть с кем остаться, когда ты в отъезде?

– Когда мы в отъезде, – поправляет он. – Да. У одного из парней в команде есть собачья няня, которой они доверяют, и она соглашается присмотреть и за Рози.

– Почему ты не сказал мне, что навещал ее?

Он небрежно пожимает плечами, отводя взгляд:

– Не хотел тебя обнадеживать,