Поцелуй железа - Клэр Сейджер

– Лорд Марвуд, – мой язык перешел на формальности – защита от злых языков… или возможность сохранить самообладание. – Вы присоединитесь к нам?

– Я предпочитаю наблюдать. Слышал, что и вы тоже, Кэтрин, – сказал он из-за моего плеча, намекая о нашей встрече в центре лабиринта.

Мое лицо вспыхнуло, и я собрала карты со стола и передала их Элле. Умелой рукой она тасовала карты так, что они только мелькали.

Его хватка на моем плече ослабла, и горячее дыхание обдало мое ухо, когда он наклонился и прошептал:

– Я так люблю этот цвет. Очень красивый.

Затаив дыхание, я схватилась за бокал.

Элла занялась подготовкой стола к игре, в то время как принц Валуа с любопытством наблюдал за нами с Бастианом. Он перекинулся взглядом с леди Понсонби.

Конечно, шепот Бастиана не пройдет мимо сплетников, но он оставался в пределах допустимого. Однако участившееся сердцебиение предупреждало об опасности.

Большим пальцем Бастиан провел по моей шее, скользнув под жемчужное ожерелье. Его дыхание щекотало мне ухо, и я не могла отделаться от воспоминания, как оно также щекотало мою киску за секунду до того, как он попробовал меня на вкус.

– Ты знала, что именно такого цвета ты становишься, когда кончаешь?

Я поперхнулась. Вино попало мне в горло, запершило, обожгло. Каким-то образом мне удалось его проглотить, но кашель не унимался, а глаза слезились. Бастиан выхватил бокал из моих рук, чтобы я не расплескала его.

– Леди Кэтрин, – окликнула меня Ее Величество из-за соседнего стола, – постарайтесь не умереть… или хотя бы сделайте это тихо, – она захихикала, а за ней последовали и остальные.

Сегодня утром пришло известие о смерти ее брата. Было много слухов о том, кто принес эту весть: даже говорили, что это была чужеземная королева. Но независимо от того, кто ей об этом сообщил, она не выглядела убитой горем. О трауре напоминало лишь ее черное платье. Элла говорила мне, что между королевскими братьями и сестрами не было особой любви, особенно после того, как он заявил, что именно он должен править после смерти их матери.

– Лорд Марвуд, – она кивнула ему. – Рада, что вы наконец-то к нам присоединились. Приятно видеть, что вы начинаете ближе узнавать своего нового посредника.

Переместив вес на руку на моем плече, он поклонился, и я наконец увидела над собой его лицо. На которое, по его словам, я кончила. Пожалуйста, боги, скажите, что я смогу сделать это снова.

– Уверен, что к тому времени, когда мои дела здесь будут завершены, я буду знать Кэтрин очень хорошо. – Его улыбка была еще более очаровательной, чем у принца.

Молодые дамы, смотревшие на принца Валуа, теперь склонили головы и о чем-то шептались. В стороне возле камина в одиночестве сидела мисс Уорд. Готова поклясться, что под нахмуренными бровями в широко раскрытых глазах читалась тоска, граничащая с отчаянием.

Когда мы начали следующую партию, Бастиан занял отвлекающую позицию за моим креслом. И, похоже, это действительно отвлекло принца Валуа от его шулерских приемов, поскольку в этот раз выиграла я. Возможно, он опасался прибегать к ловкости рук в присутствии эльфов, известных своим обостренным чутьем.

Элла захлопала в ладоши и помогла мне собрать деньги.

– Это же чудо! Ты прервала череду его побед.

– Молодец, – проведя кончиками пальцев по моей ключице, Бастиан наклонился к моему уху и продолжил. – Когда часы пробьют одиннадцать, скажи, что тебе пора, и выходи ко мне на веранду, чтобы я смог наградить тебя.

Я пыталась слушать его шепот со спокойным выражением лица, но у меня ничего не вышло, и мне пришлось спрятаться за очередным глотком вина.

– Опять этот цвет. Он действует на меня так же, как и слово «пожалуйста» из твоих уст.

Оставшаяся часть игры пролетела незаметно. Меня даже должным образом не впечатлило, что я не только отыграла все проигранное у принца Валуа, но и выиграла вдвое больше. Не тогда, когда меня ожидала награда совсем другого рода.

Теперь, когда с нечестной игрой принца было покончено, оказалось, что мои навыки по чтению лиц отлично помогают при игре в покер: я с легкостью угадывала, блефуют ли соперники или нет. В конце концов леди Понсонби вышла из игры, в то время как мы с Эллой были лидерами в каждой руке, и часто все заканчивалось тем, что мы сходились друг против друга.

Оставшись один на один, нам оставалось вести битву с помощью языка жестов и едва уловимых перемен в выражении лиц.

Элла ничем не выдавала себя. Но и я мило улыбалась каждый раунд, независимо от того, блефовала я или нет. Один раз, когда я получила на раздаче ужасные карты, Бастиан именно в этот момент решил прошептать мне на ухо редкую непристойность. Такое было невозможно проигнорировать, и я изумленно распахнула глаза… тем самым не позволив Элле считать меня.

Он был идеальным сообщником.

В пол одиннадцатого он откланялся. Следующие полчаса напряжение нарастало во мне: я сжимала ноги все сильнее и сильнее, представляя, что он со мной сделает на улице. Я стала рассеянной, и последние две раунда проиграла Элле.

Наконец часы пробили одиннадцать, и, притворно зевнув, я вышла из-за стола. Элла удивленно вскинула брови и с еле заметной ухмылкой пожелала мне очень хорошо выспаться.

Хихикнув в руку, я чуть было не выбежала из комнаты. Дрожа от нетерпения, я нашла ближайшую дверь на веранду и вышла в прохладный ночной воздух. Сегодня на улице не было никаких мероприятий, и было зажжено немного фонарей, так что мне пришлось вглядываться в темноту. Что будет, если позвать его? С осторожностью я ступала по каменной плитке. Та тень у колонны – это был…?

Рука зажала мне рот, и я почувствовала слабый привкус соли. Вздохнув, я почувствовала нотки кедра и бергамота. Другая рука обхватила меня за талию, сковав меня.

– А вот и ты.

– Бастиан, – вскрикнула я в его ладонь, когда он закружил меня по веранде и завел в нишу за мраморной статуей. Над головой свисал ночной жасмин, наполняя воздух пьянящим ароматом.

– Конечно, а кто же еще. – Выпустив мои руки, он прижался ко мне со спины, вдавливая меня в стену. – Если, конечно, ты не планировала здесь встретиться с кем-то еще? – в его голосе я почувствовала ухмылку. – Быть может, с садовником?

Я замерла – в далеке раздался тихий смех, а затем послышались шаги. Хруст гравия становился все громче.

– Я знаю об этом из достоверного источника, который видел все своими глазами, –