Неясные огни - Марго Айсли

Помещение, в которое мы вошли, было довольно маленьким. Или так казалось из-за низких потолков. Каменные стены и пол были уляпаны чем-то засохшим. Я подумала, что это кровь, но уточнять не стала. Из мебели была только колченогая табуретка. А посередине комнаты на полу лежали кандалы, цепями прикованные к полу. Вскоре после нас пришла Фиби, порядком потрёпанная, и Алистер, приведя с собой Верховного магистра Ильтара. Он брыкался, но вампир так крепко держал его за шею, что выбраться не представлялось возможным, ну разве что сломав себе шею.

Увидев своего убийцу, я почувствовала поглощающий меня гнев, поднимающийся из глубин души. Я ненавидела его. Он разрушил мою жизнь, он убил мою семью.

Сжав руку, Маркус вернул меня в реальность.

— Спокойно, — тихо сказал он, — я с тобой.

Пытаясь совладать с эмоциями, я обернулась и заметила, что Фиби побледнела, скрипя зубами от злости. Когда Алистер приковал мага к полу, тот оглядел всех присутствующих, с ненавистью посмотрев на свою дочь. Ильтара даже затрясло, как он её ненавидел. Взглянув же на меня и вампира рядом, в его глазах мелькнуло презрение.

— Надо было убить тебя, никчемная тварь, — процедил он дочери, чуть ли не плюясь.

— Последняя возможность поговорить с отцом, — бесцветно сказал ей Маркус.

Девушка несколько раз открыла и закрыла рот, а затем покачала головой.

— Сидя в том проклятом подвале, умирая от голода, я ненавидела тебя так сильно, что придумала сотни речей, которые сказала бы тебе при встрече. Но оказалось, что мне и нечего тебе сказать. Ты мне не отец, ты сумасшедший убийца. Ненавижу.

Она молнией вылетела из подвала, хлопнув дверью.

— Сдохни, клыкастая тварь! — крикнул он ей вслед, а потом перевёл взгляд на вампира и скривился. — Ну что, чудовище, будешь меня пытать? Я ничего не знаю и не скажу.

Маркус молча взял табуретку и присел рядом, а в его глазах горело садистское веселье. Он медленно поднял руку и вокруг неё заклубилась тьма. Его губы искривила злобная ухмылка, и старик схватился за чернеющую ногу. Он упал на пол и не смог сдержать крика боли.

— Когда я наконец узнал, кто же стоит за падением завесы и убийством Амелии, — начал вампир, явно довольный собой, — я подумал, а что можно было бы сделать? Я же крайне мстителен, как ты знаешь. Убил почти всех, кто был причастен к смерти моих родителей, но теперь мой список значительно расширился. И ты там не один, о нет. Часть твоих никчёмных магов уже мертва, как и их семьи, а другая скоро умрёт, это я могу обещать с полной уверенностью. Но вот ты… с тобой было сложнее. Детей-то у тебя нет, ну, не считая этой, которая тебя ненавидит. Если бы её смерть опечалила тебя, я бы с радостью свернул ей шею, но увы.

— К чему ты клонишь? — ощерился Ильтар, держась за ногу, кости которой проглядывали сквозь почерневшую кожу.

— Давай я скажу тебе имена, а ты ответишь, знаешь ли такие? Хлоя, Брэд, Тони, Кассия, Мелоди, Тайка, Бен, Михлина и, по-моему, Ронни.

Лицо колдуна мгновенно вытянулось от ужаса.

— Что ты сделал с ними, чудовище? — прохрипел Ильтар дрожащим голосом.

— Конечно же убил, что за вопросы? — картинно удивился Маркус. — Всех. Вся твоя родня теперь мертва. Как хорошо, что у твоей сестры была такая большая семья. Мне было очень приятно пытать их, зная, что тебя это заденет. Не уверен, что ты их хоть каплю любил, но мне достаточно и того факта, что твоего рода больше нет. Я посадил их всех в одной комнате и медленно убивал по одному. У нас была своеобразная игра. Твоя родня подсказывала, что делать с жертвой. А если кто отказывался, то занимал её место. Это было очень увлекательно, жаль ты не видел, — с восторженным взглядом смаковал вампир, а потом резко вскинул рукой, и обе ноги Ильтара с кошмарным треском сломались под жуткий крик старца. Мне стало не по себе, а Маркус продолжил. — Они умоляли оставить их, представляешь? Умоляли не убивать. Каждый из них боялся смерти и не понимал, в чём же они виноваты. Твоя сестра даже ползала на коленях. Ой, забыл сказать, ходить она уже просто не могла, ведь я оторвал ей ноги. Но их никто не услышал, ведь у убийцы были свои планы. Никого не напоминает?

Маркус сидел и наслаждался эффектом от сказанного, пока маг корчился на полу, а красная лужа расплывалась вокруг. Магистр, потеряв столько крови, не смог залечить себя, и еле оставался в сознании.

— Раз мы выяснили, что ты остался один, то к тебе и перейдём. Видишь ли, всё, что мне нужно, я извлеку из тебя сам. Так что тебе даже нечего мне предложить.

Маркус склонил голову набок, рассматривая затравленное лицо магистра, полное ненависти и презрения.

— Магия тебе не поможет, я её блокирую, — пояснил вампир, — так что твоё отправленное союзникам послание никогда до них не дойдёт.

Ильтар побледнел. Судя по виду, этого он не ожидал.

— Амелия, скажи ему! — неожиданно обратился он ко мне, — ты не на той стороне, девочка, ты на стороне врагов! Ты же видишь, что он из себя представляет! Он же упивается жестокостью и страданиями. Не позволяй ему меня убить, мы ещё можем выиграть войну!

Я остолбенела, не понимая, всерьёз он сейчас или просто издевается.

— Вы всю жизнь хотели убить меня, — дрогнувшим голосом прошептала я, — вы уничтожили мою семью, как вы смеете меня о чем-то просить? Как вы смеете, — начала закипать я, — говорить, что я с врагами? Мои враги — это такие предатели, как вы!

— Не верь ему! Он бы сделал с тобой тоже самое, что с моей роднёй! Неужели ты не видишь, что он такое?

Понимая, что я сейчас сорвусь, Маркус преградил мне путь, возведя теневой щит.

— Он тебя провоцирует, тебе нужно успокоиться.

— Тебя просто используют, неужели не понимаешь? — рассмеялся старик. — Ты для него — пустое место. Вампиры относятся к людям, как к мясу, а сейчас ты и вовсе дух, который скоро просто исчезнет. Наивная идиотка.

Я не успела среагировать, как вампир отодвинул меня щитом к стене, с полыхающим взглядом подойдя к Ильтару.

— Знаешь, как мы извлекаем память? — вкрадчиво поинтересовался Маркус, и по бледнеющему лицу понял, что точно знает, — так вот, мы это умеем делать больно и очень больно. И вот для тебя — исключительно